Азия и Евразия
Поворот России к Азии: десять лет спустя

Операция России на Украине всё ещё продолжается, и это означает, что не следует недооценивать потенциальные долгосрочные последствия разрушительных экономических санкций Запада для политики Москвы в других регионах, пишет Ниведита Капур, научный сотрудник Факультета мировой экономики и мировой политики Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики».

Если боевые действия затянутся и санкции против России сохранятся, вполне вероятны экономическая изоляция и дефолт. Даже если стране удастся избежать коллапса, резко выявятся слабые стороны так называемого восточного поворота, что в долгосрочной перспективе не может не сказаться на российском глобальном влиянии.

Спустя десятилетие после того, как Россия официально сосредоточила своё внимание на азиатском повороте, вопросы об эффективности проекта всё ещё остаются. Этот скептицизм связан с тремя ключевыми факторами: невыполнением первоначальных задач, неясными политическими целями и продолжающимися переменами в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Обычно считается, что официально планы совершить этот поворот были провозглашены на саммите АТЭС 2012 года. Цели инициативы описывались как развитие российского Дальнего Востока, диверсификация экономических связей с Азиатско-Тихоокеанским регионом и усиление здесь общего присутствия Москвы. Пару лет спустя Москва объявила о гораздо более масштабном видении Большой Евразии, которое включает в себя страны Восточной, Юго-Восточной и Южной Азии, а также Центральной Евразии и Европы. Другими словами, поворот на Восток был включён в более широкие рамки, подразумевающие, что успех в различных субрегионах Большой Евразии должен способствовать общему осуществлению российской политики.

Однако пока эта идея не продвинулась дальше концептуальной стадии с небольшим количеством практических разработок, и делать выводы о её будущем ещё рано. Тем временем подъём Индо-Тихоокеанского региона, региональные опасения по поводу агрессивного Китая, усиление соперничества между США и Китаем и формирование Quad и AUKUS значительно ускорили эволюцию регионального баланса сил. Несмотря на то что Россия признаёт смещение глобальной геополитики и геоэкономики на Восток, по существу определяющее будущее мирового порядка, её военно-дипломатический фокус остаётся на Западе, а последствия её военной операции на территории Украины потенциально могут серьёзно ограничить способность России осуществлять свои политические цели на Востоке.

Стратегические цели России в Азии

Поскольку Россия признала долгосрочный сдвиг в мировой политике, она неоднократно заявляла о своём намерении улучшить отношения с Азиатско-Тихоокеанским регионом. В Стратегии национальной безопасности в числе целей российской внешней политики названы развитие партнёрства с Китаем и Индией, обеспечение региональной стабильности в Азиатско-Тихоокеанском регионе и поддержка региональных многосторонних институтов, включая АСЕАН и её различные форматы. Президент Владимир Путин в своём выступлении на расширенном заседании Коллегии МИД заявил, что смещение «центра тяжести мировой политики и экономики» в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона требует от России «продолжать энергично развивать отношения с государствами» региона в соответствии с целью создания Большого евразийского партнёрства.

Эта связь Азиатско-Тихоокеанского региона с планом Москвы по созданию Большой Евразии подчёркивает важность региона для определения места России в развивающемся международном порядке. Эти же настроения легли в основу внешнеполитической концепции 2016 года, включавшей идею создания совместного пространства АСЕАН, ШОС и ЕАЭС, поддержания мира в Северо-Восточной Азии и налаживания связей с Японией. Однако Япония, Южная Корея и Сингапур присоединяются к санкциям США, а Индия продолжает лавировать, но явно недовольна действиями России на Украине. Таким образом, действия Москвы на Украине явно нанесли удар по её собственным целям в регионе.

Политэкономия конфронтации
Украинский кризис. Кто в выигрыше?
Иван Тимофеев
Новый этап украинского кризиса будет иметь глобальные последствия. Некоторым он принесёт краткосрочные и среднесрочные издержки, причём весьма существенные. Но для многих он будет связан с возможностями укрепления своего влияния в долгосрочном плане. О том, кто понесёт наиболее серьёзные потери и издержки, а кто останется в выигрыше в результате украинского кризиса, пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.
Мнения экспертов


Цели поворота на Восток – десять лет спустя

Ориентация на развитие Дальнего Востока России дала результаты в виде более высокого процента роста по сравнению со средним показателями по стране и увеличения инвестиций, но размер рынка всё равно остаётся небольшим. К 2019 году, по оценкам, только около 20 процентов пришедших в регион инвестиций или около двух миллиардов долларов США поступили от иностранных инвесторов. Ранее большую часть прямых иностранных инвестиций на российском Дальнем Востоке обеспечивали западные источники, но они иссякли после введения западных санкций после аннексии Крыма в 2014 году. Ожидания китайских ПИИ также не оправдались. Программа сотрудничества между Северо-Восточным Китаем и Дальним Востоком и Восточной Сибирью (2009–2018) не смогла достичь своих целей, что привело к созданию новой программы на 2018–2024 годы. Китай, Япония и Южная Корея являются основными торговыми партнёрами региона, но общий объём торговли остаётся весьма незначительным. Впрочем, Япония добилась определённого успеха в секторе малого и среднего бизнеса. Новая северная политика Южной Кореи рассматривала Россию как важное связующее звено, но после 2014 года инвестиции в Дальний Восток сократились. К тому же развитию торговли мешают проблемы с инфраструктурой и экономическим климатом. Индия только недавно сосредоточила своё внимание на регионе и объявила о кредитной линии в размере 1 миллиарда долларов в 2019 году, но до сих пор не запустила её. Это направление является новым для индийского бизнеса, и уровень интереса к нему ещё предстоит выяснить. Другими словами, Дальний Восток пока не достиг заявленной цели по интеграции в экономику Азиатско-Тихоокеанского региона.

Что касается диверсификации экономических связей с Азиатско-Тихоокеанским регионом, большая часть увеличения торговли с регионом может объясняться расширением торговых связей с Китаем, а не более широкой диверсификацией (см. таблицу 1). Структура торговли России в Восточной Азии и Тихоокеанском регионеразвивается с сильным перекосом в сторону Китая. Дисбаланс продолжает сохраняться, поскольку доля Китая в товарообороте России составляет 18 процентов, а доля России в товарообороте Китая – лишь 2 процента.

Таблица 1: Торговля России с Азиатско-Тихоокеанским регионом (млрд долл. США)

Screenshot_2022-03-21-08-11-35-01.jpeg

Источник: Comtrade, статистика АСЕАН.

Таблица 2: Доля экспортных партнеров России (%) – распределение по регионам

Screenshot_2022-03-21-08-12-05-01(1).jpeg

Таблица 3: Доля импортных партнеров России (%) – распределение по регионам

Screenshot_2022-03-21-08-12-36-01(2).jpeg

Таблицы 4 и 5: Доля экспортных партнеров России (%) по сравнению с долей импортных партнеров (%) — распределение по странам

Screenshot_2022-03-21-08-13-32-01.jpeg

Источник: данные WITS, Всемирный банк.

Поскольку Россия и без того не является крупным торговым партнёром региона, экономические санкции только ухудшат положение Москвы. Ещё неизвестно, в состоянии ли Россия использовать такие механизмы, как китайская система UnionPay, система трансграничных межбанковских платежей (CIPS) и торговля в национальных валютах, чтобы частично преодолеть эти проблемы. Трудно что-то сказать и о готовности других стран к сотрудничеству с учётом вторичных санкций. Даже если некоторые санкции получится обойти, уже ясно, что экономическая ситуация в России окажет негативное влияние на торговые показатели, ещё больше замедлив и без того отнюдь не вызывающие восторг темпы восточного разворота.

Статус Китая как крупнейшего регионального торгового партнёра делает его отношение к западным санкциям критически важным для России. Это также будет иметь для неё политическую цену в ситуации экономической изоляции. Влияние Москвы на Пекин ослабнет. При этом она не сможет диверсифицировать свои связи с другими государствами, которые, вероятно, будут опасаться нарушать западные санкции. Россия также не имеет рычагов воздействия на региональную торговлю из-за своей неспособности стать частью региональных цепочек создания стоимости и неготовности либерализовать свою внешнюю торговлю.

Россия остаётся крупным поставщиком оружия в регион, хотя, по оценкам SIPRI, экспорт российского оружия в Азию и Океанию за период 2016–2020 годов был на 36 процентов меньше, чем в 2011–2015 годах. В основном это произошло за счёт сокращения поставок в Индию, которые в последнее время вновь набрали обороты, в том числе благодаря контрактам на ЗРК С-400. Сейчас Россия – ведущий поставщик оружия в Индию и Юго-Восточную Азию, а также второй по величине поставщик оружия в регион в целом. С 2014 года военное сотрудничество между Россией и Китаем расширилось, что привело не только к увеличению числа совместных учений, но и к высокому уровню торгового сотрудничества в оборонной сфере (включая поставки С-400, Су-35 и помощь Китаю в создании системы противоракетной обороны). Хотя в последние годы Индия диверсифицировала импорт вооружений, примерно 80 процентов её военной техники имеет российское или советское происхождение. Из-за угрозы санкций и из-за сближения России с Китаем на фоне напряжённости на индийско-китайской границе в Индии в последнее время начинают звучать призывы к снижению этой зависимости. Хотя в краткосрочной перспективе это вряд ли будет возможно и вдобавок Индия ценит то влияние на Россию, которым обладает в качестве крупного импортёра, если война затянется, это не может не сказаться на российско-индийских отношения.

То, какой Россия выйдет из этого кризиса, будет определять расчёты Нью-Дели, особенно в свете растущей важности США для индийской внешней политики.

Несмотря на то, что Россия остаётся ведущим поставщиком вооружений в Юго-Восточную Азию, её взаимодействие с региональными организациями и отдельными странами АСЕАН развивается медленно. Притом, что Россия улучшает отношения с такими своими традиционными партнёрами, как Вьетнам, её экономические и политические связи недостаточно развиты по сравнению с прочими региональными державами. Она стремится быть в регионе независимым игроком, но на фоне нарастающего американо-китайского соперничества играть эту роль становится всё сложнее. Продажа оружия в регионе, хотя и играет роль в построении двусторонних связей, не обязательно приводит к усилению значимости России на геополитическом уровне. В регионе присутствует целый ряд держав, имеющих гораздо более прочные оборонные, экономические, дипломатические и культурные связи с местными государствами, чем Москва.

Это подтверждается оценкой регионального влияния России в Индексе азиатской мощи Института Лоуи за 2021 год, который классифицирует бывшую сверхдержаву как среднюю по влиянию в Азии страну. Хотя у неё хорошие показатели устойчивости (наличие ресурсов, ядерное сдерживание), военный потенциал и оборонительные сети, но весьма низкие оценки по экономическим взаимоотношениям. В целом индекс показывает, что влияние Москвы ниже, чем можно было бы ожидать, учитывая её сильные стороны. Разница между ведущей державой индекса (США) и пятой (Россией) огромна. У первой общий балл – 82,2, а у второй – всего 33,0. Даже в военной мощи разница в мощи с США велика (91,7 против 51,6). Это наглядно демонстрирует слабость российской политики в регионе с присутствием таких крупных держав, как США и Китай, наряду со средними державами, включая Японию, Индию и Австралию.

Таким образом, несмотря на неоднократные заявления о сосредоточении внимания на Азиатско-Тихоокеанском регионе, Россия так и не смогла осуществить этот переход. Диверсификации в сторону Азии мешает целый ряд факторов, включая ограниченный исторический опыт, слабые экономические связи, присутствие других влиятельных держав и слабую стратегию. Всё это усугубится экономическими и политическими последствиями операции России на Украине, если кризис не будет урегулирован в ближайшее время.

Все эти детали раскрывают ключевой недостаток взаимодействия России с Востоком: её традиционных рычагов влияния или географического присутствия недостаточно, чтобы стать могущественной региональной державой. Поворот на восток стремился решить эти проблемы, но спустя десять лет общие результаты остаются весьма неутешительными. Хотя нельзя отрицать интересы России в Азиатско-Тихоокеанском регионе, она обладает разным уровнем влияния в различных субрегионах. Как бы то ни было, поворот на Восток должен был бы стать долгосрочной политикой для России, но через десять лет медленный прогресс в достижении некоторых из ключевых целей политических заявлений – явная причина для беспокойства.

Азия и Евразия
Почему многие китайцы симпатизируют России: взгляд из Китая на российско-украинский конфликт
Ван Вэнь
Тот факт, что многие китайцы поддерживают Россию, не означает, что внешняя политика Китая полностью повернётся к России. Большинство китайцев предпочитают нейтралитет. Их беспокоит то, как конфликт повлияет на экономическое развитие и на цены на энергоносители, а также – какое долгосрочное влияние он окажет на будущее Китая, пишет Ван Вэнь, исполнительный декан Института финансовых исследований «Чунъян» Китайского народного университета (RDCY), вице-президент Школы Шелкового пути Китайского народного университета.
Мнения экспертов


Меняющийся Восток и реакция России

В то время как Россия стремится реализовать свой восточный поворот, регион претерпевает серьёзную трансформацию, имеющую глубокие последствия. Усиление американо-китайского соперничества и переосмысление региона как именно Индо-Тихоокеанского, не говоря уже о сотрудничестве между государствами в формате Quad и AUKUS, – это вопросы, по которым Москве необходимо срочно вырабатывать свою политику. Россия выступает против идеи Индо-Тихоокеанского региона и имеет опасения в отношении AUKUS, что также нашло выражение в недавнем китайско-российском совместном заявлении. Но другой её стратегический партнёр в регионе – Индия – приняла Индо-Тихоокеанский регион и Quad, всё больше беспокоясь об агрессивности Китая. Другие региональные державы, такие как Япония и Австралия, активно взаимодействуют друг с другом и с ключевыми западными партнёрами на фоне растущей озабоченности по поводу усиления Китая, признавая необходимость «укрепления баланса в Азии».

В идеале Россия тоже выиграла бы от многополярной Азии, где её роль в регионе не зависела бы от Китая в такой степени. До сих пор Россия старалась поддерживать и улучшать связи с традиционными партнёрами (Индия и Вьетнам), даже когда её отношения с Китаем достигли лучшего уровня в истории. Она не вставала на сторону Китая в его территориальных спорах с соседями и даже негласно способствовала привлечению Нью-Дели и Пекина за стол переговоров после пограничных столкновений в Восточном Ладакхе в 2020 году. Однако так балансировать для Москвы становится всё сложнее: соперничество между США и Китаем усиливается, а региональные государства пересматривают свою политику. Вдобавок теперь действия самой России могут повредить её балансированию в Азии, способствуя сдвигу в сторону биполярности, ослабляя её влияние на Китай и потенциально негативно сказываясь на отношениях с такими партнёрами, как Индия, которая обеспокоена тесным взаимодействием Москвы и Пекина.

Если Россия окажется ближе к Китаю и станет менее независимой от него, чем раньше, это будет иметь серьёзные последствия её политики в Азии. Попытки позиционировать себя в качестве балансира, не представляющего угрозы, окажутся под ударом, если государства региона будут воспринимать Россию как слишком близкого союзника Китая и вдобавок экономического изгоя со слабым экономическим и политическим влиянием. Это также будет иметь последствия для более широкой политики в рамках Большой Евразии, у которой и без того есть проблемы на восточном направлении. Не имея значительных ресурсов, которые можно было бы потратить на укрепление своего регионального влияния ещё до того, как вступили в силу парализующие санкции, Россия теперь сталкивается с перспективой дальнейшего ослабления своих позиций в Азии. Это также противоречит заявленным Россией целям диверсификации региональных связей, укрепления своих позиций в качестве «самостоятельного полюса» и участия в построении нового регионального порядка.

Таким образом, очевидно, что вне зависимости от того, чем разрешится нынешний кризис – дипломатическим урегулированием, силовым урегулированием или войной, – он повлияет и на политику России в отношении Востока. И было бы намного лучше, если бы дипломатия восторжествовала как можно раньше, иначе долгосрочные последствия проецирования мощи Москвы как на Востоке, так и на Западе будут ужасны.

Правила и ценности
Финансовые санкции против доллара США
Радика Десаи
Дела обстоят совсем плохо, когда единственные оставшиеся средства для предотвращения катастрофы её приближают. Именно так действует самая мощная из многочисленных санкций, которые США использовали и убедили использовать страны ЕС против России в войне, ведущейся Западом против неё из-за Украины, – заморозкой резервов российского центрального банка, пишет Радика Десаи, профессор факультета политических исследований, директор исследовательской группы по геополитической экономике Университета Манитобы (Виннипег, Канада).
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.