Cмотреть
онлайн-трансляцию
Многополярность и взаимосвязанность
Можно ли спрогнозировать санкции на 2024 год? Да, вполне

Какой будет политика санкций против России в 2024 году? Можно ли спрогнозировать приоритеты такой политики? Да, вполне. Потому что ключевые решения по санкциям в 2024 году уже заложены в текущих политических решениях, пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.

Мы увидим дальнейшее расширение блокирующих и торговых санкций. Развитие механизмов конфискации российских активов. И что ещё важнее – более системные попытки заставить бизнес из третьих стран отказаться от сотрудничества с Россией, особенно в области промышленных поставок и технологического сотрудничества. Данные три направления составляют основу базового сценария антироссийских санкций в 2024 году. Рассмотрим их подробнее.

Расширение блокирующих санкций – рутинный процесс, составляющий основу каждой новой волны ограничительных мер против России. В списки заблокированных лиц попадают всё новые российские физические и юридические лица. Их активы в юрисдикции стран – инициаторов санкций замораживаются, а транзакции с ними попадают под запрет. Так, Европейский союз на сегодняшний день заблокировал 335 юридических и 1645 физических лиц в связи с украинским конфликтом. Это не считая тех активов, которые попадают под санкции по «правилу 50 процентов» – дочерние предприятия, филиалы и тому подобное. Другими инициаторами санкций – США, Великобританией, Канадой и прочими – заблокировано сопоставимое число российских лиц, хотя их списки не всегда совпадают. Кроме того, блокирующие санкции США нередко исполняет крупный бизнес в третьих странах, в том числе дружественных России, из-за страха самим оказаться под блокирующими санкциями.

Можно ли считать число уже заблокированных российских лиц большим? Да, можно. Под блокирующими санкциями находятся системообразующие российские компании – банки, крупные промышленные предприятия и даже несколько университетов. Дальнейшие расширения вполне возможны. Они могут решать задачу нанесения максимального ущерба экономике. В таком случае мы увидим в списках заблокированных лиц новые крупные компании. Одним из направлений эскалации является энергетический сектор, но здесь аппетиты санкций могут ограничиваться страхом колебаний на рынках энергоносителей. Санкции также могут решать политические задачи, то есть блокировать СМИ, государственные ведомства, НКО, образовательные учреждения, известные общественные и политические фигуры. По практике прошедших лет, обе задачи могут решаться одновременно.

Политэкономия конфронтации
Конгресс США и санкции против России
Иван Тимофеев
Более глубокое понимание политики ограничительных мер в отношении нашей страны требует изучения нюансов и деталей. Один из таких нюансов – роль Конгресса США в принятии решений о санкциях. Различные инициативы конгрессменов часто создают острые новостные поводы. Но насколько принципиальной является роль Конгресса в политике санкций против России? В чём она отличается от политики в отношении других стран? Что это значит для России? Об этом пишет Иван Тимофеев, программный директор клуба «Валдай».
Мнения участников


То же касается и торговых санкций. Товары двойного назначения уже практически полностью запрещены к поставкам в Россию. Но могут дальше расширяться списки промышленных товаров и «товаров роскоши», запрещённых к ввозу в РФ, а также списки товаров, запрещённых к импорту из России. Эскалация здесь будет вестись и в направлении запрета поставок продукции российского происхождения из третьих стран.

Конфискация активов заблокированных российских лиц и последующая передача средств Украине обсуждается с самого начала специальной военной операции. Полноценным механизмом такой конфискации обладает Канада. В США есть прецедент передачи части активов российского заблокированного лица Украине, но там речь идёт об активах, проходящих по уголовному делу об обходе санкций, то есть механизма, аналогичного канадскому, в США пока нет. Новый 12-й пакет санкций ЕС также вводит механизм, позволяющий конфисковать активы российских заблокированных лиц для компенсации убытков, понесённых при изъятии собственности лиц ЕС в России. Практики здесь пока нет, но она вполне может появиться в 2024 году.

Ещё одно направление конфискации – использование доходов от российских суверенных активов в юрисдикции стран-инициаторов. Об этом говорилось, в частности, в заявлении лидеров стран Группы семи 6 декабря 2023 года. В сходном ключе были и заявления властей ЕС, которые намерены получить до 15 миллиардов евро от доходов замороженных активов ЦБ РФ. По всей видимости, озвученная сумма может составлять объём годовых доходов от российских активов. Их передача Украине может частично снять бремя помощи с казны ЕС и его членов. Вряд ли нужно говорить о том, что Москва воспримет такие действия как незаконные и будет вести дело к встречному ущербу инициаторам санкций. Тем более что размораживание российских активов – крайне нереалистичный сценарий на долгосрочную перспективу.

Борьба с обходом санкций и давление на бизнес из дружественных стран обещают быть всё более заметными. В 2023 году данные меры и так были весьма активны. Практически все раунды блокирующих санкций США против России включали в себя санкции против лиц из третьих стран – Турции, ОАЭ, КНР, Сингапура, Киргизии, Кипра и других, которых американские власти считали замешанными в обходе экспортного контроля и иных режимов санкций. Механизм подобных вторичных санкций ещё в прошлом году появился и в ЕС, хотя применялся он крайне ограниченно, а экспортный контроль ЕС в отношении третьих стран, через которые товары из Евросоюза подставляются в РФ в обход санкций, пока не применялся вовсе. Однако уголовное преследование нарушителей режима санкций в странах ЕС стремительно набирает обороты и уже сопоставимо с американскими темпами. В самих США появились новые правовые механизмы. В частности, президент США Джо Байден подписал новый исполнительный указ, вводящий поправки к указам № 14024 и 14068. В первом случае речь идёт о появлении механизма санкций против зарубежных финансовых институтов, осуществляющих финансовые транзакции в интересах российского ОПК и поставок в Россию отдельных видов электроники и промышленного оборудования. Во втором – о распространении запретов на импорт российских товаров (непромышленные алмазы, рыба, морепродукты и другие) для тех случаев, когда данные товары становятся компонентами импортируемой продукции из третьих стран. Симптоматично, что ЕС в своём 12-м пакете также отразил запрет не только на российские алмазы, но и на продукцию, созданную в третьих странах после их обработки.

Угроза вторичных санкций США в отношении финансовых институтов представляется наиболее существенной. Если раньше механизмы указа 14024 давали полномочия Минфину США блокировать тех лиц из третьих стран, которые обходят режим санкций США или же взаимодействуют с российскими лицами под санкциями, то теперь спектр их действия расширяется. Даже если сделка не касается собственно американских товаров и режима санкций США, финансовый институт из третьей страны всё равно может попасть под санкции. Вряд ли такая практика будет массовой. Но вполне вероятны единичные показательные меры, которые заставят банки и другие финансовые институты относится к такому риску серьёзнее.

По всей видимости, первый концентрированный «залп» по имплементации данных мер будет сделан к 24 февраля 2024 года. Власти США и других западных стран постараются «отметить» дату начала СВО максимально заметными политическими шагами, включая санкции. Механизмы для таких шагов готовятся уже сейчас. Российские власти со своей стороны прорабатывают ответные меры. Ещё более важной становится задача по созданию независимых от Запада механизмов финансовых расчётов с дружественными странами. Логика «зуб за зуб» будет продолжать доминировать в отношениях России и Запада.

Политэкономия конфронтации
2023 год: стабилизация после встряски
Иван Тимофеев
Ставкой 2022 года был вопрос о том, сможет ли Россия выдержать этап перелома – удастся ли удержать экономику от обвала на фоне санкций, получится ли консолидировать элиты и общество? Прошлый год завершался недосказанностью ответов на эти вопросы. 2023 год добавил определённости. Перелом позади, Россия живёт в новых условиях конфронтации и справляется с ними. Из режима кризиса российская политика перешла в режим новой нормальности. Каковы её параметры? Об этом пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.

Мнения участников
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.