Дипломатия после институтов
К вопросу о переходе на новые модели внешнеторговых расчётов между Россией и арабскими странами

Тенденция к «размыванию» почти восьмидесятилетнего господства американской валюты обрела глобальный характер, открыв горизонты для внедрения альтернативных схем финансирования. Украинский кризис ускорил данный процесс. О переходе на новые модели внешнеторговых расчётов между Россией и арабскими странами, пишет Игорь Матвеев, старший научный сотрудник ИВ РАН.

На фоне западных санкций ключевой задачей для России стал поиск альтернативных путей внешнеэкономической деятельности с ликвидацией привязки транзакций к «привычным» для большинства отечественных экономоператоров доллару США и евро. В качестве защитной меры после начала СВО на Украине 1 апреля 2022 года были переведены на российские рубли все расчёты за трубопроводные поставки газа в недружественные страны. К маю 2023 года, по данным Банка России, на рубль приходилось уже 49,8 процента расчётов за экспорт из РФ в Европу (в валютах недружественных стран – 45,1 процента). Показатели для Азии составили 36,3 процента / 30,2 процента, Африки – 24,2 процента / 58,9 процента. Общая доля транзакций в долларах и евро в нашем импорте с января 2022 года по май 2023 года сократилась с 67,3 процента до 35,9 процента.

Императив отказа от доллара и евро в пользу национальных валют в расчётах с союзниками и партнёрами согласуется с утверждённой 31 марта 2023 года Концепцией внешней политики Российской Федерации (п. 39.2). Речь в том числе о ближневосточном векторе, притом, что до СВО на государства региона приходилось не более 9 процентов российского экспорта и 3 процентов импорта (из них на ведущих арабских партнёров – ОАЭ, Египет, Алжир – 2,4 процента и 0,32 процента). Неслучайно, 18 января 2023 года валюты сразу трёх арабских стран (дирхам ОАЭ, катарский риал, египетский фунт) были включены Банком России в список валют для установления ежедневного курса к рублю, что, по мнению экспертов, отражает рост оборота с ними.

Чтобы оценить перспективы перехода на новые модели расчётов между Россией и арабскими странами, следует охарактеризовать вызовы и возможности, которые в большинстве относятся и к нашей стране, и зарубежным партнёрам.

Важно, что тенденция к «размыванию» почти восьмидесятилетнего господства американской валюты обрела глобальный характер, открыв горизонты для внедрения альтернативных схем финансирования. Украинский кризис ускорил данный процесс. Наглядный пример – юань КНР, доля которого с 2013 года по январь 2022 года (ещё до СВО) выросла с 0,63 процента до 3,2 процента, подняв Китай с 13-й на 4-ю позицию в рейтинге хождения валют – после доллара, евро и британского фунта. Знаковой стала первая сделка в юанях за поставки сжиженного природного газа в КНР из ОАЭ, которая была заключена в марте 2023 года на Шанхайской нефтегазовой бирже.

Мировая экономика
Твёрдые и мягкие. Юань как ведущая иностранная валюта на российском рынке
Александр Лосев
Обеспеченность рубля энергетическим экспортом, металлами и прочими ресурсными товарами формирует базу для расширения использования рубля в международных расчётах, что, возможно, сделает рубль конкурентной валютой по отношению к юаню в некоторых сегментах альтернативных валютных расчётов. У рубля тоже есть шанс стать «твёрдой» валютой, считает Александр Лосев, финансист, член Президиума Совета по внешней и оборонной политике (СВОП).
Мнения участников


Налицо рост интереса участников ВЭД к криптовалютам, преимущества которых первыми на Ближнем Востоке попытались использовать иранцы. В 2018 году – сразу после выхода США из СВПД – Центробанк Ирана анонсировал запуск криптовалюты на базе риала, которая с 2019 года используется для финансирования экспорта и импорта. В 2018–2022 годах через биржу Binance в обход американских санкций были проведены транзакции на сумму, равную 8 миллиардам долларов.

Сходный тренд наблюдается в России, где 18 ноября 2022 года в Госдуму поступил законопроект, регулирующий майнинг криптовалют, и в арабском мире. Так, госминистр ОАЭ по внешней торговле Тани Аль Зайюди объявил на Всемирном экономическом форуме в Давосе 23 января 2023 года о намерении сделать свою страну «криптовалютным хабом».

Тенденция к ослаблению доллара не означает отсутствия вызовов для возвышения других валют. Практика второй половины XX и начала XXI века показала: переход ВЭД на национальные и клиринговые валюты требует наличия не только политической воли, но и экономических условий. Главным применительно к клирингу (взаимозачётам), когда денежные средства не пересекают границы, что незаменимо при санкциях, является сбалансированность экспорта и импорта.

Иначе не избежать проблем, обусловленных особенностями клиринговых валют, которые не являются свободно конвертируемыми. Именно такой статус рупий вызвал осложнения для СССР, что при однобокой привязке к индийским товарам привело к образованию миллиардного долга Дели перед Москвой. С тех пор ситуация с рупией не поменялась, сдерживая развитие товарооборота, хотя по итогам 2022 года Индия и стала вторым (после Китая) покупателем российской нефти.

По ряду прогнозов, в сходную ловушку Россия рискует угодить с юанем. В августе 2022 года юань впервые обошёл доллар по объёму торгов на Московской бирже. Но, несмотря на устойчивость валюты КНР, обусловленную золотовалютными резервами в размере 3,8 триллиона долларов, и её временную востребованность в РФ (в марте 2023 года китайский экспорт к нам вырос на 136 процентов в годовом выражении), вызовом остаётся всё та же проблема конвертируемости, чем можно объяснить волатильность юаня в мировом рейтинге валют. С 4 места в 2022 году он к апрелю 2023 года опустился на 5-е с долей 2,29 процента, уступив иене (3,51 процента). Данный вызов осознают арабские партнёры Пекина: после нашумевших переговоров в 2022 году о переходе на оплату за саудовскую нефть в юанях президент крупнейшей нефтегазовой компании Saudi Aramco Амин Нассер признал, что такие продажи до сих пор номинируются только в долларах. Причём связанные с юанем риски возрастают, поскольку его курс устанавливается властями КНР через Народный банк: в США давно обвиняют Пекин в «недооценивании» юаня, чтобы дать своим экспортёрам «неоправданные преимущества».

Хотя представители деловых кругов Сирии и Ирака в беседах с автором статьи не раз призывали к запуску бартерных схем ВЭД с Россией, стоит согласиться с отечественными экспертами в том, что нивелирование минусов валютного клиринга за счёт бартера (товарообмена) при отсутствии в РФ в отличие от СССР государственной монополии внешней торговли представляется маловероятным.

Сходные с рупией и юанем минусы неконвертируемости есть у рубля РФ. Они, к сожалению, увеличиваются на фоне жёстких западных запретов на финансовые потоки – от отключения отечественных банков от SWIFT до угроз применения вторичных санкций. Данный фактор сдерживает развитие внешней торговли России, но и стимулирует работу по поиску «противоядий» с использованием в том числе блокчейн-технологий.

Здесь российская сторона действует в унисон с арабами, например в вопросе запуска национальной цифровой валюты, эмитентом которой в отличие от криптовалюты является государство. В текущем году запланировано внедрение цифрового рубля (11 июля Госдума приняла в третьем чтении соответствующий закон, который вступит в силу с 1 августа 2023 года). По аналогичному пути идут аравийские монархии во главе с Саудовской Аравией и ОАЭ (проекты Aber, Bridge, Digital Dirham).

Недостатки рубля как не свободно конвертируемого нивелируются его использованием во взаимных расчётах в ЕАЭС. Так, в 2021 году доля соответствующих платежей в основном с участием России достигла 71,3 процента, хотя в структуре транзакций без РФ по-прежнему преобладали доллары. Почву для оптимизма даёт запуск перспективных платёжных механизмов: в 2022 году в Армении проведена эмиссия карт платёжной системы ArCa с приложением российской платёжной системы «МИР», которая в свою очередь была состыкована с белорусской системой «Белкарт»; завершилась интеграция киргизской системы «Элкарт» с ArCa, «Белкарт» и «МИР». Это повышает привлекательность ЕАЭС для арабских государств в свете их общего интереса к геополитическому пространству Евразии. С 2019 года состоялось пять раундов переговоров между Египтом и ЕАЭС о заключении соглашения о зоне свободной торговли – по примеру документа с Сербией, вступившего в силу в 2021 году. Продолжается работа над соглашением о свободной торговле ЕАЭС – ОАЭ, которое в Минэкономразвития России предлагают дополнить двусторонним соглашением о торговле услугами и инвестициях.

Непростым, но перспективным представляется продвижение российско-арабской торговли с позиций ШОС. Из всех евразийских организаций именно ШОС ввиду участия новых центров многополярного мира в лице Индии, Китая и России вызывает наибольший интерес у арабов, в особенности из ССАГПЗ (кроме Омана). С сентября 2022 года странами – партнёрами по диалогу ШОС являются Египет и Катар; в марте 2023 года к ним присоединилась Саудовская Аравия, в мае – Кувейт и ОАЭ. На очереди Бахрейн. Заявки на участие в ШОС в статусе наблюдателя подали Ирак, Сирия и Алжир.

Несмотря на наличие политической воли, мозаичность интересов членов ШОС пока не позволяет создать совместную платформу финансирования ВЭД. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев на саммите ШОС 4 июля 2023 года в Индии публично признал: «За более чем двадцать лет не удалось реализовать ни одного крупного экономического проекта именно под эгидой ШОС». В этой связи партнёрство с капиталоизбыточными странами ССАГПЗ позволило бы воплотить в жизнь идею главы Казахстана о создании фонда ШОС для стимулирования инвестиций, которая в принципе была поддержана в Москве.

Ввиду несовпадения интересов стран БРИКС не удалось реализовать проект по выпуску общей валюты, аналогичной евро. Но потенциал сотрудничества в финансовой сфере накоплен, и немалый, что, как и в случаях с ШОС и ЕАЭС, привлекает внимание арабов (заявки на вступление в БРИКС подали Алжир, Египет, Бахрейн, Саудовская Аравия и ОАЭ). Речь, в частности, о создании интегрированной цифровой системы платежей (BRICS Pay), позволяющей проводить транзакции без конвертации нацвалют в доллары, тогда как сейчас средства в нацвалютах составляют лишь 22 процента капитала учреждённого в 2014 году БРИКС Нового банка развития. С 2019 года обсуждается возможность использования межнациональной цифровой валюты БРИКС.

Какие меры могли бы в непростой для России ситуации помочь решить задачи по налаживанию внешней торговли с арабским миром? Среди них выделим следующие.

1. Использование выигрышных по характеристикам нацвалют арабских стран в качестве платёжного средства в двусторонних товарооборотах России с иностранными государствами. Например, дирхама ОАЭ в российско-индийской торговле во избежание «ловушки дисбаланса» между экспортом и импортом. 4 апреля 2023 года на Московской бирже начались торги фьючерсами на валютные пары дирхам ОАЭ – российский рубль и индийская рупия – российский рубль.

2. Выбор оптимальных нацвалют неарабских стран для обеспечения транзакций с арабскими странами, в частности Сирией. Вопрос использования юаня обсуждался в Дамаске 29 апреля 2023 года на встрече президента Башара Асада с представителем правительства КНР по Ближнему Востоку Чжай Цзюнем. 

3. Продвижение проектов с арабскими странами по цифровым валютам при техническом содействии России (по аналогии с российско-иранским соглашением 2018 года).

4. Поощрение арабского участия в многосторонних финансовых, экономических и инвестиционных проектах в БРИКС, ЕАЭС и ШОС.

5. Подключение арабских компаний и банков к нацпроектам в РФ, например действующей с 2014 года Системе передачи финансовых сообщений – альтернативе SWIFT. Сейчас в ней участвуют 469 компаний и банков из России и 12 иностранных государств.

Мировая экономика
Дедолларизация: миф или реальность?
Марсель Салихов
Дедолларизация мировой финансовой системы продолжится. Этому будет способствовать развитие технологий в финансовой сфере. Центральные банки будут стремиться проводить прямой клиринг друг с другом, не используя напрямую валюты развитых стран. В будущем цифровые валюты центральных банков смогут также использоваться для международных операций, снижая издержки для экономических агентов. Однако этот процесс будет происходить достаточно медленно, полагает Марсель Салихов, директор Центра экономической экспертизы НИУ ВШЭ.
Мнения участников
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.