Политэкономия конфронтации
Азиатско-Тихоокеанский регион или Индо-Тихоокеанский регион?

Страны, испытывающие неблагоприятное воздействие «Индо-Тихоокеанского» проекта, в частности Китай, Россия, Пакистан, Иран и республики Центральной Азии, могут компенсировать его негативные последствия за счёт усиления собственной стратегической интеграции, полагает Шахида Визарат, декан колледжа экономического и социального развития CESD, Института управления бизнесом IOBM, президент союза независимых экономистов и практиков в области политики. Статья представляет собой одно из мнений в рамках дискуссии среди экспертов Валдайского клуба на тему «Азиатско-Тихоокеанский регион или Индо-Тихоокеанский регион?».

Ещё сравнительно недавно территории по периметру Тихого и Индийского океанов было принято называть Азиатско-Тихоокеанским регионом, но в 2007 году премьер-министр Японии Синдзо Абэ ввёл термин «Индо-Тихоокеанский регион». В 2010 году Хиллари Клинтон называла этот регион «Индо-Тихоокеанским», демонстрируя уклон США в сторону Индии и их геостратегическую повестку в отношении региона. В 2017 году администрация Трампа также назвала этот регион «Индо-Тихоокеанским».

Регион Индийского океана богат полезными ископаемыми. Он содержит 35 процентов мировых запасов природного газа, 67 процентов мировых запасов нефти, 40 процентов мировых запасов золота, 60 процентов мировых запасов урана и 80 процентов месторождений алмазов. О стратегической важности региона можно судить по тому, что в нём находятся семь из десяти стран с крупнейшими армиями в мире и шесть ядерных держав. Он обеспечивает две трети роста мирового ВВП и 60 процентов мирового ВВП. Регион также очень важен для Китая, поскольку он является основным маршрутом для поставок нефти в Китай. При этом 85 процентов китайского импорта нефти проходит через Малаккский пролив. Ван И в 2022 году совершенно справедливо заявил, что «Индо-Тихоокеанская стратегия» направлена «не только на то, чтобы стереть имя Азиатско-Тихоокеанского региона и эффективное региональное сотрудничество в Азиатско-Тихоокеанском регионе, но и на то, чтобы свести на нет совместные успехи и стремление к миру и развитию, достигнутые странами региона на протяжении десятилетий». По его словам, США стремятся сделать страны Азиатско-Тихоокеанского региона «пешками» своей гегемонии.

Политолог Ксения Егорова утверждает, что Москва не поддерживает концепцию «Индо-Тихоокеанского региона». По её мнению, «Россия резко выступает против Индо-Тихоокеанского региона, считая эту концепцию проамериканской и направленной на сдерживание Китая и России. “Индо-Тихоокеанский регион” воспринимается Москвой как отголосок холодной войны. Россия не приветствует идею Индо-Тихоокеанского региона как новой геополитической конструкции, которая якобы заменит Азиатско-Тихоокеанский регион». В 2019 году министр обороны России заявил, что переход от Азиатско-Тихоокеанского региона к «Индо-Тихоокеанскому региону» породит расколы и напряжённость и отрицательно скажется на региональном порядке. Налицо вполне реальные опасения, что это отвлечёт регион от взаимодействия, ориентированного на АСЕАН и ШОС и что с уходом США из Афганистана проекты новых энергетических маршрутов и региональной экономической интеграции будут вытеснены индо-тихоокеанской конструкцией.

Корпорации и экономика
Политика присоединения? Стратегические и экономические интересы Индии в Quad
Си Раджа Мохан
Готовность Индии взаимодействовать с США, Австралией и Японией в рамках Quad можно рассматривать как серьёзный отход от её традиционной политики неприсоединения. Но при более внимательном рассмотрении можно заметить, что в прошлом, когда национальные интересы Индии находились под угрозой, Дели уже экспериментировал с союзническими отношениями, пишет Си Раджа Мохан, директор Института южноазиатских исследований Национального университета Сингапура.

Мнения экспертов


Россия опасается, что QUAD перерастёт в «азиатскую НАТО», и считает подобную деятельность в Азиатско-Тихоокеанском регионе проявлением унилатерализма и ориентированного на США мирового порядка, которому Российская Федерация сопротивляется. Кроме того, у Москвы есть экономические интересы в регионе, связанные с освоением природных ресурсов, экспортом энергоресурсов и сельскохозяйственной продукции в Азию и позиционированием себя как коридора между Азиатско-Тихоокеанским регионом и Европой. Вся эта деятельность по экономической интеграции, вероятно, будет затронута конструктом «Индо-Тихоокеанского региона».

Четырёхстороннее соглашение о безопасности (QUAD) представляет собой диалог по вопросам безопасности между США, Австралией, Японией и Индией, главной задачей которого является окружение Китая и ограничение влияния России в регионе. Хотя это квазивоенный союз с большим упором на невоенную деятельность, проведение совместных военных учений и распространение формата на другие регионы, например создание Ближневосточного/западноазиатского QUAD (в составе США, Индии, Израиля и ОАЭ), придаёт ему силу и статус. В сентябре 2021 года, чтобы добавить QUAD военной мощи, Австралия, Великобритания и США создали военный альянс AUKUS, целью которого является обеспечение коллективной безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе. AUKUS предоставит ударные средства дальнего действия и атомные подводные лодки Австралии. Это является нарушением статьи 1 ДНЯО, которая запрещает государствам, обладающим ядерным оружием, передавать ядерное оружие или взрывчатые материалы неядерным государствам, а также статьи 2 ДНЯО, которая запрещает неядерным государствам приобретать такое оружие.

Конфликт и лидерство
Трёхстороннее партнёрство AUKUS: политика, ядерное распространение и подводные лодки
Эндрю Фаттер
AUKUS для многих будет выглядеть как демонстрация двойных стандартов США и даже, возможно, неоколониального подхода к распространению ядерного оружия, в рамках которого одни страны считаются «ответственными» ядерными операторами, а другие – нет. Такое «условное распространение» значительно затруднит работу с другими государствами, также стремящихся развивать ядерные военно-морские мощности, но, возможно, для реализации более устрашающих целей, пишет Эндрю Фаттер, доцент Департамента политики и международных отношений Университета Лестера, Великобритания.

Мнения экспертов


Подъём Китая как мировой экономической державы в 2010 году и развитие с 2013 года инициативы «Пояс и путь», в которой участвуют почти 150 стран и организаций, привели к тому, что США, Великобритания и их азиатские партнёры Индия, Япония и Австралия начали сопротивляться изменению мирового порядка. Концепция «Индо-Тихоокеанского региона» –это ответ на «Пояс и путь» как на позитивную инициативу в области развития. Китайская инициатива направлена на строительство инфраструктуры в странах развивающегося мира, для которых развитие стало труднодостижимым из-за антагонистической политики богатых стран и жёстких условий, выдвигаемых международными финансовыми учреждениями. Наличие инфраструктуры приведёт к увеличению инвестиций, создаст благотворные циклы, ведущие к дальнейшему увеличению доходов, производства и занятости. Вот почему «Пояс и путь» называют «беспроигрышной» моделью, увеличивающей объём производства, доходы и занятость как в принимающей стране, так и в стране-инвесторе.

Но такой подход находится в прямом противоречии с существующим мировым порядком, установленным богатыми бывшими колониальными державами. Этот мировой порядок основан на культивировании конфликтов, приводящих к увеличению спроса на вооружения, увеличению ВВП в богатых странах – производителях вооружений, он способствует снижению экономической активности из-за конфликтов, оттока капитала, нестабильности, гибели людей и разрушений в развивающемся мире. Выигрыш одного при таком миропорядке становится проигрышем другого. Следовательно, это не беспроигрышная модель. Нынешний мировой порядок обеспечивает сохранение статус-кво и подтверждает теорию немецкого социолога Андре Гундера Франка о том, что богатые страны развиваются за счёт остального мира. Вот почему США, Великобритания, Австралия, Япония и их ставленники вроде Индии так бурно реагируют на «Пояс и путь». Это экономическая инициатива в области развития, в то время как США, Великобритания, Австралия и Индия отвечают на неё военными инициативами в виде QUAD и AUKUS.

Стратегия национальной безопасности США до 2022 года, обнародованная 14 октября 2022 года, определяет Китай как «наиболее серьёзный геополитический вызов Соединённым Штатам». Россия объявляется второй по значимости угрозой глобальным интересам США и осуждается за спецоперацию на Украине. Интересно отметить, что Пакистан и Саудовская Аравия даже не упоминаются в Стратегии национальной безопасности. Отсутствие Пакистана является долгожданным событием, отражающим понимание того, что Пакистан не заинтересован в ведении чуждых ему войн. Но на интересы Пакистана негативно влияет концепция «Индо-Тихоокеанского региона», приводящая к милитаризации Азиатско-Тихоокеанского региона. У Пакистана есть основания не соглашаться с тем, что его заклятый враг Индия, объединившись с могущественными странами, стремится разрушить региональный мир и нацелился на Китайско-пакистанский экономический коридор (КПЭК), не говоря уже о злонамеренных планах в отношении Джамму, Кашмира и Ладакха.

Индия была названа в Стратегии «важным оборонным партнёром», помогающим реализовать концепцию «свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона». Далее в документе говорится, что «Соединённые Штаты и Индия будут работать вместе на двусторонней и многосторонней основе, чтобы поддержать общее видение свободного и открытого Индо-Тихоокеанского региона». Роль Индии в «Индо-Тихоокеанском регионе» весьма двусмысленна. Это близкий друг Российской Федерации и главный бенефициар дешёвой российской нефти. Россия экономически усиливает Индию, но эта сила будет использована против тех, кто помог Нью-Дели её обрести. России, похоже, приходится идти на компромисс между экономическими и геостратегическими интересами. На фоне западных санкций ей нужно продавать свою нефть, газ и другие экспортные товары, чтобы выйти из нынешних экономических трудностей. В результате страна, главная задача которой в рамках американской Стратегии национальной безопасности состоит в продвижении интересов США в «Индо-Тихоокеанском регионе», поддерживается российскими энергетическими ресурсами.

Милитаризация Азиатско-Тихоокеанского региона выглядит пугающим сценарием. Каковы будут последствия, если там начнётся война? Кто будет победителем, а кто проигравшим? Если назревающие конфликты станут настолько неразрешимыми, что приведут к войне между крупными державами, это повлечёт за собой крайне тяжёлые человеческие потери, разрушение инфраструктуры, крах прогресса и процветания. Большие войны и конфликты приводят к гибели существующих держав и замене их новыми. Широкое участие Индии в военных союзах и поддержание дружеских отношений с членами противоположной группы показывает, что Индия надеется стать такой державой. Возникнет ли из пепла войны новая сила?

Страны, испытывающие неблагоприятное воздействие «Индо-Тихоокеанского» проекта, в частности Китай, Россия, Пакистан, Иран и республики Центральной Азии, могут компенсировать его негативные последствия за счёт усиления собственной стратегической интеграции. Другие страны, которые также могут пострадать от него –это Турция, Малайзия и Индонезия. Председатель Си Цзиньпин, выступая на Боаоском азиатском форуме в 2022 году, предложил инициативу глобальной безопасности, основанную на видении общей, всеобъемлющей, совместной и устойчивой безопасности. Эта инициатива будет способствовать многосторонности и международной солидарности и приведёт к укреплению безопасности стран, для которых представляет угрозу нынешнее разжигание войны, с течением времени становящееся всё более опасным.

Политэкономия конфронтации
Индо-Тихоокеанская экономическая структура: новый подход к региональному экономическому и торговому сотрудничеству
Ниведита Дас Кунду
Индо-Тихоокеанская экономическая структура должна стать взаимовыгодной и заслуживающей доверия альтернативой в ответ на геостратегическое и экономическое давление Китая в Индо-Тихоокеанском регионе, которая позволит поддерживать региональные инициативы и будет восприниматься партнёрами как жизнеспособная основа для развития региона, пишет Ниведита Дас Кунду, старший научный сотрудник Йоркского университета, академический директор Колледжа Liaison. Статья представляет собой одно из мнений в рамках дискуссии среди экспертов Валдайского клуба на тему «Азиатско-Тихоокеанский регион или Индо-Тихоокеанский регион?».
Мнения экспертов


Библиография

Iqbal, Anwar, US sees China, not Russia, as Biggest Geopolitical Challenge. Dawn, 15 October 2022.

Chen, Dingding, What China Thinks of the Indo-Pacific Strategy. The Diplomat, April 2018.

Egorova, Ksenia, Russia’s Perspective on the Indo-Pacific. Center for Political Studies, Indonesian Institute of Sciences, June 2021.

Siddiqui, Farhan Hanif, US Indo-Pacific Strategy and Pakistan’s Foreign Policy: The Hedging Option. Strategic Studies, Vol. 42(1), 2022.

Koldunova, Ekaterina, Russia’s Ambivalence About an Indo Pacific Strategy. Asia Pacific Bulletin, 476, 1-2, 2019.

Shaukat, Reema, The U.S.’ Indo-Pacific Strategy and its Implications for Pakistan. Hilal, ISPR, 3 July 2022.

Spybey, Tony, Social Change, Development and Dependency. Polity Press, Cambridge, 1992.

Yi, Wang, The Indo-Pacific Strategy is Bound to be a Failed Strategy, Ministry of Foreign Affairs, Peoples Republic of China, 22 May 2022. URL: https://www.fmprc.gov.cn/eng/zxxx_662805/202205/t20220523_10691136.html.

Ahmed, Zainab, Great Power Rivalry in Indo-Pacific: Implications for Pakistan, Strategic Studies, Vol. 41(4), 2021.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.