Новая геометрия в отношениях России и США

Важно, чтобы новые встречи Путина и Трампа не обернулись бы ещё большим ухудшением российско-американских отношений, как это случилось после Гамбурга в июле 2017 года или Хельсинки в июле 2018 года. Так что можно сказать, что краткая парижская встреча лидеров двух ядерных сверхдержав прошла в духе известного медицинского принципа, гласящего: «Не навреди». 

Новый пакет «украинских» санкций был демонстративно введён министерством финансов США 8 ноября, то есть в самый канун встречи (пусть и неполноформатной) Владимира Путина и Дональда Трампа в Париже. Это явилось чётким и недвусмысленным сигналом с американской стороны о том, что либо Трамп намерен разговаривать с российским президентом исключительно с позиции силы, либо свидетельством нежелания Трампа иметь полномасшабную встречу с Путиным как таковую.

Впрочем, за день до промежуточных выборов 6 ноября, Трамп заявил журналистам, сопровождавшим его в агитационной поездке по Америке, что повестка встречи ещё не определена. «Мы ещё ни о чём не договаривались. Мы не знаем, будет ли это правильным местом. Я еду в Париж по совершенно другим причинам, но мы встретимся на G-20 [в Аргентине c 30 ноября по 1 декабря 2018 года – авт.] и, может ещё, проведём несколько встреч после».

Встреча Владимира Путина и Дональда Трампа в Париже носила сугубо протокольный характер. По заявлению пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, оба лидера согласились в необходимости продолжения российско-американского диалога, в первую очередь о дальнейшей судьбе Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД).

Возможной полноформатной встрече Путина и Трампа 11 ноября помешала принимающая сторона и лично президент Франции Эммануэль Макрон – французы неоднократно призывали к тому, чтобы мероприятия в Париже, посвящённые празднованию 100-летия окончания Первой мировой войны, не свелись к карусели двусторонних встреч. Соответствующим образом был составлен и протокол парижских мероприятий.

Россия – США: новые саммиты пока не нужны
Дмитрий Суслов
Беспрецедентная политико-административная вакханалия в Вашингтоне, когда действующие сотрудники администрации открыто, хотя и анонимно, заявляют о себе как о «внутреннем сопротивлении» и о скоординированной системе саботажа указаний президента, ставит под вопрос саму целесообразность ведения диалога с главой Белого дома. Ясно, что российско-американская конфронтация будет лишь обостряться. Главная задача – не дать ей выйти из-под контроля. Проведение новых полноформатных саммитов вряд ли поможет этой задаче.
Мнения экспертов


В нынешних сложных условиях важно, чтобы саммиты лидеров двух ядерных сверхдержав не обернулись бы ещё большим ухудшением российско-американских отношений, как это случилось после Гамбурга в июле 2017 года и Хельсинки в июле 2018 года, хотя после этих встреч «оптимисты» были готовы использовать такие громко звучащие выражения, как «прорывная», «поворотная», «историческая», «эпохальная» и так далее.

Таким образом, парижская краткая встреча Путина и Трампа прошла в духе известного медицинского принципа, гласящего: «Не навреди». Но вполне вероятно, что в исторической перспективе она может оказаться и поворотной – поворотной в том смысле, что на смену двусторонним российско-американским контактам придут многосторонние отношения, которые будут строиться по принципу «треугольников», «многоугольников» и других геометрических фигур. Этому способствуют растущие противоречия между США (Америкой Трампа) и Европой (Европейским союзом) и возможные последствия для мировой геополитики, которые могут повлечь за собой возможный выход США из ДРСМД, о котором в октябре 2018 года заявил Трамп.

Главное внимание в США после 11 ноября оказалось прикованным не к российско-американским, а к американско-французским отношениям, в том числе и к двусторонней встрече Макрона и Трампа. В своей речи, посвящённой событиям столетней давности на европейском континенте, французский лидер обрушился с резкой критикой на «политику национализма» Дональда Трампа, заявив, что «патриотизм является противоположностью национализма». Но этим фронтальная атака Франции на США не ограничилась. Макрон «согласился» с ультимативным требованием Трампа о необходимости увеличения военных расходов – но для того, чтобы со временем Европа создала свои собственные вооружённые силы. На что Трамп немедленно отреагировал в своём «Твиттере»: «Президент Франции Макрон предложил, чтобы Европа создала свои собственные вооруженные силы, чтобы защитить себя от США, Китая и России. Очень обидно, но, возможно, Европе следовало бы сначала внести свою справедливую долю в финансирование НАТО, которую США значительно субсидируют!».

«Европа должна защитить себя от США» - таким поворотом американско-французских отношений не могла не воспользоваться российская сторона. В интервью телеканалу RT Путин заявил о том, что «в принципе Европа – мощное экономическое образование, мощный экономический союз. И в целом это вполне естественно, что они хотят быть независимыми, самодостаточными, суверенными в сфере обороны и безопасности. Думаю, что это в целом процесс положительный с точки зрения укрепления многополярности мира (выделено мною - В.В.). В этом смысле у нас перекликаются позиции и с Францией в том числе».

Таким образом получается, что в свете планируемого США выхода из ДРСМД российская делегация также не особо стремилась к проведению полномасштабной встречи с американским президентом. Выход США из ДРСМД почти автоматически превращает двухсторонние российско-американские отношения в многосторонние: треугольник «РФ - США - ЕС» или, возможно, четырёхугольник «РФ - США - ЕС - КНР».

В итоге новая геополитическая реальность привела к тому, что, как отметила американская газета Politico, президент Трамп «выглядел очень одиноко в Париже, изолированный от европейских лидеров и давних союзников США, что напрямую объясняется его упорным стремлением следовать стратегии "Америка превыше всего"».

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.