Клуб «Валдай»

Стратегические дебаты больше не касаются вопроса о том, обрела ли военная мощь прежнее значение. Теперь вопрос заключается в том, какая именно мощь важна, пишет Акрам Хариф. Материал подготовлен специально для XV Ближневосточной конференции клуба «Валдай» и Института востоковедения РАН.

Курдский вопрос представляет собой структурный разлом в ближневосточном порядке. Он отражает глубокие кризисы управления, идентичности и легитимности государства. Ближний Восток не должен быть обречён на вечные конфликты. Его будущее может быть основано на взаимном признании, партнёрстве и человеческом достоинстве, пишет Бахтияр Амин специально для XV Ближневосточной конференции.

Население в большинстве стран Ближнего Востока не требует западной демократии, но ждёт, что государство обеспечит приемлемый уровень жизни. Соответственно, экономический рост является ключевым условием легитимности государства и внутренней стабильности. Помимо этого, если страны региона осознают, что деэскалация отвечает их общим интересам, то со временем исчезнет один из мощных факторов, мешающих поступательному развитию и внутренней стабильности, полагает Николай Сурков, руководитель Группы изучения общих проблем региона Центра ближневосточных исследований ИМЭМО РАН. Материал подготовлен специально к XV Ближневосточной конференции.

Долгосрочная траектория развития международного статуса Турции зависит от её способности преодолеть разрыв между амбициями и возможностями. Без этого Турция, скорее всего, останется региональной державой, государством с заметным региональным влиянием, но ограниченными возможностями формировать мировой порядок, пишет Нубара Кулиева.

Политический ислам не исчез, а трансформируется в быстро меняющейся политической среде параллельно с ростом национализма и усилением роли государства. Главный вызов заключается не в том, какая идеология возобладает, а в способности обществ и государств управлять этим соперничеством в рамках демократических политических систем, уважающих многополярность и предотвращающих превращение религии или идентичности в инструменты конфликта, угрожающие стабильности и будущему, считает Ахмед Мадждалани, министр по социальным вопросам Палестины; член Исполнительного комитета Организации освобождения Палестины. Материал подготовлен специально к XV Ближневосточной конференции.

Достигли ли конфликты на Ближнем Востоке состояния тупика на всех фронтах? Или же причина кроется не в отсутствии инструментов, а в фундаментальной структурной проблеме, укоренённой в нашем понимании конфликта и в том, как мы воспринимаем и интерпретируем «другого» – как врага или как союзника? Об этом размышляет Лиса Иссак, специалист по международным отношениям и сотрудничеству, Адыгейский государственный университет. Материал подготовлен специально к XV Ближневосточной конференции.

2025 год стал странным временем для Ближнего Востока. В зависимости от того, кто возьмётся его описывать, его можно назвать годом крушения надежд или новой надежды, умиротворения или войн, триумфов или поражений. Наконец, годом, когда всё изменилось, или годом, когда не изменилось ничего.

2025 год показал, что новая власть в Сирии не создала устойчивых институтов, не обеспечила безопасность населения и не наладила механизмы общественного согласия. Конкуренция вооружённых групп сделала страну уязвимой к локальным вспышкам насилия, этноконфессиональным конфликтам и новым волнам дестабилизации, пишет Николай Сухов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова.

Страны Ближнего Востока и Северной Африки уже начали адаптироваться, усваивать уроки и снижать риски. Другим государствам, возможно, стоит внимательнее присмотреться к региону, предлагающему ценные сведения о политическом поведении и адаптивных стратегиях, которые, вероятно, будут актуальными в ближайшие годы, пишет Алексей Хлебников.