Бразилия и Китай недавно заключили соглашение о валютном свопе на несколько миллиардов долларов, что, как ожидается, будет способствовать дедолларизации в ближнем зарубежье Соединённых Штатов, а именно в Латинской Америке. Это одно из главных свидетельств геополитической и геоэкономической важности Западного полушария в контексте соперничества великих держав. Но важно умерить энтузиазм и сохранить объективность. Доллар США может выглядеть ходячим мертвецом, но он всё ещё держится на ногах и будет держаться долго, пишет эксперт Эмануэль Пьетробон.

Для того чтобы юань стал главным соперником доллара, Китай должен сначала провести ряд реформ, в том числе ориентированных на открытость и либерализацию, что вряд ли произойдёт в ближайшее время. Наиболее важные из них касаются прозрачности финансовых рынков, стабилизации денежно-кредитной политики и репутации Народного банка Китая.

Отсутствие структурно значимых финансовых и политических реформ затруднит глобальный рост юаня, замедлив его темпы, но не сделает его невозможным. На самом деле, длительный рост юаня и других валют, в том числе поддерживаемых государством цифровых, –неизбежное явление во всё более многополярном мире.

Когда гегемон чихает, его валюта простужается

Древние считали, что historia magistra vitae est, то есть, что история учит жизни, – и это в самом деле так. Если кто-то хочет понять, почему доллар стал мировой резервной валютой после окончания Второй мировой войны, он должен вернуться к прошлому. Народы и нации используют валюту гегемона со времён Древнего Рима и Древней Греции. Ведь на деле опорой любой валюты является сильная армия, а не банк.

Во всё более многополярном мире, где Соединённые Штаты постепенно перестают быть основным полюсом силы, абсолютно нормально наблюдать общемировой процесс диверсификации резервной валюты.

После того как в 2015 году МВФ присвоил юаню статус резервной валюты (решение вступило в силу в следующем году), Китай многое сделал для интернационализации своего национального платёжного средства: запустил CIPS – альтернативу SWIFT, открыл торговые хабы (причём первый из них был ориентирован на Американский континент). Это дало толчок политике валютного свопа, которая в период с 2009 по 2013 год уже привела к заключению 25 двусторонних соглашений о валютном свопе, в том числе одного с Европейским союзом.

Плоды мощной кампании Китая по интернационализации юаня созрели быстро. В 2010 году юань был 17-й валютой в мире по объёму торгов, но через двенадцать лет, в 2022 году, уже занимал пятое место в результате значительной дедолларизации, вызванной конфликтом на Украине (а также пандемией COVID-19). Более того, в первые месяцы 2023 года юань обогнал доллар как самая продаваемая валюта в России и как самая используемая в трансграничных сделках Китая.

Политэкономия конфронтации
Использование национальных валют в международных расчётах
Александр Лосев
Конфискация российских активов, заморозка валютных резервов Банка России и блокирование расчётов по еврооблигациям в клиринговых центрах являются стратегическими ошибками Запада и ставят крест на перспективах сохранения существующей структуры мировых финансов, пишет Александр Лосев, финансист, член Президиума Совета по внешней и оборонной политике.
Мнения


Юань постепенно превращается в глобальную валюту как из-за продолжающегося перераспределения сил в международной системе, то есть перехода к новым полярностям, вызванного американским упадком, так и потому, что мир, и не только развивающийся, видит: Соединённые Штаты используют гегемонию доллара в качестве оружия для ведения экономических войн и даже угрожают санкциями своим союзникам.

Юань становится силой, с которой приходится считаться, хотя доллар пока остаётся самой продаваемой и пользующейся наибольшим доверием резервной валютой. Как отмечает CEPR, доля китайского юаня в мировых резервных портфелях составляет около 3 процентов по сравнению с 60 процентами долларов США.

Текущие тенденции связаны скорее с тягой к освобождению от доллара, чем с тягой к юаню – валюте, на которую большинство банкиров, инвесторов и правительств продолжают смотреть с недоверием.

Роману Бразилии и Китая суждено продолжаться

Китайская программа суперюаня имела бы меньше шансов на успех без БРИКС, краеугольного камня формирующегося постамериканского мира. Именно благодаря БРИКС юань стал самой продаваемой валютой в России, потихоньку приживается в Африке, где Китай является крупнейшим торговым партнёром, а также может заменить доллар в двусторонней торговле с Индией.

Соглашения о валютных свопах внутри БРИКС в большей степени, чем двусторонние сделки между странами, меняют правила игры и могут ускорить приход валютной мультиполярности, которая будет выгодна как Китаю, так и остальной части БРИКС.

Китай хочет укрепления юаня. Бразилия хочет, чтобы реал стал самой мощной и самой используемой валютой в Латинской Америке или, по крайней мере, в странах Южного конуса. Они нужны друг другу, потому что по отдельности им гораздо труднее противостоять гегемонии доллара. Более того, Китай хочет досадить Соединённым Штатам у них в приграничье, а Бразилии нужна евразийская поддержка, чтобы окончательно утвердиться в качестве ведущей державы Южного конуса. Поэтому их роману суждено продолжаться.

Ось Китай – Бразилия

Луле часто приписывают создание так называемой politica externa ativa e altiva, бразильского эквивалента многовекторной внешней политики постсоветских стран, но на деле истоки того, что можно назвать «Китазилией», предшествуют его приходу в Дворец Планалту.

Бразилия стала первой страной, которую Китай избрал стратегическим партнёром. Это был 1993 год. Лула пришёл к власти десятью годами позже, и фактически только следовал курсу своих предшественников, особенно Селсу Аморима, бразильского Киссинджера, стоявшего за этим стратегическим партнёрством.

Две страны с взаимодополняющими экономиками и совместимыми политическими амбициями, сумели создать устойчивый союз. При этом крупный бизнес Бразилии выступает в качестве опоры política externa ativa e altiva, когда её сторонники находятся в оппозиции.

Внимательный взгляд на цифры и факты позволяет оценить масштаб «Китазилии»:

  • Китай является постоянным крупнейшим торговым партнёром Бразилии с 2009 года;

  • объём двусторонней торговли увеличился в период с 2003 по 2022 год в 37 раз;

  • в 2012 году стратегическое партнёрство преобразовано в глобальное стратегическое партнёрство;

  • в 2013 году подписано первое соглашение о валютном свопе между Китаем и Бразилией;

  • присутствие юаня в валютных резервах центрального банка Бразилии увеличилось практически с нуля до 2018 года до 5,37 процента в 2022 году;

  • юань стал второй по значимости валютой центрального банка Бразилии в 2023 году;

  • Бразилия долгое время была крупнейшим получателем прямых иностранных инвестиций Китая в Латинской Америке и в 2021 году стала основным направлением прямых иностранных инвестиций Китая во всём мире.

Пережив бурные годы президентства Мишела Темера и Жаира Болсонару, находившихся под влиянием США, «Китазилия» вернулась в 2023 году. В период с марта по апрель в контексте бразильско-китайского экономического семинара и визита Лулы в Пекин две страны подписали более тридцати соглашений о сотрудничестве, наиболее важные из которых касаются стратегической инфраструктуры, телекоммуникаций и двусторонней торговли в национальных валютах.

И Лула, и Си намерены подорвать господство доллара, чтобы улучшить региональное влияние и глобальное положение своих стран. В соответствии с этой целью бразильский Banco BOCOM BBM первым из южноамериканских банков присоединился к китайской альтернативе SWIFT, а китайский ICBC стал играть роль компенсационного банка юаня в Бразилии, позволяя бразильским и китайским бизнесменам осуществлять коммерческие операции без доллара.

По расчётам двух стран, меньшая зависимость от доллара означает больше возможностей сопротивляться санкциям, вторичным санкциям и другим видам экономической, торговой и финансовой войны. Но для того, чтобы их программа дедолларизации работала должным образом, они должны исправить асимметрию, которая мешает их особым отношениям. Что не менее важно, им имеет смысл развивать поддерживаемые государством цифровые валюты –как втихомолку делает Китай, –а также цифровые и/или физические общие валюты в стиле евро.

Надвигающийся валютный мультиполяризм

Бразильско-китайская ось имеет хорошие шансы ускорить дедолларизацию в южной части Западного полушария, где Бразилия выступает ключевым игроком. Решение Аргентины начать оплачивать импорт из Китая в юанях, похоже, подтверждает этот прогноз. Кроме того, торговля в национальных валютах переживает небольшой, но значительный бум по всей Азии, от Турции до Юго-Восточной Азии.

Обеим странам следует ожидать негативной реакции Соединённых Штатов, которые не собираются принимать падение доллара как должное. Бразилия рискует оказаться вовлечённой в китайско-американские торговые войны в различных областях, от чипов до телекоммуникаций. Пекину и Бразилиа было бы проще реализовать свои геополитические и геоэкономические амбиции при условии наращивания обоюдной координации, уменьшения асимметрии, осуществления инвестиций в поддерживаемые государством цифровые валюты и создания общих региональных валют для Южной Америки, а также блоковой валюты для БРИКС.

Разумеется, даже в отсутствие значительных реформ, ориентированных на либерализацию, и усилий на уровне БРИКС юань сможет продолжить свою гонку – валютные свопы и клиринговые центры вполне окупаются. Но он не заменит доллар, и доллар не исчезнет. Вместо этого юань станет лишь катализатором появления многополярного валютного мира.

К середине века, если не разразится мировая война и/или не произойдёт других событий, переворачивающих мир (пандемий, региональных войн, краха великих держав), доллар, скорее всего, станет лишь одной из нескольких ключевых валют, на одном уровне с юанем или евро и, возможно, наряду с рупией, рублём, рандом, реалом и другими валютами. При этом ни одна из этих валют не станет эталонной на уровне регионов и блоков, если соответствующие государства не вложатся до конца 2020-х годов в их интернационализацию.

Мировая экономика
Твёрдые и мягкие. Юань как ведущая иностранная валюта на российском рынке
Александр Лосев
Обеспеченность рубля энергетическим экспортом, металлами и прочими ресурсными товарами формирует базу для расширения использования рубля в международных расчётах, что, возможно, сделает рубль конкурентной валютой по отношению к юаню в некоторых сегментах альтернативных валютных расчётов. У рубля тоже есть шанс стать «твёрдой» валютой, считает Александр Лосев, финансист, член Президиума Совета по внешней и оборонной политике (СВОП).
Мнения
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.