В случае попытки создать собственное ядерное оружие Южная Корея немедленно столкнётся как с международными санкциями, так и с жёсткими санкциями со стороны Китая. Однако ситуация в последнее время стала принимать такой оборот, что всё большее количество людей в южнокорейском истеблишменте считает: экономическими потерями можно и пренебречь, пишет Андрей Ланьков, профессор Университета Кукмин (Сеул).

18 октября 2022 года посол США в Южной Корее Филип Голдберг выступил на форуме, организованном Клубом Кванхун, который объединяет ветеранов южнокорейской политической журналистики. Выступление американского посла стало, пожалуй, одним из главных событий, которые сейчас обсуждаются южнокорейскими средствами массовой информации. Дело в том, что в своём выступлении посол Голдберг дал понять, что в Вашингтоне негативно относятся к планам возвращения на Корейский полуостров американского тактического ядерного оружия.

Наибольшее внимание в речи посла привлекли несколько фраз, которые, на первый взгляд, никакого отношения к вопросу о возможном возвращении американского ЯО на территорию Корейского полуострова не имели. Посол Голдберг осудил разговоры о применении тактического ядерного оружия, на возможность которого, по его словам, намекают в последнее время руководители России и Северной Кореи, и сказал, что разговоры о тактическом ядерном оружии являются «безответственными и опасными». Посол подчеркнул далее, что сами по себе рассуждения на темы, связанные с тактическим ЯО, ведут к дальнейшей дестабилизации ситуации в мире.

Итак, с формальной точки зрения посол Голдберг говорил лишь о ядерном оружии России и Кореи, но, как свидетельствует реакция южнокорейских СМИ, никого в заблуждение это не ввело. В Сеуле все хорошо поняли намёк, который содержался в речи американского дипломата. Заявив, что разговоры о тактическом ЯО являются «безответственными и опасными», он перечеркнул надежды значительной части южнокорейского политического класса на то, что в обозримом будущем американское тактическое ЯО будет вновь размещено на Корейском полуострове.

В последнее время в Южной Корее существенно выросло беспокойство по поводу положения, в котором оказалась страна. Особо озабочены этой ситуацией представители правоконсервативных сил, традиционно тесно связанные с силовиками и вдобавок ориентирующиеся на США, хотя отчасти разделяется беспокойство и оппозицией. Одной из главных причин стало быстрое развитие северокорейской ракетно-ядерной программы. В настоящее время Северная Корея обладает средствами доставки, которые позволяют ей нанести удар по территории США, и активно ведёт работы по разработке и развёртыванию собственного тактического ядерного оружия.

Политэкономия конфронтации
Северная Корея окончательно стала ядерной державой: что дальше?
Андрей Ланьков
Ситуация в мире сейчас изменилась таким образом, что предположение о «ядерном домино» и «цепном распространении» звучит существенно менее фантастически, чем, скажем, всего лишь пару лет назад, пишет эксперт клуба «Валдай» Андрей Ланьков. Если сосредоточиться на Восточной Азии, то практически все страны региона обладают финансами и научно-техническим потенциалом, достаточными для разработки собственного ядерного оружия.
Мнения экспертов


На практике появление северокорейского тактического ЯО, то есть ядерного оружия поля боя, означает, что Южная Корея теряет то военное преимущество над Севером, которое было у неё уже много десятилетий. Южнокорейская армия превосходит своего вероятного противника по техническому уровню, но никакие высокоточные системы оружия, находящиеся в распоряжении южнокорейских военных, не смогут компенсировать того решающего преимущества, которое в случае войны получит обладающая ЯО Северная Корея.

В попытках выйти из кризиса южнокорейский политический класс сейчас в основном обсуждает два возможных решения. Во-первых, речь идёт о возможной разработке собственного ядерного оружия, а во-вторых – о возвращении на Корейский полуостров американского тактического ЯО, которое было выведено ещё в начале 1990-х годов.

Основная масса населения Южной Кореи давно думает, что их стране следует становиться ядерной державой, но до недавнего времени в политическом классе вопрос о создании собственного ядерного оружия даже не ставился. В элите долго полагали, что та цена, которую придётся заплатить за вступление в ядерный клуб, является неприемлемо высокой. Все понимают, что в случае попытки создать собственное ядерное оружие Южная Корея немедленно столкнётся как с международными санкциями, так и с жёсткими санкциями со стороны Китая.

Однако ситуация в последнее время стала принимать такой оборот, что всё большее количество людей в южнокорейском истеблишменте считает: экономическими потерями можно и пренебречь.

Второй вариант, о котором активно говорят в Южной Корее – размещение на полуострове американского тактического ядерного оружия. Такое оружие размещалось в Южной Корее до начала 1990-х годов, но после окончания холодной войны было оттуда выведено. Подразумевается, что присутствие на территории Кореи американского тактического ЯО, которое в кризисной ситуации может быть использовано практически мгновенно, окажет охлаждающее действие на северокорейское руководство и снизит вероятность вторжения на Юг со стороны Севера.

Однако выступление посла Голдберга показывает, что подобные идеи не встречают понимания в США – а ведь именно от США в конечном итоге зависит, будет ли возвращено тактическое ЯО на Корейский полуостров. В конце концов, не будем забывать, что оружие, о котором идёт речь, является американским.

Любопытно, что одновременно с Голдбергом с похожими заявлениями выступили ещё несколько представителей США, так что не остаётся сомнений, что в данном случае мы имеем дело с организованной дипломатической кампанией. Показательно, впрочем, что её участники, как и Голдберг, не стали делать прямых заявлений, а ограничились прозрачными намёками.

В частности, 18 октября бригадный генерал Патрик Райдер, пресс-секретарь Пентагона, во время очередной пресс-конференции ответил на заданный журналистом вопрос о том, не предусматривается ли перевод на Корейский полуостров каких-либо «стратегических активов» США. В данном случае под «стратегическими активами» имеются в виду особо мощные системы вооружений – например, тяжёлые бомбардировщики B-1B, B-2, а также тактическое ЯО. На этот вопрос Райдер ответил отрицательно. Он сказал, что необходимости в усилении американского военного присутствия на Корейском полуострове нет, ведь там и так уже находятся 28 тысяч американских военнослужащих, чего «вполне достаточно» для обеспечения безопасности страны.

Таким образом, очевидно: американское руководство вовсе не собирается прислушиваться к голосу Сеула и возвращать на территорию полуострова своё ЯО.

В своём выступлении 18 октября посол Голдберг также выразил отношение США к возможной разработке Южной Корее собственного ядерного оружия. Будучи карьерным дипломатом, он предпочёл вести себя по-дипломатически, то есть не выражаться напрямую, а опять ограничиться прозрачным намёком. Голдберг сказал, что приветствует позицию президента Юн Сок Ёля, который в августе этого года заявил, что Южная Корея не собирается разрабатывать собственное ядерное оружие. Надо сказать, что сам факт президентского заявления является косвенным индикатором того, что разговоры о возможном создании южнокорейского ЯО в южнокорейском политическом классе идут полным ходом. Тем не менее посол Голдберг, подчеркнув, что согласен с заявлением Юн Сок Ёля, недвусмысленно продемонстрировал, что США не одобряют планов создания ядерной Южной Кореи.

Итак, несмотря на определённый нажим со стороны Сеула, США решили не увеличивать собственное военное присутствие на Корейском полуострове. Скорее всего, это связано с опасениями по поводу дестабилизации, которую такое увеличение может спровоцировать в регионе. Появление на территории Корейского полуострова американского тактического ядерного оружия едва ли обрадует Китай. При том что это оружие формально развёрнуто против Южной Кореи, очевидно, что в условиях нынешнего американо-китайского противостояния оно может быть использовано и против Китая.

Впрочем, скорее всего, американское руководство беспокоится в данном случае не только о стабильности в регионе, хотя, действительно, ни времени, ни сил для того, чтобы отвлекаться на кризисы в Восточной Азии, у американской администрации нет.

Вероятно, американское руководство обеспокоено также и перспективами режима нераспространения, который в настоящее время, кажется, трещит под ударами внешних обстоятельств. Понятно, что создание Южной Кореей собственного ядерного оружия станет ударом по режиму нераспространения даже в том случае, если Южная Корея выполнит все взятые на себя в рамках Договора о нераспространении 1968 года обязательства: заранее объявит о своём желании выйти из Договора и выдержит необходимую паузу.

В общем, на южнокорейских прямых и косвенных ядерных амбициях, кажется, пока поставлен крест. Однако ситуация в регионе продолжает осложняться, и это заставляет предполагать, что южнокорейский политический класс и далее будет искать какие-то выходы из сложившейся ситуации.

Политэкономия конфронтации
Южная Корея и дискуссии о ядерном оружии
Андрей Ланьков
Разговоры о возможном возвращении на Корейский полуостров американского тактического ядерного оружия, которое было выведено оттуда в 1990-е годы, идут давно, но в последние месяцы они заметно активизировались. Кроме того, стремление усиливать союз с США будет означать, что в новых условиях Сеул изо всех сил будет демонстрировать Вашингтону свою полезность и надёжность. Не исключено, к сожалению, что именно Россия станет одним из объектов приложения этих усилий, пишет Андрей Ланьков, профессор Университета Кукмин (Сеул).
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.