Смена стратегии США – надежда для Йемена?

Прямых свидетельств того, что заметный сдвиг в американской политике в отношении длящегося уже третий год вторжения Саудовской Аравии в Йемен напрямую связан с убийством саудовского журналиста Джамаля Хашогги, нет. Но ясно, что негативные последствия этого инцидента стали для такой перемены побудительным мотивом. Под влиянием бури возмущения, поднявшейся во всём мире и внутри самих США, администрации Трампа пришлось оценить меру собственной ответственности и поставить под сомнение установку на безоговорочную поддержку военного вторжения Саудовской Аравии в Йемен.

Заявление с призывом к окончанию конфликта в Йемене, озвученное государственным секретарём Майклом Помпео и министром обороны Джеймсом Мэттисом 30 октября этого года, предвещает заметный сдвиг в американской политике в отношении длящегося уже третий год вторжения в Йемен арабской коалиции во главе с Саудовской Аравией, а также значительные перемены, способные повлиять на ход гражданской войны в Йемене.

Администрация Трампа представила пошаговый план действий, в соответствии с которым повстанцы-хуситы сначала должны остановить ракетные обстрелы территории Саудовской Аравии, после чего прекратятся авианалёты на хуситские позиции со стороны СА и Эмиратов, а затем через 30 дней возобновятся переговоры по дипломатической линии под эгидой ООН.

Хотя прямые свидетельства того, что изменение в подходе администрации напрямую связано с убийством саудовского журналиста Джамаля Хашогги, отсутствуют, ясно, что негативные последствия этого инцидента стали для такой перемены непосредственным побудительным мотивом. Под влиянием бури возмущения, поднявшейся во всём мире и внутри самих США, администрации Трампа пришлось оценить меру собственной ответственности и поставить под сомнение установку на безоговорочную поддержку военного вторжения Саудовской Аравии в Йемен.

Жертва реальной политики. О Джамале Хашогги
Убийство Джамаля Хашогги – один из самых шумных медийных случаев в современной истории. Редко судьба человека провоцирует такой международный переполох, несколько недель занимая внимание президента США и заставляя западные столицы обращаться с Саудовской Аравией почти как с государством-изгоем. Реакция удивила руководство Саудовской Аравии и запятнала его за рубежом. Но это вряд ли изменит политику де-факто правителя страны, наследного принца Мохаммеда бин Салмана.
перейти
© Клуб «Валдай»

Впрочем, заявленная администрацией перемена в стратегии является результатом переоценки ценностей, произошедшей до начала кризиса, катализатором которого послужило дело Хашогги. Главное в этом смысле то, что у Вашингтона возникли сомнения относительно стратегической целесообразности саудовской интервенции в Йемене. В 2015 году, когда арабская коалиция приступила к осуществлению операции «Буря решимости», американская поддержка военных действий Саудовской Аравии в Йемене была обусловлена желанием администрации Обамы задобрить Эр-Рияд в условиях, когда США и ряд других стран работали над заключением ядерной сделки с Ираном. Как таковая поддержка Обамой военный усилий Саудовской Аравии носила в известной степени двойственный характер: считалось, что для национальных интересов США конфликт в Йемене имеет лишь минимальное значение.

Напротив, в администрации Трампа Саудовская Аравия рассматривается в качестве главной опоры антииранской политики США в регионе, вследствие чего и была воспринята саудовская точка зрения на хуситов как на агентов Ирана и проводников его политики, направленной на установление иранского господства в регионе. Как следствие, Вашингтон стал наращивать материальное и разведывательное обеспечение действий Саудовской Аравии и ОАЭ и возобновил продажу некоторых видов высокоточного оружия, заблокированную администрацией Обамы в связи с растущим числом потерь среди мирного населения Йемена от авианалётов ВВС Саудовской Аравии.

Однако сегодня, три года спустя после начала в 2015 году операции «Буря решимости», Вашингтону приходится взглянуть в глаза реальности. А реальность такова, что вследствие продолжающейся американской поддержки вторжения в Йемен Саудовской Аравии и других арабских стран США всё глубже втягиваются в региональный конфликт, приносящий им лишь незначительные стратегические преимущества. Вместо того, чтобы привести к окончательному поражению хуситского восстания, война лишь укрепила влияние Ирана, подтолкнула Йемен к грани полного развала государственности и породила призрак гуманитарной катастрофы, приобретающий по ходу войны всё более конкретные очертания.

Ухудшение ситуации в Йемене совпало с ростом скептических настроений в некоторых вашингтонских кругах, и особенно в Конгрессе, где сомневались в разумности политики опоры на Саудовскую Аравию в качестве главного оплота стратегии США по противодействию распространению влияния Ирана в регионе. Нет сомнения в том, что такой скептицизм будет только крепнуть теперь, когда демократы завоевали большинство в Палате представителей. Сопротивление членов Конгресса продолжающейся подпитке со стороны США саудовского вмешательства в конфликт будет только нарастать. В марте лишь с незначительным перевесом голосов удалось заблокировать в Сенате предложение о прекращении американской поддержки развязанной саудитами войны. 

После убийства Хашогги можно ожидать, что подобные призывы станут звучать громче и что на администрацию Трампа будет оказано давление с тем, чтобы продажа американского оружия Саудовской Аравии была поставлена под более строгий контроль, а в перспективе осуществлялась бы на том условии, что Эр-Рияд прекратит военные действия в Йемене, или хотя бы сократит их масштаб.

Впрочем, далеко не очевидно, что перемена в подходе США будет способствовать успешному возобновлению посреднической миссии спецпосланника Генерального Секретаря ООН по Йемену Мартина Гриффита. Чтобы осуществить намеченные администрацией шаги по последовательной деэскалации боевых действий и возобновлению переговоров, потребуется одновременное задействование нескольких факторов в очень непростых условиях застарелого конфликта.

Во-первых, неясно, насколько успешно Вашингтон способен оказывать давление на руководимую Саудовской Аравией арабскую коалицию с тем, чтобы её участники приостановили авиационную кампанию в Йемене. С 30 октября, когда прозвучало заявление администрации, наблюдается заметная эскалация вооружённой борьбы, ведущейся силами арабской коалиции, в частности – наращивание широкомасштабного наступления на стратегический порт Ходейда, который коалиция стремится вернуть под свой контроль в целях максимизации выигрыша от побед на земле до того, как в результате дипломатических усилий установится перемирие. По причине такой эскалации начало переговоров, которое администрация наметила на начало декабря, уже отложено до конца года.

Во-вторых, бросается в глаза, что в заявлении администрации отсутствует призыв к установлению всеобъемлющего перемирия. Призвав лишь к прекращению ракетных обстрелов со стороны хуситов и окончанию авианалётов ВВС Саудовской Аравии и ОАЭ, администрация оставила лазейку для продолжения военных действий марионеточным группировкам, действующим в интересах саудитов и Ирана, да и дислоцированным – в основном на юге – наземным войскам ОАЭ тоже. Продолжение военных действий наверняка затруднит возобновление и перспективы жизнеспособного переговорного процесса.

В-третьих, оказывать давление на арабскую коалицию ради приостановки авианалётов на Йемен – это ещё не всё. Чтобы создать задел для успешных посреднических усилий, возможно, потребуется убедить Эр-Рияд пересмотреть его общую военную концепцию, в рамках которой прежде всего и началось это вооружённое вторжение. Такой пересмотр повлечёт за собой отказ от установки на нанесение военного поражения хуситским повстанцам в пользу более ограниченной стратегии, предполагающей защиту границы от вторжений хуситов с юга и сдерживание расползания хуситского влияния за пределы их опорного края на северо-западе.

Для этого также потребуется, чтобы саудиты одобрили запуск дипломатического процесса, ведущего к некой форме разделения власти между правительством Йемена, пользующимся поддержкой Саудовской Аравии и признанным международным сообществом, и повстанцами-хуситами. А это будет означать отказ от схемы урегулирования, изложенной в Резолюции 2216 Совбеза ООН, которая предполагает отмену результатов совершённого хуситами в 2014–2015 годах переворота и возвращение в столицу страны Сану правительства во главе с Абд-Раббу Мансуром Хади.

В-четвёртых, любые действия США в указанном направлении будут в высшей степени болезненно восприниматься Эр-Риядом, который более всего опасается расширения иранского присутствия в Йемене. Хотя Саудовская Аравия изо всех боролась и борется с распространением влияния Ирана в регионе и особенно на Арабском Востоке (Сирия, Ливан), тому в случае успеха впервые удастся встать твёрдой ногой на её южной границе. 

Поэтому Йемен для Эр-Рияда – это важнейшее поле битвы, от исхода которой будет зависеть, распространится ли далее геополитическое соперничество с Ираном далее и на сам Аравийский полуостров.

В-пятых, похоже, что администрация (скорее всего, чтобы предвосхитить болезненную реакцию со стороны саудитов) намерена объявить движение хуситов террористической организацией. Хотя такой шаг мало повлияет на оперативные возможности хуситских сил, он – без всякого сомнения – осложнит осуществление посреднической миссии Гриффита и отвратит руководство хуситов от предоставления каких-либо уступок. Всё это свидетельствует о том, что Вашингтону предстоит пройти по узкой тропке, постаравшись положить конец войне и в то же время не подорвать отношения с Эр-Риядом.

И наконец, Вашингтон приступает к выполнению этой задачи на фоне роста напряжённости в отношениях с Ираном, вызванного выходом администрации США из ядерной сделки с Ираном и повторным введением против него экономических санкций, включая запрет на закупки иранской нефти.

Конец договора о РСМД: когда оружие вне контроля
Дональд Трамп объявил, что США могут выйти из договора о РСМД, целью которого было сокращение и ликвидация ракет средней и меньшей дальности наземного базирования. Окончательное решение может быть принято в ближайшие несколько недель. Процесс контроля над вооружениями под серьёзной угрозой. Что означает конец ДРСМД для глобальной безопасности, как это повлияет на отношения между США, НАТО и Россией и, наконец, может ли это спровоцировать реальную военную конфронтацию, обсудил в интервью ru.valdaiclub.com доктор Ульрих Кюн, старший научный сотрудник Венского центра по разоружению и нераспространению.
перейти
© РИА Новости/Антон Денисов

Вследствие усиления геополитического соперничества Иран вряд ли согласится участвовать в переговорах об окончании гражданской войны в Йемене, если они не сулят ему серьёзных выгод. 
Учитывая, что в Сирии военное счастье всё более склоняется на сторону режима Асада, что в Ливане зашли в тупик переговоры о формировании нового правительства, что Саудовская Аравия доказала свою неспособность добиться военной победы в Йемене, Иран, по всей видимости, не расположен к тому, чтобы открыть своим протеже зелёный свет для переговоров на какой-либо из ключевых арен конфликта в регионе.

Хотя сейчас трудно определить, какой степенью влияния на хуситов обладает Иран, вряд ли стоит предполагать, что их руководство пойдёт на дипломатические переговоры через голову Тегерана. Таким образом, достижение урегулирования в идущей на земле Йемена гражданской войне неразрывно связано с общим положением дел в сфере региональной безопасности. Развязать многочисленные узлы конфликта, пожалуй, самая трудная задача на пути к устойчивому урегулированию как в регионе в целом, так и в Йемене в частности.

Пока что у нас нет хотя бы какой-либо ясности относительно того, как Вашингтон намерен управляться со всеми этими конфликтами. Хотя руководство США, по-видимому, искренно в своём желании положить конец гражданской войне в Йемене, начинать ему придётся с сокращения своего собственного участия в конфликте, не имея при этом чёткого представления о том, как прийти к урегулированию через переговорный процесс, и даже не зная, каким образом побудить стороны возобновить переговоры. В ближайшие месяцы станет понятно, приведёт ли перемена в стратегии администрации хотя бы к частичному прекращению огня, а далее и к последовательным усилиям по оптимизации отношений с коалицией под руководством Саудовской Аравии и созданию основы для достижения устойчивого урегулирования конфликта и завершения самой войны.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.