Мировая экономика
Турция стремится избежать экономических потрясений с помощью неортодоксальной политики

Придерживаясь неортодоксальной стратегии, власти сумели обеспечить стабильность на рынках с ограниченной свободой действий. Тем не менее региональная политическая динамика может напрямую влиять на эти показатели. Любая эскалация в Чёрном море или Восточном Средиземноморье может подорвать ожидания Турции в отношении туризма и внешней торговли, а также привести к более высокому взлёту инфляции, пишет Хасан Селим Озертем, политический аналитик (Анкара).

Пандемия COVID-19 изменила мировое экономическое равновесие. Будучи вынужденными вводить локдауны, развитые страны решили закачивать деньги в финансовую систему, чтобы избежать массовых увольнений. Эта стратегия каким-то образом сработала для них и смягчила последствия пандемии. После сокращения на 3,4 процента в 2021 году рынки восстановились. По данным Всемирного банка, рост составит 5,5 процента в 2021 году и замедлится до 4,1 процента в 2022 году. Фактически быстрое восстановление экономики при обилии наличных денег породило многие проблемы, включая резкий рост цен на сырьевые товары и глобальную инфляцию. Центральные банки, как правило, повышают процентные ставки, чтобы решить эту проблему. В декабре 2021 года Банк Англии решил повысить учётную ставку на 15 базисных пунктов, тогда как Федеральная резервная система (ФРС) и Европейский центральный банк также дают сигналы о том, что в текущем году они собираются придерживаться аналогичной стратегии. Однако такой шаг сократит объём доступных средств для развивающихся рынков и приведёт к замедлению экономического роста. При этом хрупкость развивающихся экономик только усугубится.


Турецкая экономика скатывается в турбулентный штопор


Будучи развивающейся экономикой, которая сталкивается с проблемами «ловушки среднего уровня дохода», Турция также не избежала пандемических сдвигов. Турецкое правительство стремится улучшить ситуацию, проводя неортодоксальную экономическую политику. Несмотря на глобальную тенденцию к повышению процентных ставок, Центральный банк Турции (CBRT) решил снизить учётную ставку в прошлом году с 19 процентов в сентябре до 14 процентов в декабре. Правительство защищало решение CBRT, основываясь на двух основных аргументах. Во-первых, экономика должна расти, а процентные ставки должны снижаться, чтобы стимулировать инвестиции. Во-вторых, турецкая лира переоценена и это подрывает способность Турции экспортировать больше. Таким образом, такой шаг приведёт к обесцениванию турецкой лиры, а «конкурентоспособный обменный курс» послужит увеличению турецкого экспорта.

Решение ЦБ Турции о снижении учётной ставки встретило резкое сопротивление со стороны экономистов. Они заявили, что, несмотря на глобальную инфляционную тенденцию, решение снизить учётную ставку создаст неблагоприятную среду, и предупредили о немедленных последствиях дальнейшей долларизации экономики. Фактически индекс потребительских цен (ИПЦ) был выше 20 процентов, когда ЦБ Турции решил снизить учётную ставку в сентябре 2021 года. Поскольку учётная ставка снизилась, это означает отрицательную процентную ставку для держателей депозитов. В этих условиях, начиная с ноября 2021 года, турецкая экономика вступила в период турбулентности. Паритетный курс, который составлял 9,48 лиры за доллар в начале ноября, неуклонно рос и 20 декабря 2021 года уже был выше 18 лир за доллар. В сочетании с дискурсом «конкурентоспособного обменного курса» быстрое обесценивание турецкой лиры ещё больше увеличило спрос на иностранную валюту в Турции. Следовательно, доля вкладов в турецких лирах сократилась до менее 50 процентов от всех сбережений в коммерческих банках.

Деловые круги, такие как Турецкая ассоциация промышленности и бизнеса TÜSİAD и Союз торговых палат и товарных бирж Турции TOBB призвали к немедленным мерам против турбулентности рынка. После этих призывов президент Эрдоган заявил: «Мы знаем о проблемах нашего народа, связанных с ростом цен. Однако мы справимся с ними, как справлялись с теми, кто пытался навязать нам свою волю, террористическими организациями и заговорщиками. TÜSİAD и компания, ваша единственная обязанность – осуществлять инвестиции, создавать рабочие места, занятость и рост. Остальное не ваше дело... Не ищите способов нападать на правительство!»

Глядя на реакцию президента на критику, можно увидеть, что экономические потрясения он рассматривает именно как заговор против правительства с целью подорвать его авторитет и успех. Некоторые комментаторы также приняли такую линию. Они утверждали, что иностранные центры силы нацелились на Турцию, чтобы с помощью экономических средств подорвать независимую внешнюю политику Анкары в регионе. Несмотря на наличие такого дискурса, давление на рынки стало совсем невыносимым, и 20 декабря 2021 года правительство решило принять меры, чтобы остановить свободное падение турецкой лиры.

Чтобы предотвратить дальнейшую долларизацию, правительство ввело депозиты в лирах, защищённые иностранной валютой. Этот инструмент гарантирует покрытие убытков держателей депозитов в случае большего снижения курса турецкой лиры по отношению к иностранной валюте, чем заданная процентная ставка. После введения новых инструментов резкое падение курса турецкой лиры прекратилось, и по состоянию на 23 декабря паритет даже протестировал 10,19 турецких лир за доллар. Вскоре после этого он отскочил от этого уровня и достиг равновесия ниже 14 турецких лир за доллар.


Выход из турбулентности


Столь быстрое восстановление стоимости национальной валюты дало правительству возможность влиять на формирование своей повестки. 20 декабря 2021 года правительство рассматривает как критический момент. До введения новых инструментов ЦБ Турции вмешался в рынки, продав 7,27 миллиарда долларов, но эти вмешательства имели ограниченный эффект. Однако после 20 декабря рынок приобрёл относительно стабильный характер.

Screenshot_2022-03-03-07-51-49.jpg

ЦБ Турции продолжает играть роль регулятора, используя свои резервы. Судя по доступным данным, уровень валовых резервов составлял 128,4 миллиарда долларов США на 19 ноября, но уменьшился на 18 миллиардов долларов США на 28 января 2022 года. Данные показывают, что резервы ЦБ Турции активно использовались с ноября 2021 года для удовлетворения спроса на иностранную валюту на рынках. Однако по состоянию на январь 2022 года снижение запасов замедлилось и стабилизировалось.Screenshot_2022-03-03-07-52-31.jpg

Такие интервенции создают давление на резервы ЦБ Турции. Правительство Эрдогана решило преодолеть эту проблему, заключая с 2018 года своповые сделки с третьими странами. При увеличении обязательств Турции приток новых средств помогает укрепить резервы в номинальном выражении. На данный момент ЦБ Турции подписал четыре своп-сделки с центральными банками Катара, Китая, ОАЭ и Кореи. Общая стоимость этих соглашений составляет 28 миллиардов долларов. Кроме того, имеются меморандумы о взаимопонимании с Туркменистаном, Азербайджаном, Ливией и Узбекистаном.

Чиновники считают успехом контроль над свободным падением валюты без повышения учётной ставки. Тем не менее в сочетании с глобальной инфляционной тенденцией цена реализации неортодоксальных стратегий заключается в быстром росте уровня инфляции. Впервые в истории пребывания у власти Партии справедливости и развития (ПСР) индекс потребительских цен (ИПЦ) достиг 36 процентов в декабре 2021 года. Тенденция к росту сохраняется: в феврале ИПЦ достиг 48,69 процента. Эта тенденция, вероятно, будет восходящей из-за обменного курса и увеличения стоимости энергорерурсов.


Важные показатели на будущее


На данный момент валютные рынки стабилизировались. Тем не менее растущая внутренняя инфляция, рост цен на энергоносители и вероятность ужесточения монетарной политики в развитых странах создают риски для турецкой экономики. На данный момент основной стратегией является сохранение экономической стабильности по крайней мере до лета. По сравнению с 2019 годом Турция столкнулась с резким снижением доходов от туризма в 2020 и 2021 годах. В этом году ожидается восстановление этих потерь за счёт обесценивания турецкой лиры и нормализации пандемии.

Ещё одним важным показателем является дефицит по счетам текущих операций. В течение многих лет он считался одним из главных уязвимых мест турецкой экономики. Из-за дефицита сбережений Турции приходится заимствовать из-за рубежа, чтобы достичь более высоких темпов роста. Устойчивость такой схемы вызывала озабоченность в течение многих лет. После обесценивания турецкой лиры следует ожидать уменьшения дефицита счета текущих операций и даже достижения профицита. Однако, вопреки ожиданиям, в ноябре дефицит по счетам текущих операций составил 2,68 миллиарда долларов. Тенденция к росту цен на сырьевые товары, особенно на нефть, природный газ и уголь, оказала дополнительное давление на турецкую экономику. Таким образом, ухудшение дефицита текущих операций не станет неожиданностью в предстоящий период.


Невозможная троица


В настоящее время Турция пытается контролировать экономические колебания с помощью механизмов, отличных от процентной ставки. Известная экономическая теория, «невозможная троица», утверждает, что наличие режима свободного движения капитала, проведение самостоятельной денежно-кредитной политики (неучёт динамики рынка при снижении учётной ставки) и удержание курса иностранной валюты на узкой полосе невозможно. Такая политика усиливает давление на валютные рынки, вызывает инфляцию и ведёт к долларизации. Учитывая тот факт, что у Турции было ограниченное пространство для манёвра из-за сокращения резервов ЦБ, ей, возможно, придётся и дальше ограничить движение капитала или повысить учётные ставки, чтобы обеспечить стабильность на рынках в будущем. Первое слишком рискованно и может вызвать более серьёзные проблемы в экономике. Таким образом, серьёзный государственный контроль пока маловероятен.

Таким образом, у турецкой экономики впереди два рациональных варианта: допустить рост инфляции или повысить учётную ставку. Первый вариант может вызвать дополнительные проблемы в экономике, такие как липкая инфляция и обнищание среднего класса. Что касается второго варианта, то трудно игнорировать возможность повышения ключевой ставки в какой-то момент. Однако, глядя на нынешний дискурс, на данный момент это маловероятно. Такой резкий сдвиг также будет иметь свои последствия для экономики, такие как дальнейшее замедление темпов роста. И это может быть рискованным решением в преддверии предстоящих выборов в Турции.


Вывод


Турецкая экономика как развивающийся рынок подвержена внешним шокам. Денежно-кредитные органы в развитых странах сигнализируют об ужесточении денежно-кредитной политики, чтобы избежать структурной инфляции. Такая тенденция, вероятно, приведёт к увеличению стоимости заимствований для Турции. Чтобы избежать дальнейшего обесценивания турецкой лиры, власти могут решить изменить неортодоксальную стратегию и вернуться к ортодоксальной политике. Тем не менее любая отсрочка ужесточения денежно-кредитной политики в развитых странах будет служить интересам правительства ПСР.

Придерживаясь неортодоксальной стратегии, власти сумели обеспечить стабильность на рынках с ограниченной свободой действий. В этих условиях состояние внешней торговли и состояние туризма Турции будут важными показателями для этого года наряду с инфляцией. Тем не менее региональная политическая динамика может напрямую влиять на эти показатели. Любая эскалация в Чёрном море или Восточном Средиземноморье может подорвать ожидания Турции в отношении туризма и внешней торговли, а также привести к более высокому взлёту инфляции.

Официально предстоящие выборы назначены на июнь 2023 года. Семнадцати месяцев слишком мало для серьёзных изменений в экономической политике и получения положительной отдачи и в то время слишком много для поддержания стабильности на рынках и противостояния крупным потрясениям. В этих условиях сроки предстоящих выборов становятся важными и вряд ли независимыми от успеха текущей политики. Официальные лица ПСР утверждают, что выборы пройдут вовремя, несмотря на призывы оппозиции идти к урнам для голосования раньше. Уловив положительную динамику летом, ПСР может принять решение о проведении досрочных выборов осенью 2022 года или чуть позже. В противном случае текущая экономическая динамика вряд ли нивелирует риски правительства.

Смогут ли НАТО и Турция вычеркнуть друг друга из списка врагов?
Синан Оган
За словом «НАТО» стоят Соединённые Штаты. Именно поэтому возможность установления Турцией плодотворных отношений с НАТО до того, как будут решены проблемы с делом Зарраба в США и вооружения террористической организации YPG в Сирии, представляется сложной.
Мнения экспертов


 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.