Политэкономия конфронтации
2023 год: стабилизация после встряски

Ставкой 2022 года был вопрос о том, сможет ли Россия выдержать этап перелома – удастся ли удержать экономику от обвала на фоне санкций, получится ли консолидировать элиты и общество? Прошлый год завершался недосказанностью ответов на эти вопросы. 2023 год добавил определённости. Перелом позади, Россия живёт в новых условиях конфронтации и справляется с ними. Из режима кризиса российская политика перешла в режим новой нормальности. Каковы её параметры? Об этом пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.

Основной итог 2023 года – переход к новой нормальности внешней и внутренней политики. В сравнении с ним 2021 год был годом сгущающихся туч. Тогда надвигающийся перелом витал в воздухе, но многим казался маловероятным. Слишком привычной стала реальность тридцати лет, прошедших со времён окончания холодной войны, – реальность мирной жизни, открытости и сотрудничества.

В отношениях с Западом она стала сворачиваться задолго до 2021 года. Трещины пошли ещё в конце 1990-х, а с 2014 года разлом становился всё более необратимым. Но, как это часто бывает, в возможность больших перемен было трудно поверить именно потому, что инерционность повседневной жизни скрывает признаки тектонических сдвигов. Они хорошо видны и кажутся закономерными уже как прошлое. Но в самом прошлом (то есть в настоящем) поверить в их наступление могут немногие.

2022 год стал годом динамического хаоса – перехода России в новую реальность свой политики и жизни. Нервом перемен стал выход наружу противоречий в отношениях с «коллективным Западом». Концентрированным выражением кризиса стала специальная военная операция (СВО) на Украине и последующая цепь конфронтационных событий: ускорение гонки вооружений, расширение НАТО, масштабные санкции, попытки изоляции России, военная и финансовая помощь Украине и другие. Ставкой 2022 года был вопрос о том, сможет ли Россия выдержать этап перелома – удастся ли удержать экономику от обвала на фоне беспрецедентных санкций, можно ли будет вести масштабные военные операции, которых не было даже в период холодной войны, получится ли консолидировать элиты и общество? Прошлый год завершался недосказанностью ответов на эти вопросы. 2023 год добавил определённости. Перелом позади, Россия живёт в новых условиях конфронтации и справляется с ними. Из режима кризиса российская политика перешла в режим новой нормальности. Каковы её параметры?

Первый – отношения России и Запада. В 2022 году они перешли в режим острой конфронтации. Её характерными чертами стала масштабная военная и финансовая помощь Украине, расширение НАТО, курс на ремилитаризацию Европы. 2023 год показал, что страны НАТО опасаются прямого военного конфликта с Россией из-за риска ядерной эскалации, но не видят большого риска в наращивании количества и качества поставляемых Украине вооружений. Поставки включают в себя как остающиеся на складах вооружения советского образца и боеприпасы к ним, так и вооружения западного производства. Тем не менее увеличение поставок пока ограничено финансовыми и промышленными возможностями. С учётом затягивания конфликта данные ограничения со временем могут быть преодолены. В любом случае наращивание поставок на Западе не видят в качестве красной линии. Идеологически Россия и Запад стали друг для друга принципиальными соперниками. Каких-либо компромиссных решений их противоречий не просматривается. Обе стороны рассчитывают навязать друг другу свои условия. Запад – путём истощения России санкциями, прямой помощи её военному противнику, информационной войной и влиянием на нейтральные или дружественные России страны. Россия – путём нанесения военного поражения Украине и решения задач СВО, а также ответными асимметричными мерами. Стороны не обладают возможностями сокрушить друг друга, но рассчитывают на появление благоприятных возможностей для выигрыша. Запад исходит из уязвимостей в экономике России и теоретической возможности внутренних потрясений, которые могут привести к радикальной смене внешнеполитического курса и поражению страны. Россия – из умножения конфликтов, в которые США и Запад в целом вынуждены вовлекаться, распыляя свои ресурсы, а также из вероятности разногласий внутри Запада.

Новая нормальность – отсутствие видимых предпосылок для компромиссов.

Второй – военная ситуация на Украине. 2023 год начинался с тревожных ожиданий украинского контрнаступления. Оно подогревалось в информационном поле и в политических заявлениях западных лидеров. Его успех должен был среди прочего оправдать масштабные военные и финансовые вливания западных партнёров Украины. Провал наступления можно считать одним из ключевых военных результатов 2023 года. Российская армия не стала форсировать немедленные ответные наступательные действия. Однако её давление идёт по всей линии фронта. У западной дипломатии появились рациональные причины, чтобы прощупывать почву для переговоров о прекращении огня, хотя официально позиции не менялись. У Москвы, наоборот, веских причин идти на прекращение огня нет. Передышка позволит заново вооружить Украину, нарастить мощности ВПК и перезапустить конфликт в выгодный Киеву момент. По всей видимости, в России исходят из того, что только болезненное и масштабное поражение Украины способно привести к учету российских требований и интересов. Причём такое поражение может продумываться как в режиме сокрушительного удара, так и в режиме борьбы на истощение. Второй вариант, судя по всему, является базовым.
Борьба на истощение – ещё один признак новой нормальности.

Третий – санкции против России. 2022 год ознаменовался «санкционным цунами», когда в отношении России был введён широкий набор ограничительных мер в предельно короткие сроки. Речь шла о блокировании суверенных активов и блокирующих финансовых санкциях в отношении системообразующих компаний, об экспортном контроле, о запретах на импорт нефти, нефтепродуктов, угля, стали, золота и других товаров, о транспортных и иных ограничениях. В 2023 году все эти меры расширялись. Они наносили ущерб, но сокрушить экономику уже не могли. Эффект шока остался в 2022 году, сменившись выходом на плато в 2023 году. США, ЕС и другие инициаторы санкций совершенствуют систему борьбы с обходом санкций. Вводятся вторичные санкции, заводятся уголовные дела в отношении нарушителей, в том числе против граждан России. Однако и эти меры радикально не усиливают эффект. Москва не выказывает никакого интереса к тому, чтобы ставить вопрос о смягчении санкций в ответ на политические уступки.
Игнорирование санкций, адаптация к ним в сочетании с точечными ответами – часть новой нормальности.
Политэкономия конфронтации
Санкции и конфискация российской собственности. Первый опыт
Иван Тимофеев
После начала специальной военной операции на Украине западные страны заморозили активы российских государственных и частных структур, попавших под блокирующие финансовые санкции. Одновременно обсуждались возможности конфискации данных активов с последующей передачей полученных средств в пользу Украины. Пока такой правовой механизм есть только у Канады. Она же станет первой страной, которая реализует идею о конфискации на практике. Как работает новый механизм, в чём суть первой конфискации и каких последствий ждать от новой практики в будущем? Об этом пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.
Мнения участников

В 2023 году произошло оформление новых доктринальных основ внешней политики России. Одним из ключевых событий стало появление новой Концепции внешней политики. Среди концептуальных нововведений – понятие государства-цивилизации и восприятие внешнего мира как совокупности цивилизационных образований той или иной степени политической консолидации. В теоретическом плане это одна из наиболее серьёзных новаций последнего времени. У такого взгляда есть свои сильные и слабые стороны. Требуется серьёзная теоретическая и политико-философская проработка нового подхода. Но сам факт его появления говорит о начавшемся движении в переосмыслении российской идентичности, ответов на вопросы «кто мы?», «кем мы не являемся?», «кто наши значимые другие?».

Переход к новой нормальности характеризуется появлением новых понятий, которые отражают такую нормальность.

Изменения происходят и в российском обществе. 2022 год характеризовался шоком и разрывом шаблона после начала СВО. Такое состояние было неизбежным с учётом радикальности внешнеполитических изменений. В 2023 году российское общество, судя по всему, адаптировалось к изменениям. Несмотря на ведение масштабных военных действий, в России в целом сохранился стабильный и достаточно предсказуемый образ жизни. Такие тревожные симптомы, как инфляция, дефицит рабочей силы и спад в ряде отраслей, сочетаются с рекордно низкой безработицей, быстрым освоением новых рыночных ниш после ухода иностранных компаний, оживлением промышленности на фоне импортозамещения и военных заказов. Ситуация внутри страны остаётся стабильной, что служит важным психологическим фактором для общества. Июньская попытка мятежа и её провал показали устойчивость политической системы. Адаптация общества к новым условиям – тоже часть новой нормы.

Как долго продлится новая нормальность? Какие новые развилки нас ожидают в будущем? Как именно их пройдёт Россия? Все эти вопросы остаются открытыми. Пока же понятно, что встряска 2022 года компенсирована стабилизацией 2023-го. Впереди накапливание сил для прохождения новых развилок.

Политэкономия конфронтации
Россия – Запад: ставки растут
Иван Тимофеев
Возвращения в реальность 2021 года не будет. Очевидно, что Россия сделает всё возможное для защиты нового территориального статус-кво, а также для максимального подрыва военного потенциала Украины. Очевидно и то, что Запад сделает всё возможное для истощения России. О причинах и следствиях текущего конфликта пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.
Мнения участников
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.