Конфликт и лидерство
Что нужно Турции на Кавказе

Турция предлагает себя на роль регионального лидера для Ближнего Востока, Северной Африки, отчасти для Балкан и для Кавказа, преследуя при этом прежде всего собственные интересы, не в последнюю очередь – экономические. Внешнеполитическая активизация Турции, причём отнюдь не только на Южном Кавказе, вероятно, призвана создать дополнительную площадку для внешнеполитического торга с Москвой по интересующим Анкару вопросам, пишет Андрей Арешев, политолог, главный редактор сайта Научного общества кавказоведов.

15 сентября 2020 года, в 102-ю годовщину захвата Баку Кавказской исламской армией Нури-паши, самолёты и вертолёты военно-воздушных сил Азербайджана и Турции провели показательные полёты в воздушном пространстве прикаспийской республики, над вторым по величине городом Азербайджана – Гянджой. «Братство и дружба» между Азербайджаном и Турцией – это пример для всего мира, заявил в этот же день президент Азербайджана Ильхам Алиев, направивший турецкому коллеге Реждепу Тайипу Эрдогану приветственное письмо. Обращение к исторической дате соседствует с благодарностью за поддержку турецким руководством позиции Баку в связи с июльскими столкновениями на азербайджано-армянской границе, ответственность за которые каждая из противоборствующих сторон возлагает на противника.

В ходе состоявшегося в конце февраля официального визита президента Турции в Баку были достигнуты важные договорённости, в том числе о выделении 200 миллионов турецких лир (около 30 миллионов долларов) на закупку товаров и услуг военного назначения у предприятий турецкого военно-промышленного комплекса, демонстрирующего в последнее время прогресс по ряду перспективных направлений. Военно-техническое сотрудничество с Баку рассматривается в Анкаре в качестве основы торгово-экономического сотрудничества. Расширяется договорная база двустороннего сотрудничества в сфере энергетики и горнодобывающей отрасли с привлечением как государственных, так и частных компаний. В 2019 году объём товарооборота Турции и Азербайджана составлял примерно 4,5 миллиарда долларов. Ставится амбициозная цель увеличения его к 2023 году до 15 миллиардов долларов.

Как рассказал Ильхам Алиев, «Азербайджан на сегодня вложил в экономику Турции 17 миллиардов долларов, турецкие инвестиции в Азербайджан составили 12 миллиардов долларов. У SOCAR новые планы, новые инвестиционные проекты. В результате их реализации объём азербайджанских инвестиций в Турцию достигнет 20 миллиардов долларов». В 2019 году было завершено строительство Трансанатолийского газопровода, позволившего Азербайджану заметно укрепиться на турецком газовом рынке. По итогам первого полугодия 2020 года именно он вырвался в лидеры по поставкам в Турцию «голубого топлива» (почти 5,5 миллиарда кубометров, рост на 23,4 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Формируется совместная медиаплатформа, предполагающая глубокую интеграцию и противодействие тому, что в Баку и Анкаре считают «чёрной пропагандой».

Стратегический альянс и двустороннее партнёрство Азербайджана и Турции, в соответствии с заложенным Гейдаром Алиевым принципом «Одна нация – два государства», являются важным фактором обеспечения мира и безопасности, способствуя развитию регионального сотрудничества, уверены в Баку.

В Ереване, напротив, не скрывают обеспокоенности в связи с качественным усилением военно-политического сотрудничества двух соседних государств в условиях неурегулированного нагорно-карабахского конфликта, чреватого очередной военной эскалацией практически в любой момент. Несмотря на то, что по интенсивности столкновения и количеству жертв июльские события уступают «четырёхдневной» апрельской войне 2016 года, их внешнеполитическое «эхо» оказалось неизмеримо громче.

Конфликт и лидерство
Четыре вывода из июльских столкновений на армяно-азербайджанской границе
Лоуренс Броерс
Нагорно-карабахский конфликт стал более медийным, чем когда-либо прежде, что позволяет армянам, азербайджанцам и другим людям по всему миру участвовать в местных событиях в режиме реального времени в обширном пространстве социальных сетей. Даже самые локальные инциденты в отдалённых районах становятся глобализированными медиазрелищами с поляризующими эффектами. Июльские столкновения служат сигналом к тому, что нужно делать больше для диалога и ненасилия, пишет Лоуренс Броерс, программный директор по изучению Кавказа, Conciliation Resources.

Мнения экспертов


«Наша военная промышленность – от беспилотных летательных аппаратов, ракет, электронных систем и других технологий – вся в распоряжении Азербайджана. Кроме передачи Азербайджану новых систем вооружений, мы готовы модернизировать уже имеющиеся на вооружении образцы и производить их совместно», – заявил уже 16 июля в ходе встречи с военной делегацией высокого уровня из Баку глава Управления оборонной промышленности Турции Исмаил Демир. И практически сразу рядом мониторинговых сервисов воздушного пространства были зафиксированы перелёты в Азербайджан турецких военно-транспортных самолётов А400, предположительно – с грузами военного назначения.

Опираясь на поддержку Турции, в Баку всё чаще говорят об эскалации конфликта. Одновременно, с отставкой Эльмара Мамедъярова, избран более наступательный стиль в политико-дипломатических контактах с российской стороной, особенно в отношении российско-армянского военно-политического сотрудничества. Дело доходит до адресованных Москве обвинений в намерении чужими руками вывести из строя экспортные трубопроводы с целью потеснить Азербайджан на турецком энергетическом рынке. Здесь следует заметить, что одним из форматов активно продвигаемого Турцией сотрудничества с Азербайджаном и Грузией является защита объектов энергетической инфраструктуры. Положения подписанного в 2018 году Меморандума о взаимопонимании между правительством Азербайджанской Республики, правительством Грузии и правительством Турецкой Республики о сотрудничестве в оборонной сфере предполагают широкий спектр мероприятий, включая обмен конфиденциальной информацией.

Некоторые события и тенденции последнего времени свидетельствуют о том, что очередным очагом напряжённости вполне может стать линия соприкосновения Армении с Нахичеванским эксклавом, отделённым от основной территории Азербайджана армянским Зангезуром и южными, прилегающими к Араксу районами непризнанной Нагорно-Карабахской Республики.

Наличие у этой территории общей границы с Турцией значительно упрощает двустороннее взаимодействие, что наглядно проявилось в ходе череды недавних совместных учений с привлечением значительного количества живой силы и техники, включая танки, тяжёлую бронетехнику, ракетно-артиллерийские системы, беспилотники, фронтовую авиацию. К примеру, в рамках учений в Нахичевань на военно-транспортных самолётах были доставлены ударные вертолёты Т-129 АТАК.

В турецких средствах массовой информации открыто обсуждается вопрос о развёртывании в Нахичевани и на Апшероне полноформатной военной базы, что, с одной стороны, не противоречит членству Турции в НАТО, а с другой – укладывается в логику внешнеполитической экспансии по периферии бывшего «османского мира» и даже за его пределами (например, в Африке). Имеются основания полагать, что после упомянутых учений Турция оставила в Азербайджане, в частности, многоцелевые истребители F-16 с экипажами, а также некоторое количество ударных беспилотников Bayraktar TB2, прошедших боевую обкатку в Сирии и в Ливии.

В Ереване отреагировали на это, проведя собственные учения, совершенствуя передовые оборонительные рубежи и активизируя «ближневосточный» вектор внешней политики. Помимо активизировавшихся дипломатических контактов с Грецией и Республикой Кипр, можно упомянуть о недавнем рабочем визите министра иностранных дел Армении Зограба Мнацаканяна в Египет, руководство которого обеспокоено растущими региональными амбициями Анкары.

Внешнеполитическая активизация Турции, причём отнюдь не только на Южном Кавказе, вероятно, призвана создать дополнительную площадку для внешнеполитического торга с Москвой по интересующим Анкару вопросам. Наряду с двусторонним взаимодействием с Азербайджаном и со странами Центральной Азии укрепляется политическое, экономическое и гуманитарное сотрудничество в рамках «Тюркского совета». Тем самым Турция предлагает себя на роль регионального лидера для Ближнего Востока, Северной Африки, отчасти для Балкан и для Кавказа, преследуя при этом прежде всего собственные интересы, не в последнюю очередь – экономические.

Кавказский кошмар коалиций
Николай Силаев
Возможно ли, что на фоне апрельской войны в Карабахе и российско-турецкой напряжённости на Кавказе появятся два противостоящих друг другу блока: Россия и Армения, с одной стороны, и Турция, Азербайджан и Грузия – с другой?
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.