Мир после ДРСМД. Как пройти через «мёртвую зону»?

По всей видимости, спасти Договор о ракетах средней и меньшей дальности (ДРСМД) уже не получится. Можно до хрипоты спорить о том, почему так случилось и были ли шансы сохранить соглашение, но эти споры всё больше будут уделом историков. На данный момент куда более актуален вопрос о том, каким станет мир после ДРСМД и есть ли ещё надежда на возрождение контроля над вооружениями в том или ином формате.

Представляется очевидным, что в ближайшие несколько лет любые новые договорённости, затрагивающие стратегические вооружения, будут крайне затруднены. Прежде всего общий политический фон в отношениях между Россией и США не располагает к каким-либо содержательным переговорам: если два лидера вот уже полгода никак не могут договориться даже о сроках следующей встречи в верхах, о каком соглашении по стратегическим вооружениям вообще стоит говорить?

Кроме того, продолжающийся политический кризис внутри США неизбежно делает любые переговоры с Москвой предметом ожесточённого противоборства Белого дома и его многочисленных оппонентов. Наконец, сегодня ни на Западе, ни на Востоке нет мощного антивоенного движения, нет артикулированного общественного запроса, способного заставить национальных лидеров воспринимать контроль над вооружениями как один из своих внешнеполитических приоритетов.

Выход США из ДРСМД: решение уже принято и будет выполняться
«Визит Джона Болтона в Москву привлёк к себе внимание в связи с объявлением о возможном выходе США из договора о РСМД. Это, безусловно, важное решение, которое будет иметь большие последствия и для России, и для европейской безопасности, и для стратегической стабильности. Об этом много говорили, о последствиях продолжают спорить, но важно отметить, что этот вопрос был не единственным, который обсуждался в ходе визита Болтона. Более того, строго говоря, мне кажется, что как раз по РСМД как таковых переговоров и не было, по крайней мере детальных», – сказал в интервью ru.valdaiclub.com генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.
перейти
© kremlin.ru
Следовательно, России и США, а заодно и всему остальному миру придётся пройти через более или менее продолжительную «мёртвую зону», когда попытки восстановить полноценный контроль над стратегическими вооружениями будут иметь мало шансов на успех. Сколько продлится нынешняя ситуация, предсказать сложно: она может затянуться до конца нынешнего срока президентства Дональда Трампа, до начала нового политического цикла в России, до следующего издания Карибского кризиса 1962 года и так далее.

Но не менее очевидно и другое – проблема ядерного оружия не решится сама собой, без эффективного взаимодействия Москвы и Вашингтона она будет только усугубляться. Будут расти риски конфликта, будут расти экономические издержки гонки вооружений, будут всё громче звучать голоса критиков. Значит, рано или поздно за стол переговоров придётся возвращаться.

А если это так, то задача текущего момента – сделать неизбежную паузу по возможности менее протяжённой, а последующее возращение – по возможности менее сложным. Напрашиваются как минимум четыре взаимосвязанных стратегии в направлении решения этих задач.

Внимание, спойлер: гибель ДРСМД – плохая новость!
В связи с решением президента США Дональда Трампа выйти из Договора о ядерных ракетах средней и малой дальности (ДРСМД) рушится ещё один важный элемент архитектуры европейской безопасности. Хотя эксперты и политики России и Запада продолжают играть в игру взаимных обвинений, всё же следует заглянуть в не слишком отдалённое будущее и понять, что может означать конец ДРСМД для европейской и международной безопасности. Внимание, спойлер: гибель ДРСМД – плохая новость!
перейти
© 2018 / AP
Во-первых, даже отсутствие формальных обязательств сторон по ДРСМД или по СНВ-3 не мешает России и США де-факто соблюдать эти договорённости. Насколько можно судить, осуществляющиеся сегодня программы модернизации российского и американского ядерных арсеналов не предполагают выхода за рамки существующих соглашений. Неформальная договорённость – или хотя бы понимание – относительно сохранения статус-кво в ядерной сфере, безусловно, помогли бы избежать многих серьёзных проблем и значительных дополнительных расходов. Здесь, вероятно, мяч находится на российской стороне поля, поскольку технологически, да и геополитически Москве легче воспользоваться отказом США от ДРСМД, чем Вашингтону.

Во-вторых, любые российско-американские консультации по вопросам будущих принципов стратегической стабильности – на уровне первого, второго или полуторного треков – были бы более чем полезными. Понятно, что рассчитывать на какие-то прорывы в таком формате будет наивностью. Но сам факт продолжения диалога имел бы несомненное позитивное психологическое значение. Кроме того, наличие такого диалога, сохранение общей стратегической культуры и накопление новых идей позволило бы быстрее перейти к последующим конкретным переговорам, когда политические условия для этого, наконец, созреют.

В-третьих, вынужденная пауза в российско-американском взаимодействии по стратегическим вооружениям могла бы быть использована для постепенно подключения к разговору третьих ядерных держав. Разумеется, данная задача является непростой, требующей немалого терпения и деликатности, но решать её всё равно так или иначе придётся. Выход США из ДРСМД – хороший повод приступить к этой сложнейшей задаче на дальних подступах, поскольку отказ от РСМД так или иначе затрагивает интересы всех членов «ядерного клуба».

В-четвёртых, России и Соединённым Штатам в сложившихся обстоятельствах стоило бы обратить особое внимание на подготовку очередной Конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), которая должна состояться в 2020 году. Отказ от ДРСМД и – особенно – отказ от продления СНВ-3 создадут значительные риски для глобального режима нераспространения, и очередная обзорная Конференция ДНЯО вполне может оказаться последней. Это ни в коей мере не отвечает интересам Москвы и Вашингтона, и общая заинтересованность в сохранении режима, возможно, окажется достаточно значимым стимулом для ограниченного российско-американского сотрудничества.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.