3 сентября на московской площадке клуба «Валдай» состоялась дискуссия на тему «80-летие Победы на Тихом океане: значение и историческая память». Модератор Антон Беспалов в контексте прошедшего в Пекине парада в честь 80-летия Победы над Японией, на котором присутствовали лидеры многих стран мира, в том числе президент России Владимир Путин, дал краткий очерк истории этого праздника, отмечаемого в России 3 сентября как День Победы над милитаристской Японией и окончания Второй мировой войны.
2 сентября 1945 года на борту американского линкора «Миссури» была подписана капитуляция Японии. Следующий день был объявлен в СССР нерабочим и праздничным, но через два года 3 сентября снова стало рабочим днём, как и 9 мая. Однако если День Победы в Великой Отечественной войне в дальнейшем вернул себе прежний статус, а в постсоветской России стал ключевым элементом, вокруг которого строится историческая память, то День Победы на Тихом океане остался в тени. «Это вполне объяснимо, поскольку Великая Отечественная война имеет для нас характер экзистенциального противостояния. Но для многих стран Азиатско-Тихоокеанского региона такой же характер имеет война с Японией», – подчеркнул Беспалов. Он отметил, что сегодня, когда у России растут политические, экономические и гуманитарные связи России со странами АТР, растёт и интерес к исторической политике этих стран, для многих из которых победа над Японией открыла путь к деколонизации. Рассматривая их политику исторической памяти, можно заметить, что по ряду вопросов у России существуют с ней важные совпадения, создающие пространство для диалога и во многом утраченные на европейском направлении, указал модератор.
«Когда мы слышим слово “война”, первой ассоциацией является Великая Отечественная», – отметил ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН Константин Асмолов. По его словам, когда брежневское поколение руководителей действовало исходя из принципа «лишь бы не было войны», оно имело в виду не войну вообще, а новую Великую Отечественную.
Но теперь, когда на фоне глобальной турбулентности война возвращается в политику стран «первого мира», это может потребовать анализа иных примеров войны. Так, в контексте участия СССР во Второй мировой войне победа над Японией, о которой нередко забывают, представляет собой прекрасный пример быстрой победы над сильным и опасным противником – не менее серьёзным, чем нацистская Германия. Эта победа, причём одержанная на поле самой Японии, была не знаком её слабости, а знаком силы Советского Союза. С учётом того, что, возможно, настало время отчасти пересмотреть евроцентристский взгляд на начало Второй мировой войны, 3 сентября становится важной датой, считает Асмолов.
Сейчас, когда страны Глобального Юга присоединяются к усилиям России по построению альтернативы американскому «порядку, основанному на правилах», тема победы над общим врагом играет особенно значимую роль. И здесь важно выстраивание единой исторической концепции, призванной создать компромиссную и более отвечающую реальности трактовку событий.
