Политэкономия конфронтации
Экономика сопротивления: Украина, cанкции и будущее глобализации

Формируется многоскоростная региональная глобализация. В таком контексте Запад вряд ли останется пульсирующим сердцем мировой экономики. Напротив, он, вероятно, будет одним из многих блоков – хотя и весьма крупным – многополярной системы, пишет аналитик Эмануэль Пьетробон.

Реакция Запада на так называемую специальную военную операцию России была столь же резкой, сколь и предсказуемой. Администрация Байдена фактически ждала, когда президент Путин совершит ошибку, ступив на территорию Украину. Когда ошибка была сделана, давно запланированные санкции были реализованы.

«Северный поток – 2», который ещё администрация Трампа мечтала отправить в бессрочную спячку, стал первой съеденной пешкой. Опять же предсказуемо: Байден в предыдущие месяцы угрожал России (и Германии) закрыть трубопровод стоимостью 10 миллиардов евро. То же и с частичным отключением от SWIFT – не что иное, как давно планируемая санкция. Однако непредсказуемыми оказались масштабы максанкций, то есть массового ухода крупных брендов с российского рынка – более четырёхсот за первые три недели конфликта.

Политэкономия конфронтации
Украинский кризис. Кто в выигрыше?
Иван Тимофеев
Новый этап украинского кризиса будет иметь глобальные последствия. Некоторым он принесёт краткосрочные и среднесрочные издержки, причём весьма существенные. Но для многих он будет связан с возможностями укрепления своего влияния в долгосрочном плане. О том, кто понесёт наиболее серьёзные потери и издержки, а кто останется в выигрыше в результате украинского кризиса, пишет Иван Тимофеев, программный директор Валдайского клуба.
Мнения экспертов


У России могли быть свои причины для военной операции, но она будет иметь значительные политические издержки: «партия разрядки» мертва или в лучшем случае в коме, а давние потенциальные партнёры, Германия и Франция, ничего не могут сделать, чтобы возродить стремление к «европейской стратегической автономии». Соответственно, отношения между ЕС и Россией, вероятно, будут ухудшаться в ближайшие несколько лет, поскольку США используют вернувшийся климат холодной войны, чтобы экономически, энергетически и политически разъединить две Европы.

Однако не всё потеряно. Нет ничего более постоянного, чем изменчивость.

Дипломатия рано или поздно найдёт способ возродиться, потому что если история чему-то учит, так это тому, что география имеет значение.Вечный закон – «помни, с кем ты граничишь» –обяжет ЕС и Россию снова перезагрузить отношения.

Но потребуются годы, если не десятилетия, чтобы начать эффективный процесс нормализации. При этом конкуренция великих держав будет обостряться. На состояние отношений между ЕС и Россией будет влиять ряд переменных. Экономика – одна из них.

Инсценированная Западом «тотальная экономическая война» против России является самоочевидным доказательством того, что старая глобализация отмирает и зарождается новая модель. Всё началось с Дональда Трампа и его первых шагов к отделению от Китая. Тенденция продолжилась с пандемией COVID-19, которая выявила необходимость переосмысления глобальных цепочек поставок, особенно когда речь идёт о производстве и экспорте стратегических товаров, а также с инцидентом с Ever Given, который побудил многих аналитиков одобрить разработку альтернативных маршрутов.

Формируется многоскоростная региональная глобализация. В таком контексте Запад вряд ли останется пульсирующим сердцем мировой экономики. Напротив, он, вероятно, будет одним из многих блоков – хотя и весьма крупным – многополярной системы. Крупные блоки будут иметь своеобразные экосистемы: свои бренды, свои технологии, свою моду, свои социальные сети и так далее. Малые блоки будут находиться под влиянием крупных, импортируя их товары и их «образ жизни».

Решение России построить свой собственный Интернет, заменить западные деловые цепочки и углубить свой мир социальных сетей следует воспринимать в контексте региональной реглобализации.

В мире, который находится в стадии становления, Россия не сможет одновременно принадлежать Европе и Азии, по крайней мере в ближайшие годы. США умело пользуются конфликтом на Украине, чтобы ужесточить давление на ЕС, поэтому у России нет другого выбора, кроме как переориентировать свою повестку дня на три направления: внутрь страны, на Азию и на Глобальный Юг (Африка плюс Латинская Америка).

С продолжающейся тотальной экономической войной против российской экономики можно справиться, только ускорив движение к самодостаточности и диверсификации. Самодостаточность подразумевает производство внутри страны того, что нельзя купить за границей. Диверсификация необходима для критического снижения зависимости от западных рынков. Конечным пунктом этого пути должно стать построение устойчивой к санкциям полуавтаркической экономики.

У России есть потенциал и ресурсы для того, чтобы стать лабораторией беспрецедентного эксперимента для державы такого масштаба – создания первой в мире экономики сопротивления.

Западные аналитики утверждают, что конфликт на Украине изолирует Россию, превратив её со временем в колонию Китая или в «огромную Северную Корею». Первый сценарий маловероятен, второй вероятен ещё менее. Но существует и третий сценарий: коллапс в советском стиле. Всё зависит от того, что Россия будет делать в краткосрочной перспективе.

Евразийский экономический союз может стать ответом Азии ЕС, но для того, чтобы сделать его по-настоящему эффективным и раскрыть его потенциал, необходимо проделать большую работу – от гармонизации законодательства до подписания соглашений о свободной торговле с новыми партнёрами, имеющими товары, которых у ЕАЭС нет, и нуждающимися в товарах, которые ЕАЭС может продать дешевле, – на фоне более равноправного создания благосостояния между членами союза и большей степени координации и интеграции. Стратегическое партнёрство с Китаем важно, но следует отводить гораздо больше места другим странам БРИКС с точки зрения импорта-экспорта, межотраслевого сотрудничества и повестки дедолларизации. Чем глубже диверсификация, тем выше эффект.

О самодостаточности и устойчивой к санкциям экономике говорить можно долго. Россия может и должна учиться на историческом опыте больших и малых держав, оказавшихся заложниками крупномасштабных экономических войн. Северная Корея и Иран представляют собой интересные примеры выживания на протяжении десятилетий, но их нельзя рассматривать в качестве образцов для подражания. Лучше сосредоточиться на менее изученных, но удивительно полезных примерах недавней истории – таких как сопротивление Соединённого Королевства континентальной блокаде Наполеона, ответ фашистской Италии на европейскую экономическую осаду и попытки Кубы обойти американское эмбарго. Вместе мы в состоянии изучить каждый из вышеупомянутых исторических случаев «экономического сопротивления», чтобы понять, почему они имеют значение и что они могут предложить нынешним российским политикам.

Азия и Евразия
Возможна ли Большая Евразия без Европы: перспективы безопасности
Ван Ивэй, Дуань Миннун
Европейские страны, в том числе и Россия, должны определить будущую структуру европейской безопасности. Хотя стратегически Россия может полагаться на своих азиатских партнёров, она не может отделить себя от Европы географически. Если она намерена плавно продвигать Большую Евразию на Восток, следует принимать во внимание европейскую стабильность: сотрудничество в рамках инициативы «Пояс и путь», маршрут которой идёт на Запад, также является важной частью Большой Евразии, считают эксперты Ван Ивэй и Дуань Миннун.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.