Азия и Евразия
Центральная Азия: конкуренция или сотрудничество?

Конфликт Запада и России, а также деградация системы международных отношений дали странам Центральной Азии шанс переосмыслить свою роль в мире, выстроить новые взаимоотношения друг с другом и подтолкнуть экономическое развитие региона. О конкуренции, сотрудничестве, а также взаимосвязанности центральноазиатских государств с Россией пишет Григорий Михайлов.

После начала российской спецоперации на Украине США, ЕС, Великобритания, Япония, Канада и ряд других стран начали кампанию по экономическому давлению на Россию. Санкционные ограничения затронули многие сферы, включая торговлю, финансы, транспорт. Сбои в цепочках поставок, финансовые ограничения и заморозка активов привели к значительному росту транзита грузов в Россию через Турцию, Кавказ и страны Центральной Азии.

Через Казахстан, Узбекистан и Киргизию в Россию поступают товары из ЕС, Китая, США, Южной Кореи и иных стран. С марта 2022 года в Центральную Азию отправились договариваться о сотрудничестве тысячи российских бизнесменов, представителей предприятий и компаний. Деловая активность в регионе выросла многократно – в кофейнях Астаны, Бишкека и Ташкента регулярно идут переговоры о поставках авиационных двигателей, электроники, станков, продукции двойного назначения… Чем «горячее» товар, тем выше наценка. В некоторых случаях она достигает 250–300 процентов. В крайне прибыльном бизнесе участвуют десятки тысяч человек, включая представителей наиболее влиятельных местных семейств.

Предприимчивые бизнесмены Центральной Азии и их заказчики из РФ сориентировались быстро – уже через две недели первые контейнеры с санкционными грузами отправились в Россию. Активность центральноазиатских перевозчиков ослабляла эффект от введённых США и ЕС санкций против России. Стало понятно – задушить экономику РФ не получится, если санкционные грузы и далее будут тысячами тонн закупаться жителями Центральной Азии и доставляться в Россию.

Западные дипломаты начали обивать пороги кабинетов высокопоставленных чиновников и силовиков, требуя перекрыть транзит в Россию. Местные СМИ на деньги США провели информационную кампанию, убеждая граждан в необходимости остановить поток грузов. Попытки США заставить местные элиты остановить поставки столкнулись с фактическим саботажем. Чиновники болеют, переговоры откладываются, американцам и европейцам в качестве условий прекращения транзита в Россию выставляются заведомо невыполнимые требования.

Впрочем, давление Запада нельзя назвать абсолютно неэффективным. Активность посланцев и нанятых ими лоббистов нервирует среди местных чиновников и бизнесменов. Представители США, Великобритании, ЕС угрожают внести страны, а также политиков и связанные с ними компании, в санкционные списки. Неприятным обстоятельством стали и участившиеся отказы в выдаче виз в США близким родственникам местных высокопоставленных чиновников, чего ранее не практиковалось. Пытаясь снизить возможный ущерб, элиты за последние 1,5 года перевели часть средств из западных банков в Арабские Эмираты и страны Юго-Восточной Азии, но полностью от зависимости не избавились.

«Санкционной дубинкой» США в Центральной Азии предпочитают не размахивать. За год под ограничения попали лишь несколько компаний. Никого из крупных местных игроков ограничения не коснулись. Вашингтон опасается, что более радикальные меры могут привести к ожесточению местных элит и сокращению западного влияния в регионе.

Публично власти стран Центральной Азии с США стараются не конфликтовать. Чиновники регулярно сообщают, что полностью выполняют все санкционные требования США и ЕС, после чего в СМИ и соцсетях звучат крики «всё пропало». На практике грузы продолжают идти в Россию. Эта несговорчивость объясняется сугубо прагматичным соображением – стремлением заработать. Среди элит стран региона под влиянием стереотипов, а также внутренней и внешней пропаганды сложилось впечатление, что дела у России идут не слишком хорошо. Лишь в последние месяцы оценки перспектив России стали меняться к лучшему. Причинами стали провал наступления ВСУ, попытки Вашингтона закулисно вести переговоры с Москвой, а также данные об устойчивости российской экономики.

В августе-сентябре 2023 года в Центральной Азии начался процесс осознания, что вся военная помощь, собранная Западом за полтора года, не помогла Украине одержать победу над Россией. И вероятно, уже никогда не поможет.

Новая индустриализация

Изменения коснулись не только реэкспорта, но и производства товаров в регионе. Один из самых ярких примеров – лёгкая промышленность. После ухода из России западных компаний освободившуюся нишу начинают занимать производители текстиля из Центральной Азии. К тому же после ограничения на платежи в валюте в регион перенесли производство и ряд российских компаний – здесь можно платить рублями.

Лёгкая промышленность Киргизии в последние полтора года переживает бум. Разворачиваются новые цеха по пошиву одежды. В стране дефицит квалифицированных швей. Сложилась парадоксальная ситуация – сотни тысяч киргизских мигрантов находятся в России, пока на родине не хватает рабочих рук. Малоизвестный факт: после безуспешного поиска швей внутри страны владельцы частных цехов нашли выход. Они начали масштабный завоз рабочих из-за рубежа. За год в Киргизию приехали свыше 50 тысяч человек, главным образом из Бангладеш и Пакистана. Швеи работают в цехах по 12 часов 6 дней в неделю. Живут там же, на улицы не выходят, с местными не контактируют. Власти Киргизии приезд десятков тысяч мигрантов стараются не афишировать.

Киргизия и до СВО была активным экспортёром текстиля в Россию, но после введения санкций производство выросло сотни раз. Как результат, в 2022 году поставки верхней женской трикотажной одежды из Киргизии в Россию выросли более чем в 200 раз, мужских рубашек – в 146 раз, спортивных костюмов – более чем в 90 раз, постельного белья – в 25 раз. В 2023 году объёмы поставок стали ещё больше. Реиндустриализация наблюдается не только в Киргизии. Масштабные производства с прицелом на Россию, разворачиваются в Казахстане и Узбекистане. В эти страны перенесли часть мощностей крупные западные фирмы, ушедшие из России. Сюда же в поисках дешёвого газа и электричества идут европейские компании. Производство в Центральной Азии развернули или готовятся запустить десятки гигантов, в том числе Samsung, Nestle, Glock.

Российский рынок по-прежнему интересен ушедшим фирмам. Чтобы избежать скандалов, часть из них запускает производство в Центральной Азии под новыми брендами. В основном за право принять инвесторов борются Казахстан и Узбекистан. Бизнесменам обещают минимальное давление со стороны контролирующих структур, налоговые льготы, стабильные поставки электричества и газа по умеренным ценам. В интересах инвесторов некоторые свободные экономические зоны (например СЭЗ «Навои» в Узбекистане) перешли на систему английского права. Киргизия борьбу за инвесторов проигрывает чаще, основная причина – слабая защита иностранного бизнеса в стране.

Азия и Евразия
Центральная Азия и европейский кризис
Тимофей Бордачёв
Страны Центральной Азии остаются для России наиболее стабильным направлением её внешних связей на пространстве бывшего СССР. Вероятные вызовы и угрозы стабильности связаны в первую очередь с внутренними факторами, и только от взаимодействия России, Китая и государств Центральной Азии зависит то, насколько опасными эти вызовы и угрозы могут оказаться в ближайшие годы, пишет Тимофей Бордачёв, программный директор Валдайского клуба.
Мнения участников


Новая логистика

Изменение маршрутов грузоперевозок, произошедшее после начала СВО, дало значительный импульс развитию логистической инфраструктуры в Центральной Азии. Резкий рост спроса на грузоперевозки и складские услуги привёл к массовому строительству логистических центров в регионе. Сейчас страны ударными темпами расширяют дороги (железные и автомобильные), улучшают работу пропускных пунктов на границах, привлекают зарубежных специалистов, отлаживают логистику. Масштабные мероприятия требуют серьёзных вложений – чиновники договариваются о финансировании проектов с Китаем, США, Россией, ЕС, странами Ближнего Востока и Турцией. Получается не всегда – интерес к вложениям снижает политическая нестабильность, противоречия между внешними игроками, а также сомнения потенциальных инвесторов в рентабельности ряда предлагаемых проектов.

Наиболее активным внешним игроком, вкладывающим средства в развитие местной инфраструктуры и логистики, остается Китай. В рамках инициативы «Пояс и путь» в Центральной Азии за счёт кредитов КНР реализованы и реализуются десятки проектов. Сейчас Китай начинает менять подход к раздаче денег. КНР беспокоит негатив со стороны стран-должников, которые раньше охотно брали китайские кредиты, но теперь отдавать деньги не могут или не хотят. Создавать условия для конфликта с должниками, да ещё и за свой счёт КНР не хочет. В связи с этим Китай планирует изменить подход к кредитованию, разнообразив формат участия в проектах.

Конкуренция между странами Центральной Азии

Благодаря притоку инвестиций и резкому всплеску объёмов транзита в бюджеты центральноазиатских стран начали поступать дополнительные средства. Это привело не только к росту экономик, но и к усилению конкуренции между государствами региона. Углубляющийся конфликт Запада с Россией и Китаем, а также распад привычной системы международных отношений с доминированием Запада привели к вакууму силы в регионе. Россия занята другими проблемами, США и ЕС не так сильны, как раньше. Старые правила отмирают, новые ещё не сформулированы. Для кого-то геополитический хаос – угроза положению, но для набирающих силу Астаны и Ташкента хаос – это лестница, шанс подняться наверх.

Внутрирегиональную конкуренцию усиливают ощущение нестабильности и растущая конкуренция между внешними игроками. Местные элиты регулярно получают то заманчивые предложения, то мрачные намёки от западных игроков, желающих предотвратить рост влияния Китая и России в Центральной Азии. К примеру, США неоднократно предлагали помощь при решении проблем местных аэропортов и авиакомпаний при условии, что последние не перейдут под контроль российских или китайских компаний. Варианты с передачей стратегических объектов фирмам из Катара или ОАЭ у Вашингтона возражений не вызывали.

Последние полтора года страны региона ощущают себя неуютно – геополитические риски растут, усиливаются внутрирегиональные проблемы, грозящие дестабилизировать ситуацию во всей Центральной Азии. К таковым, в частности, относятся надвигающаяся засуха, износ стратегически важной инфраструктуры, нехватка электричества и газа.

Значительно чаще стали предприниматься попытки внутрирегиональной интеграции. Сформировать единые позиции по ключевым вопросам и совместно отстаивать их в переговорах с внешними игроками было бы выгодно, но мешают накопившиеся противоречия между странами региона. При этом желание преодолевать старые обиды, идти на компромиссы и договариваться пока слишком слабо.

Свежий пример: водная проблема региона и выработка единых тарифов на перевозки для стран Центральной Азии. Решение по обеим темам планировалось принять 14 сентября на встрече глав государств Центральной Азии в Душанбе, однако результата добиться не удалось. Лидеры лишь озвучили друг другу накопившиеся проблемы и претензии. На фоне срывающихся переговоров возник соблазн добиться своего с помощью угроз, давления или силы. Отсюда блокады границ, сбои в поставках электроэнергии и газа, а также рост закупок оружия и усиление вооружённых сил. Пока в Центральной Азии идти на уступки не хочет никто.

Азия и Евразия
Россия и Центральная Азия: поиски форматов взаимодействия в новых геополитических условиях
Станислав Притчин
Поворот российской внешней политики на Восток, анонсированный ранее, но сегодня приобретающий всё более актуальное звучание, невозможен без перезагрузки отношений со стратегическими партнёрами в Центральной Азии, которые должны стать ключевым транзитным пространством, связующим звеном между Россией и странами Южной Азии, пишет Станислав Притчин, старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО РАН, по итогам второй Центральноазиатской конференции Валдайского клуба.
Мнения участников
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.