Дипломатия после институтов
Конфронтация дипломатий: мессианская идеология против прагматического реализма

США, являющиеся гегемоном в упадке, стремятся остановить рост конкуренции и ищут новые средства для управления международным порядком. Следовательно, происходит переориентация оперативной деятельности с физической сферы на информационную в попытке контролировать глобальное восприятие. О «потёмкинской дипломатии» Соединённых Штатов пишет Грегори Саймонс, доцент Института исследований России и Евразии (IRES) Уппсальского университета (Швеция).

Глобальная геополитическая конфигурация продолжает трансформироваться от слабеющей гегемонии западоцентричного однополярного порядка во главе с США к незападоцентричному многополярному порядку. Таким образом, уровень конкуренции и конфликтов, вероятно, будет возрастать, поскольку США, являющиеся гегемоном в упадке, стремятся остановить рост конкуренции. В условиях упадка силовых ресурсов Соединённые Штаты ищут новые средства (учитывая необходимость смягчения различных рисков и издержек) для управления международным порядком. Следовательно, происходит переориентация оперативной деятельности с физической сферы на информационную в попытке контролировать глобальное восприятие и ожидания в когнитивной среде, дабы сохранять западоцентричный порядок, «основанный на правилах». Дипломатия используется как механизм, чтобы попытаться сформировать и определить исход геополитической борьбы за то, как будет функционировать мир в будущем.

Можно наблюдать появление пятого измерения стратегии. Другими измерениями стратегии являются земля, вода, воздух и космос. Все они основаны на физическом мире, в отличие от пятого измерения, расположенного в информационном мире. Разные лагеря соревнуются в физической и информационной сферах, позиционируя себя в этом новом возникающем глобальном порядке или пытаясь воспрепятствовать ему. Информация используется для содействия или противодействия реализации внешнеполитических целей и задач, но также выступает в качестве потенциального усилителя для пользователя, чему способствует использование принудительной дипломатиикак мощного посредника международного порядка.

Информация и знания используются для формирования геополитического информационного пространства, чтобы усилить позиции того, кто их транслирует, и ослабить позиции другой стороны.

Было бы ошибкой утверждать, что западоцентричный мир во главе с США интерпретирует международные отношения в дипломатических коммуникациях сугубо как бинарно сконструированные миры добра и зла, «мы» против «них». Скорее, речь идёт о стратегических посланиях, исходящих от западных политических кругов, средств массовой информации и дипломатических кругов и представляющих собой проекции реалий физического мира, призванные приносить пользу США и препятствовать их врагам.

Вступая во второе десятилетие XXI века, западоцентричный порядок во главе с США незаметно сменил свой геополитический слоган с «порядка, основанного на международном праве», на «порядок, основанный на правилах». Это довольно тонкое, но важное изменение, при котором юридически согласованные рамки отбрасываются в пользу различных форм принуждения (экономического, политического, военного и дипломатического), представленных как «правила международного порядка», но без законных оснований. Это геополитически целесообразная тактика, порождённая растущим несоответствием между риторическими лозунгами и практикой внешней политики, особенно в свете злоупотреблений силой в Ираке, Ливии, Сирии и в рамках других «гуманитарных войн» конца XX и начала XXI века. Нынешняя слабеющая гегемония была сформирована столетиями европейского глобального доминирования, мессианским влиянием «либеральной демократии» и военной мощью однополярности США.

По иронии судьбы, чем больше расширялся западоцентричный порядок, тем менее прагматичным и более мессианским становились и он сам, и его идеологическое мировоззрение.

Оно стало менее разнообразным и более нетерпимым к альтернативным взглядам и ценностям. Запад занял агрессивную оборонительную позицию, чтобы воспрепятствовать возникновению многополярного порядка и сохранить своё господство. Страх и принуждение – ключевые черты его предложения мировому сообществу. Изменения в сторону нестабильности и неустойчивости были постепенными и временами малозаметными. Экономические санкции и угроза политической или информационной войны стали обычным явлением для тех, кто отказывается подчиняться. Западники подходят к своему идеологическому видению того, как должно быть устроено и функционировать мировое сообщество, крайне фанатично.

Как отмечал Институт Катона в 2018 году, «“упорядочивание” мира стирает память о насилии, принуждении и компромисса, ознаменовавших послевоенную дипломатическую историю. … Хотя либерализм и либеральные проекты существовали и ранее, ныне существующий “порядок” основывается на имперских прерогативах сверхдержавы, которая пыталась установить его, выходя за рамки правил и приспосабливаясь к нелиберальным силам». Заявленные цели западоцентричного порядка, возглавляемого США, значительно отличались от фактических результатов его деятельности, бывшей довольно деструктивной. При этом ресурсы жёсткой и мягкой силы Запада использовались для формирования идеологической утопии о «конце истории» и «неизбежности» глобального продвижения либерализма и могущества США. Либеральная демократия превратилась в мессианскую, рьяную и нетерпимую идеологию, власть и контроль которой сосредоточены в Соединённых Штатах. Отсюда растущий уровень конкуренции и конфликтов, отсутствие компромиссов со стороны США, которые стремятся использовать информацию, риторику и силу, чтобы воспрепятствовать трансформации глобального порядка, опираясь на сконструированный бренд новой холодной войны. Что касается стратегии «дипломатии» США, то СВПД, проблемы Украины и НАТО, а также нынешний рост напряжённости между Китаем и Тайванем указывают на отсутствие у Америки реальных намерений участвовать в содержательной дискуссии, которая привела бы к взаимовыгодным результатам.

Скорее это «дипломатическая ширма», предназначенная для усиления напряжённости между державами, фактически шоу для мировой общественности. Подобная «потёмкинская дипломатия» используется для оправдания жёсткой и принудительной политики во имя «основанного на правилах» порядка.

В свою очередь, восходящий незападоцентричный порядок использует прагматический подход, основанный на реализме. Кроме того, асимметрия власти и богатства, продвигаемая западным порядком, стала источником исторического урока соперников. Западоцентричный порядок всё чаще рассматривается как слабеющий, находящийся в явном упадке и кризисе и уже неспособный принудительно навязывать свою волю. Подход западноцентристского порядка к дипломатии в международных отношениях носит транзакционный характер и приводит к асимметричным результатам. На Западе всё ещё ждут, что партнёры ассимилируются и идеологически интегрируются в глобальный либеральный шаблон однополярного порядка США. Незападоцентричные державы формирующегося многополярного мирового порядка склонны использовать различные подходы, основанные на реляционном и диалогическом обмене в некинетической среде. Конкретные институциональные и структурные вызовы западоцентричной гегемонии набирают обороты благодаря тому, что некоторые называют «совместной многополярностью», то есть таким проектам, как БРИКС или «Пояс и путь». Также произошли изменения в том, как международные отношения рассматриваются и интерпретируются академически, поскольку монополия Запада во главе с США на знания уходит. Теперь очевидно, что популярность набирают незападные теории международных отношений. Западоцентричные теории идеологически и прагматически ошибочны в своих предположениях, что уже вызвало переосмысление того, как следует анализировать и интерпретировать международные отношения в эпоху западноцентричного упадка.

Большая стратегия США: гегемония и сдерживание
Алан Кафруни
В последние недели были опубликованы четыре обстоятельных доклада о внешней политике Соединённых Штатов: «Стратегия национальной безопасности США», «Стратегия национальной обороны: усиление конкурентных преимуществ армии США»; «Сдерживание России: как реагировать на вмешательство Москвы в демократию США и растущие геополитические вызовы» и «Обзор ядерной политики». Все они иллюстрируют, как Трамп приспосабливается к основным целям и интересам внешнеполитического истеблишмента и корпоративной Америки.
Мнения экспертов


«Дипломатическая» защита однополярной гегемонии США одновременно использует попытки вбить клин между нейтральными или симпатизирующими многополярному порядку странами и осуществлять больший контроль над своей собственной системой вассальных и зависимых государств. Её задача состоит в том, чтобы обеспечить соблюдение стратегических императивов, определённых в «Великой шахматной доске» Збигнева Бжезинского ради геополитического завоевания и сохранения гегемонии. В своей дипломатической стратегии США пытаются позиционировать себя как влиятельного посредника в попытке сохранить свою глобальную гегемонию. Однако в дипломатическом подходе к сотрудничеству незападоцентричных держав многополярного порядка есть признаки стратегии, более ориентированной на честное посредничество в региональных конфликтах по сравнению с той, которая поддерживается США и их союзниками. Это проявляется в дипломатических успехах. Так, контролируемая США система международного «посредничества» в сирийском конфликте (с целью смены режима) в Женеве была заменена Астанинским процессом. Показательны также переговоры по Афганистану, состоявшиеся в Тегеране после хаотичного отступления США. Это значительно контрастирует с попытками создать «НАТО на Ближнем Востоке» или расширить инициативы, направленные против Китая, чтобы сохранить этот якобы «основанный на правилах» порядок. Однако дипломатическая позиция стран, считающихся «союзниками» США и их глобального порядка, таких как Объединённые Арабские Эмираты и Саудовская Аравия, указывает на то, что они занимают гораздо более сбалансированную и осторожную позицию, учитывая политические, геополитические, экономические и социальные нестабильности в ключевых странах западоцентричного порядка. Кроме того, налицо прагматизм и здравый смысл незападоцентричных стран, в частности Индии, которая сохраняет независимую позицию по острым внешнеполитическим темам (Украина), несмотря на давление США и втягивание в контролируемые США геополитические структуры, такие как QUAD, для сдерживания Китая.

Таким образом, сила знаний и информации в современном глобальном обществе может ускорить или замедлить глобальную трансформацию. В преддверии президентских выборов в США, на которых к власти пришёл Джо Байден, главной внешнеполитической платформой США было «возвращение» роли мирового лидера. Западная политика, средства массовой информации и дипломатия используются в качестве инструментов войны, которые действуют в информационной сфере, но нацелены на когнитивную сферу глобальной аудитории, чтобы формировать физическую сферу, которая в настоящее время находится в состоянии нестабильной геополитической флуктуации. На данном этапе усилия по сохранению однополярного порядка, похоже, ускоряют упадок западного порядка и подъём незападного порядка. Значение и роль национального суверенитета и автономии принятия внешнеполитических решений особенно важны в периоды геополитической нестабильности, когда малые державы должны быть субъектом международных отношений, а не объектом геополитических игр империи, находящейся в упадке.

Новая собака – старые трюки, или Конец гегемонии Запада
Тимофей Бордачёв
Саммит «Большой семёрки», который состоялся в конце лета во французском Биарицце, дал наблюдателям немало поводов как посмеяться, так и задуматься. Посмеяться, потому что дискуссии на саммите и вокруг него стали наглядной демонстрацией общей растерянности победителей в прошлой холодной войне перед вызовами, стоящими перед ними и человечеством, возглавлять которое «семёрка» стремилась ещё совсем недавно. Сейчас её лидеры спорят между собой либо о тактических двусторонних вещах, либо просто не могут прийти к общему знаменателю относительно того, что же является наиболее важным для них и мира. И этот смех за пределами «семёрки» ни в коем случае не является злорадством. программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай» Тимофей Бордачёв.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.