США в поисках компромисса с талибами

Стремление снизить вовлечённость в Афганистане отражает смену стратегических приоритетов США. В условиях переориентации Вашингтона на противостояние с Китаем и Россией растрата ресурсов в локальных конфликтах становится всё более неоправданной роскошью. Она приводит к распылению сил и внимания, пишет Игорь Истомин, доцент кафедры прикладного анализа международных проблем МГИМО МИД России. 

В конце июня госсекретарь США Майк Помпео заявил, что Вашингтон планирует до 1 сентября достигнуть соглашения с движением «Талибан». Этот вопрос обсуждался в ходе серии переговоров в Дохе между американским дипломатом Залмаем Халилзадом и представителями талибов. Очередной, восьмой раунд встреч проходил с 3 по 12 августа. Обе стороны сообщили о продвижении в согласовании документа без раскрытия существенных подробностей. В этой связи перспективы достижения амбициозной цели в установленный срок продолжают вызывать сомнения.

Предполагается, что соглашение подведёт черту под почти двумя десятилетиями американского военного присутствия в Афганистане. Взамен на вывод (или по крайней мере – существенное сокращение) сил НАТО «Талибан» обязуется отказаться от сотрудничества с террористическими организациями, представляющими непосредственную угрозу Соединённым Штатам и их союзникам (в первую очередь с «Аль-Каидой» и ИГИЛ ). Даже если планы заключения соглашения с талибами к сентябрю реализовать не удастся (с учётом сложности задачи – вполне реалистичный сценарий), предпринимаемые усилия свидетельствуют о серьёзности намерений американской администрации по снижению вовлечённости в афганскую ситуацию.

Уход США, мир в Афганистане и стратегическая головоломка
Мухаммад Атар Джавед
На фоне реальных событий в Афганистане окончательное мирное соглашение между США и талибами пока не представляется возможным. Также считается, что если всеобъемлющее мирное соглашение не будет достигнуто и американские войска не уйдут из Афганистана, это приведет к росту насилия в стране. О реальности и «новой нормальности» региона пишет Мухаммад Атар Джавед, генеральный директор Pakistan House – International Think Tank, о терактах в Шри-Ланке.
Мнения экспертов

Доказательством тому стал выбор Дональдом Трампом спецпредставителя по Афганистану. Залмай Халилзад – фактический отец современной афганской государственности. Именно он в 2001 году способствовал приходу к власти в стране Хамида Карзая и отстранению бывших деятелей «Северного альянса» от реальных рычагов управления. В 2005–2007 годах в качестве посла в Багдаде он сыграл одну из центральных ролей в создании предпосылок для стабилизации ситуации и последующего вывода американских войск из Ирака. Он, в частности, отстаивал необходимость примирения с суннитскими группировками, ранее воевавшими против оккупационных сил. В ходе нынешних переговоров с «Талибаном» его навыки диалога с противниками вновь оказываются востребованы.

Богатый дипломатический опыт и афганское происхождение должны помочь Залмаю Халилзаду добиться приемлемых условий выхода США из многолетнего конфликта. Активизация усилий на этом направлении, безусловно, связана с электоральными интересами нынешнего американского руководства. Завершение непопулярной войны в преддверии президентских выборов 2020 года позволило бы подкрепить практическими достижениями реноме Дональда Трампа как противника неоправданного интервенционизма в глазах широкого круга избирателей.

Кому достанется главная роль в афганском сценарии?
М. К. Бхадракумар
Налицо все признаки того, что мирные переговоры между Соединёнными Штатами и афганскими талибами вступили в завершающую фазу. Оптимизм последних заявлений спецпредставителя США по Афганистану Залмая Халилзада создаёт впечатление, что соглашение неизбежно. Представители талибов также выражают удовлетворение тем, что с США достигнуто взаимопонимание. Будучи наиболее организованной афганской группировкой, талибы имеют решающее преимущество перед конкурирующими формированиями. Поэтому захват власти «Талибаном» в Афганистане в ближайшем будущем очень даже возможен, считает М.К.Бхадракумар, бывший посол Индии в Турции и Узбекистане.
Мнения экспертов

Вместе с тем наличие личной заинтересованности у нынешнего хозяина Белого дома не лишает предпринимаемые усилия стратегической логики. США давно потеряли надежду на полное устранение «Талибана». Более того, с учётом локализации интересов этого движения (ориентированного на установление собственной власти в пределах Афганистана, а не на глобальный джихад) непосредственных угроз для Соединённых Штатов оно само по себе не представляет.

После травматичного опыта терактов 11 сентября 2001 года Вашингтон с опасением относился к большинству проявлений исламизма. Однако со временем пришло реалистическое осознание, что такого толка идейные движения неискоренимы (во всяком случае в обозримой перспективе) и нужно тщательнее подходить к выбору противников. В результате всё больший акцент стал делаться на разделение сторонников глобального халифата, ответственных за нападения в странах Запада, и местных группировок, решающих локальные задачи в отдельных мусульманских странах. В этой связи соглашение с талибами призвано служить их дистанцированию от джихадистского интернационала.

В более широком плане стремление снизить вовлечённость в Афганистане отражает смену стратегических приоритетов США. В условиях переориентации Вашингтона на противостояние с крупными державами (Китаем и Россией) растрата ресурсов в локальных конфликтах становится всё более неоправданной роскошью. Она приводит к распылению сил и внимания. В ряде геополитических построений американское присутствие в Афганистане увязывается со способностью проникнуть на «задний двор» их стратегических противников. Подобные построения имели бы смысл, если бы не порождали существенные затраты, в то время как США сталкиваются с необходимостью укрепления присутствия на азиатско-тихоокеанском и евроатлантическом театрах.

В афганском случае речь идёт о стране со сложным рельефом и плохой транспортной сетью, расположенной в центре континента и не имеющей выхода к морю. Для Соединённых Штатов как для удалённой морской державы возможность использования расположенного здесь военного контингента для сколько-нибудь осязаемого давления на Китай или Россию представляет подлинную головную боль. Опыт 2000–2010-х годов неоднократно демонстрировал хрупкость американских коммуникаций и логистических маршрутов. В этой связи оказание удалённой поддержки местным силам при минимизации непосредственного вовлечения больше соответствует американской стратегии сдерживания потенциальных конкурентов.

Уходи красиво: возможные последствия вывода американских войск из Афганистана
Андрей Казанцев
Президент США Дональд Трамп давно хочет уйти из Афганистана. Но для американской армии это серьёзная проблема сохранения чести мундира. Уход могут интерпретировать как «второй Вьетнам», то есть поражение американской армии со всеми психологическими и международными последствиями. Трамп во внешней политике достаточно непоследователен и склонен к оппортунизму. Он просто посмотрит, какой из вариантов будет полезен для его переизбрания, считает Андрей Казанцев, директор Аналитического центра Института международных исследований МГИМО.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.