Политэкономия конфронтации
Медицинский кислород и западные санкции – необходимо исключение

Регулирование возможных поставок медицинского кислорода в Крым находится в «серой» зоне западных санкционных режимов. Разместившие в России производство медицинского кислорода иностранные компании могут в любой момент оказаться между «молотом» западных рестрикций и «наковальней» российского законодательства, которое они обязаны соблюдать.Об особенностях гуманитарных исключений из режимов санкций пишет эксперт в области санкционной политики Виталий Совин.

В условиях пандемии COVID-19, особенно в периоды взлетов заболеваемости, наблюдается нехватка медицинского кислорода в медучреждениях как в мире в целом, так и в России в частности. При этом международные компании, в т. ч. работающие в странах – целях санкций, могут отказываться от поставок медицинского кислорода в связи с рестрикциями Европейского союза, США и других государств. В то же время, несмотря на антироссийские санкции, ряд разместивших в России производство медицинского кислорода иностранных компаний (например, французская Air Liquide и американская Air Products) продолжают функционировать (1, 2, 3). C целью устранения препятствий для спасения жизни людей представляется необходимым совершенствовать исключения из западных санкционных режимов.

Для частичного исправления подобной ситуации Еврокомиссией были внесены некоторые гуманитарные изъятия из санкционных режимов, включающие медицинский кислород, по следующим направлениям:

  • Антитеррористическая санкционная программа (EU Counter-Terrorism Sanctions Regulations) – (1) в соответствии с Регламентом ЕС предусмотрены санкции в отношении конкретных физических и юридических лиц, организаций, которые занимаются национальным или международным терроризмом, при этом Регламент не распространяется на поставки лекарств, медицинского оборудования и оказание медицинской помощи для населения; (2) медицинское оборудование, включая кислород, респираторы, средства индивидуальной защиты, а также лекарства и другие медицинские изделия, необходимые для борьбы с пандемией COVID-19, не подлежат ограничениям при экспорте, поставках, финансировании или использовании в соответствии с Регламентом ЕС;

  • иранская санкционная программа – (1) санкции ЕС в отношении Ирана, которые остаются в силе после отмены ограничительных мер в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий, нацелены на конкретных лиц, организации или товары, которые не участвуют в гуманитарной помощи; (2) санкции ЕС в отношении Ирана не распространяются на лекарства, медицинское оборудование и медицинскую помощь, оказываемую населению; (3) медицинское оборудование, включая средства индивидуальной защиты, респираторы, кислород, а также лекарства и другие медицинские изделия, необходимые для борьбы с пандемией COVID-19, не подпадают под прямые ограничения на экспорт, поставку, финансирование или использование в Иране;

  • санкции ЕС в отношении Венесуэлы – (1) согласно Регламенту ЕС
    № 2017/2063, санкции вводятся в ответ на продолжающееся ухудшение в сфере демократии, верховенства закона и прав человека в Венесуэле; (2) санкции включают, среди прочего, эмбарго на поставки оборудования, которое может быть использовано для внутренних репрессий, замораживание активов, запрет на предоставление любых средств или активов прямо или косвенно в интересах лиц, ответственных за серьёзные нарушения прав человека и подрыв демократии и верховенства права в Венесуэле, а также связанных с ними лиц; (3) ограничительные меры не затрагивают поставки лекарств, медицинского оборудования и оказание медицинской помощи для населения; (4) медицинское оборудование, включая кислород, респираторы, средства индивидуальной защиты, а также лекарства и другие предметы медицинского назначения, необходимые для борьбы с пандемией COVID-19, не подпадают под прямые ограничения на экспорт, поставку, финансирование или использование в Венесуэле;

  • санкции ЕС в отношении Никарагуа – (1) согласно Регламенту о Никарагуа, санкции включают замораживание активов и запрет на предоставление любых средств или активов, прямо или косвенно, лицам, ответственным за серьёзные нарушения прав человека и подрыв демократии и верховенства права в Никарагуа, а также связанных с ними лиц; (2) санкции не касаются поставки лекарств, медицинского оборудования и медицинской помощи, оказываемой населению; (3) медицинское оборудование, включая кислород, респираторы, средства индивидуальной защиты, а также лекарства и другие медицинские изделия, необходимые для борьбы с пандемией COVID-19, не подпадают под ограничения на экспорт, поставку, финансирование или использование в Никарагуа;

  • санкции ЕС в отношении Сирии и в связи с противодействием международному терроризму и использованию химического оружия – (1) не применяются при поставках лекарств, медицинского оборудования и медицинской помощи, оказываемой населению; (2) медицинское оборудование, включая кислород, респираторы, средства индивидуальной защиты, а также лекарства и другие предметы медицинского назначения, необходимые для борьбы с пандемией COVID-19, не подпадают под прямые ограничения на экспорт, поставку, финансирование или использование в Сирии; (3) в определённых случаях на экспорт, поставку, финансирование или использование этих предметов могут косвенно влиять другие ограничения, такие как замораживание средств или экономических ресурсов определенных лиц, организаций, на которые распространяются санкции ЕС; (4) как правило, санкции в отношении Сирии позволяют предоставлять средства и экономические ресурсы подсанкционным лицам, когда такие средства или экономические ресурсы необходимы исключительно для целей оказания гуманитарной помощи гражданскому населению в Сирии; (5) в некоторых случаях необходима предварительная лицензия.

В то же время в антироссийских санкционных режимах ЕС, связанных с ситуацией на Украине и в Крыму, медицинские гуманитарные изъятия, включающие медицинский кислород, отсутствуют.

При этом в Брюсселе заявляют, что санкции не предназначены для того, чтобы препятствовать оказанию гуманитарной помощи. Любое действие, прямо не запрещённое санкциями ЕС, считается разрешённым, если иное не указано национальным компетентным органом стран-членов, чрезмерное соблюдение не должно приводить к срыву оказания гуманитарной помощи. В условиях пандемии COVID-19 определённая деятельность может быть разрешена в порядке исключения даже при отсутствии явных исключений, если отсутствуют иные средства обеспечения оказания гуманитарной помощи. Одновременно с этим гуманитарные операторы должны доказать, что условия существующих исключений соблюдены, или, при отсутствии таких исключений, что единственный доступный вариант оказания гуманитарной помощи нуждающимся лицам – это прибегнуть к подсанкционным видам деятельности.

В свою очередь, Управление по контролю за иностранными активами Министерства финансов США в связи с Положением о санкциях в отношении ситуации на Украине, (31 C.F.R. часть 589, The Ukraine-related Sanctions Regulations), Исполнительным указом Президента США № 13685 от 19 декабря 2014 г. о блокировании собственности лиц и запрете определенных транзакций в отношении Крыма опубликовало Генеральную лицензию № 4 (по Украине/Крыму) и список разрешённой к поставке медицинской продукции, в которых непосредственно «Медицинский кислород» (Oxygen) в отличие от перечня ЕС отсутствует. При этом в документах указаны релевантные наименования «Медицинские расходомеры: кислород и воздух» (Medical flowmetersoxygen & air); «Кислородный аппарат, все» (Oxygen apparatus, all); «Системы сердечно-легочной оксигенации, устройства и мониторы» (Cardiopulmonary oxygenation systems, devices, and monitors) . В соответствии с Генеральной лицензией № 4 разрешён экспорт или реэкспорт лекарств и предметов медицинского назначения (без указания медицинского кислорода) из США или американским лицом, где бы оно ни находилось, в Крым или лицам в третьих странах, приобретающим специально для перепродажи в Крым, и проведения связанных с этим операций, включая организацию отгрузки и досмотра груза, получение страховки, организацию финансирования и оплаты, отгрузку товара, получение платежей и заключение контрактов. В марте – апреле 2022 года Минфин США опубликовал Генеральные лицензии, разрешающие транзакции, связанные с поставками медикаментов, оказанием медицинских услуг, а также деятельности по поддержке некоммерческих проектов в области развития, приносящих пользу народу Украины или Российской Федерации, в том числе связанных со здравоохранением, продовольственной безопасностью, водоснабжением и санитарией, в которых также не был указан медицинский кислород (4,5).

Очевидно, что регулирование возможных поставок медицинского кислорода в Крым находится в «серой» зоне западных санкционных режимов. Разместившие в России производство медицинского кислорода иностранные компании могут в любой момент оказаться между «молотом» западных рестрикций и «наковальней» российского законодательства, которое они обязаны соблюдать. Тем самым важно ставить перед Вашингтоном и Брюсселем принципиальный вопрос о совершенствовании исключений из санкционных режимов с тем, чтобы подобные «серые» зоны не мешали бизнесу американских и европейских компаний, а главное – не были серьезным препятствием для спасения жизни людей.

Политэкономия конфронтации
Страх или бесстрашие: о текущем кризисе на Украине и санкциях против России
Нельсон Вонг
История доказала, что все односторонние экономические санкции чаще всего являются обоюдоострым мечом, а разрушительный эффект экономических санкций никогда не бывает односторонним. Европа в конечном итоге также пострадает – от резкого увеличения цен на энергоносители, поскольку именно она серьёзно нуждается в импорте энергии, пишет Нельсон Вонг, вице-президент Шанхайского Центра стратегических и международных исследований.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.