Политэкономия конфронтации
Северная Корея окончательно стала ядерной державой: что дальше?

Ситуация в мире сейчас изменилась таким образом, что предположение о «ядерном домино» и «цепном распространении» звучит существенно менее фантастически, чем, скажем, всего лишь пару лет назад, пишет эксперт клуба «Валдай» Андрей Ланьков. Если сосредоточиться на Восточной Азии, то практически все страны региона обладают финансами и научно-техническим потенциалом, достаточными для разработки собственного ядерного оружия.

24 марта в КНДР был проведён запуск межконтинентальной баллистической ракеты. Среди специалистов есть разногласия по поводу того, была ли в тот день запущена «Хвасон-17», с дальностью около 15 тысяч км, или же «Хвасон-15», с дальностью 10 тысяч км.Однако с политической точки зрения эти споры не имеютзначения. И «Хвасон-15», и «Хвасон-17» являются межконтинентальными баллистическим ракетами: обе они в состоянии нанести ядерные удары по целям на всей территории США. С запуском этих ракет Северная Корея вышла из моратория, о введении которого она же сама и объявила весной 2018 года. В соответствии с этим мораторием, Северная Корея обещала впредь не проводить запусков баллистических ракет с дальностью более 5 тысяч км, а также ядерных испытаний.

Как показывают данные спутниковой съёмки, на ядерном полигоне Пхунгери, о закрытии которого на вечные времена северокорейское правительство с немалой помпой объявило в 2018 году, полным ходом идёт подготовка к новому ядерному испытанию.

Запуски наглядно продемонстрировали: Северная Корея окончательно стала ядерной державой и собирается оставаться таковой в обозримом будущем. В распоряжении северокорейских вооружённых сил имеются как ядерные боеголовки, так и средства доставки, которые позволяют наносить удары по целям, находящимся практически в любой точке планеты.Северная Корея превращается или уже превратилась в третью в мире страну – после России и Китая, – которая способна нанести ядерный удар по территории США.

В этой связи пора поставить вопрос о том, как новый статус КНДР, четвёртой из «непризнанных ядерных держав», повлияет на ситуацию и в Восточной Азии, и в мире в целом?

Конфликт и лидерство
США, Северная Корея и «драгоценный ядерный меч»
Андрей Ланьков
Позиция США по северокорейскому ядерному вопросу, собственно говоря, не меняется с того момента, как сам этот вопрос появился в актуальной повестке международных отношений: единственным приемлемым решением может быть только полный отказ Северной Кореи от ядерного оружия. Теоретически такой точки зрения придерживаются не только США, но и правительства всех заинтересованных стран. У этой позиции, увы, есть серьёзный недостаток: она абсолютно нереалистична, пишет Андрей Ланьков, профессор Университета Кукмин (Сеул).
Мнения экспертов


Начать имеет смысл с самой Северной Кореи. Для Пхеньяна новый статус страны означает, что Ким ЧенЫн исеверокорейская элита могут чувствовать себя в безопасности. Ядерный статус не только делает внешнее вторжение (в стиле Ирака или Афганистана) практически невозможным, но и радикально снижает шансы на открытое иностранное вмешательство во внутриполитический кризис. Даже если в стране начнутся серьёзные беспорядки, северокорейские власти смогут подавлять их без особой оглядки на мировое общественное мнение.

Другим последствием может стать изменение баланса сил на Корейском полуострове. В начале апреля Ким Ё Чжон (сестра Ким ЧенЫна и влиятельный член высшего руководства страны) впервые за всю историю межкорейских отношений прямо заявила, что в случае вооружённого конфликта Северная Корея будет использовать против южнокорейских вооружённых сил ядерное оружие. Наличие у Северной Кореи ядерных зарядов (в особенности – тактических ядерных зарядов) сводит к нулю всё то, казалось бы, значительное превосходство Южной Кореи в обычных вооружениях, на которое до недавнего времени делали ставку южнокорейские генералы.

В отдалённой перспективе можно представить ситуацию, при которой Северная Корея, угрожая нанести ядерный удар по городам США, добьётся того, что США не решатся исполнить свои союзнические обязательства в случае конфликта на Корейском полуострове. Если американский президент не решится «пожертвовать Сан-Франциско для того, чтобы спасти Сеул», северокорейские вооружённые силы будут иметь решающее преимущество над силами Юга – именно в связи с наличием у них на вооружении ядерных зарядов.

Вероятность такого поворота событий на настоящий момент, скажем прямо, мала, но сбрасывать её со счетов больше нельзя. До недавнего времени казалось, что при нынешнем соотношении сил в случае прямого вооружённого конфликта Севера и Юга (разумеется, при отсутствии серьёзной и прямой внешней поддержки) победа Юга будет гарантирована. Сейчас в этом нельзя больше быть уверенным.

Однако для внешнего наблюдателя важнее то, как нынешний статус Северной Кореи как «фактически ядерной державы» повлияет на режим нераспространения ЯО. КНДР является единственной в мире страной, которая в своё время подписала Договор 1968 года о нераспространении ядерного оружия, а потом заявила о своём выходе из договора.Это делает северокорейский прецедент особенно опасным, ведь все другие «непризнанные ядерные страны» – Индия, Пакистан и Израиль – просто не стали подписывать Договор 1968 года.

Северокорейский пример может найти подражателей среди тех стран, у которых есть реальные или мнимые основания для того, чтобы беспокоиться о своей безопасности.

Немалую роль играет тут и то обстоятельство, что окончательное своё подтверждение северокорейский ракетно-ядерный статус получил на фоне украинского кризиса. Этот кризис был многими в мире воспринят как новое и наглядное подтверждение того, что только ядерное оружие может гарантировать безопасность и суверенитет государства.

Ситуация в мире сейчас изменилась таким образом, что предположение о «ядерном домино» и «цепном распространении» звучит существенно менее фантастически, чем, скажем, всего лишь пару лет назад.

Если сосредоточиться на Восточной Азии, то практически все страны региона обладают финансами и научно-техническим потенциалом, достаточными для разработки собственного ядерного оружия. Среди кандидатов в ядерные державы следует упомянуть Южную Корею, Японию, Тайвань и Вьетнам (о последнем часто забывают – а зря).

В последние месяцы в Сеуле стали куда громче раздаваться голоса о том, что Южной Корее необходимо обзавестись собственным ядерным зарядом. Подобные голоса в стране звучат достаточно давно. Среди политического класса они оставались маргинальными, а вот у населения в целом пользовались поддержкой– по данным опросов, уже много лет от 60 до 70 процентов южнокорейцев считают, что их стране нужно разработать собственное ядерное оружие. Сейчас, кажется, к ядерному оружию стали проявлять интерес и в политическом классе – по крайней мере, эта идея перестаёт восприниматься как маргинальная.

В Японии ситуация иная. Планы создания собственного ядерного оружия в этой стране не пользуются особой поддержкой – сказываются тут и память о Хиросиме, и десятилетия пацифистской пропаганды, интенсивность которой в России в общем недооценивают. Кроме этого, в Японии существует твёрдая вера в надёжность американских гарантий безопасности. Поэтому, по данным опросов, идею разработки собственного ЯО в Японии поддерживают лишь 5–9 процентов населения. Тем не менее известно, что новости из Пхеньяна подвигли на размышления в соответствующем направлении и некоторых представителей японской элиты.

На Тайване специфика ситуации такова, что работы над ядерным оружием, если они там вообще начнутся, будут проходить в обстановке строжайшей секретности, и внешний мир о них узнает с большим опозданием. Во многом это относится и к Вьетнаму, где авторитарный характер режима позволяет с относительной лёгкостью как мобилизовать необходимые для ядерного проекта средства, так и обеспечить необходимую секретность.

Впрочем, автор этих строк рискнул бы предположить, что вероятность ядерного домино в Восточной Азии всё-таки остаётся небольшой. Все страны региона чрезвычайно сильно зависят от внешней торговли и, соответственно, уязвимы к санкциям и эмбарго. Вдобавок эти страны (за исключением Вьетнама) являются демократиями, в которых недовольные ухудшением экономической ситуации избиратели могут легко сменить правительство – это делает их ещё более уязвимыми к неизбежным санкциям.

Кроме того, против ядерного распространения в Восточной Азии самым решительным образом выступит Китай. Для беспокойства у Пекина есть более чем серьёзные основания. За исключением Южной Кореи, которая будет (если, конечно, будет) разрабатывать ядерное оружие в основном против КНДР, у всех остальных стран региона главной и даже единственной причиной создания собственного ЯО является необходимость сдерживать Китай. Понятно, что Китай будет решительно выступать против распространения ЯО, используя для этого все имеющиеся в его распоряжении средства – а средства эти весьма внушительны.

Однако отказ от создания собственного ЯО (самый вероятный сценарий) для Южной Кореи, Японии и Тайваня неизбежно повлечёт укрепление союза с США.

Если же говорить о более глобальных последствиях, то нельзя исключать и того, что северокорейский эксперимент – увы, удачный – в итоге приведёт к распространению ЯО и за пределами Восточной Азии. В конце концов, в настоящее время мир богатеет и технический уровень большинства стран мира существенно увеличивается – и не всегда этот прогресс стоит приветствовать…

Россия и глобальные риски
Не «августовские пушки», но «сентябрьские ракеты»
Андрей Ланьков
15 сентября 2021 года в Южной Корее был проведён успешный испытательный пуск баллистической ракеты подводных лодок. Это заставляет задуматься о том, в каком, собственно говоря, направлении в Сеуле собираются развивать свои вооружённые силы. Мало кто помнит, что гонку ядерных вооружений на Корейском полуострове в своё время начинала не Северная, а именно Южная Корея. О ситуации на Корейском полуострове пишет Андрей Ланьков, профессор Университета Кукмин (Сеул).

Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.