Что будет с экономикой, когда лопнет глобальный пузырь на рынке кредитования?

Катастрофический кризис, по сравнению с которым Великая депрессия 1930-х и кризис 2008 года покажутся мягкими рецессиями, – это лишь вопрос времени. Сценарий, по которому он будет разворачиваться, зависит от способности монетарных властей принимать своевременные или даже превентивные меры, а также от степени взаимодействия правительств и центробанков разных стран на международном уровне, считает Александр Лосев, генеральный директор АО «Управляющая компания “Спутник – Управление капиталом”».

По данным вашингтонского Institute of International Finance совокупный объём мирового долга в первой половине 2019 года достиг 246,5 трлн долларов, что составляет примерно 318% глобального ВВП. Это чуть меньше рекордных показателей 2018 года, но всё же очень близко к историческим максимумам. В этой суммарной задолженности на долю развитых стран приходится 177 трлн долларов, на долги развивающихся рынков – 69 трлн долларов, что также является новым рекордом.

Однако, несмотря на беспрецедентный рост мирового долга, который наблюдался в последние 10 лет после кризиса 2008 года, инвестиционная активность в реальном секторе сокращается, происходит замедление роста мировой экономики и международной торговли, усиливаются риски наступления глобальной рецессии, а совокупный объём накопленных долгов становится реальной угрозой стабильности мировой финансовой системы.

Кредитование видится главным и чуть ли не единственным фактором поддержания мирового потребительского спроса, основным стимулом роста фондовых рынков и экономического роста в целом. Постиндустриальная экономическая модель с высоким уровнем автоматизации и переносом производств в страны с дешёвой рабочей силой, а центров прибыли – в «налоговые гавани» привела к тому, что доля человеческого труда в конечном продукте резко снизилась, и собственники капитала и средств производства теперь менее охотно делятся доходами с работниками и со своими государствами. Поэтому правительствам приходится постоянно увеличивать государственный долг для финансирования бюджетных дефицитов, а населению – брать кредиты для поддержания существующего уровня жизни в условиях падающих доходов.

Ждать ли нового финансового кризиса?
Жак Сапир
От нового финансового кризиса нас спасает активность центральных банков и их способность выбросить на рынок огромные объёмы наличности. Но только в краткосрочной перспективе. Оказывается, сегодня рынки не в состоянии выживать без помощи со стороны центральных банков. В связи с этим – не должны ли последние быть напрямую интегрированы в процессы государственного управления и находиться под контролем граждан? Об этом размышляет Жак Сапир, профессор экономики Парижской Высшей школы социальных наук (EHESS).
Мнения экспертов

Проблема ещё и в том, что теперь мировой долг растёт быстрее, чем мировая экономика, и каждому новому проценту экономического роста соответствует дополнительное увеличение совокупного объёма долга на 1,5–2%. Замедление кредитования по различным причинам, включая спад экономической активности из-за торговых войн, дефицит ликвидности и/или повышение ставок могут мгновенно привести к стагнации мировой экономики, и лишь невероятно мягкая денежно-кредитная политика основных мировых центробанков пока поддерживает всю экономическую и финансовую систему на плаву.

Международный валютный фонд предупреждает о риске корпоративного долга в 19 трлн долларов. В своём полугодовом отчёте о состоянии мировых финансовых рынков МВФ заявил, что в случае экономического спада почти 40% корпоративного долга в восьми ведущих странах – США, Китае, Японии, Германии, Великобритании, Франции, Италии и Испании – будет невозможно обслуживать. Адаптивное денежно-кредитное стимулирование центробанков способствовало принятию финансовых рисков, что привело к «тревожным» уровням задолженности с низким кредитным качеством, говорится в сообщении МВФ.

Бесконечно расширять кредитование не получится, к тому же кредитование не способно устранить дисбалансы текущего счёта в крупнейших странах, включая США. И ответом на дисбалансы и отрицательное сальдо в торговле становится протекционизм и торговые войны, способные очень быстро привести мир к состоянию депрессии.

Проблема ещё и в том, что ужесточение банковского надзора после кризиса 2008 года привело к тому, что торговые активы банков сократились вдвое, межбанковское кредитование снизилось на треть, а весь дополнительный рост финансирования был обеспечен рынками капитала, где контроль существенно слабее, а волатильность выше. Но теперь благодаря постоянному вливанию ликвидности центральными банками на фондовом рынке надулись новые «пузыри», и компании показывают рост бизнеса на кредитном спросе и выкупают свои акции с рынка на заёмные сверхдешёвые деньги, поскольку им выгоднее взять долг для финансирования своей деятельности, чем использовать фондовый рынок для привлечения капитала. При этом институциональные инвесторы и фонды накопили 30 трлн долларов, активов, среди которых очень велика доля высокорискованных и неликвидных.

Беспрецедентная закредитованность крупнейших экономик, таких как США, Китай и ЕС, несёт для всего мира катастрофическую угрозу, которая реализуется в масштабах, намного превосходящих Великую депрессию, если начнётся процесс сокращения кредитного плеча или так называемый делеверидж (deleverage), а по сути – сдутие кредитного пузыря. Делеверидж может произойти не потому, что у банков закончатся деньги для новых кредитов, а потому что у должников может не оказаться возможности рефинансировать долговые обязательства и погасить займы. Как показал американский ипотечный кризис 2007–2008 годов дефолты в сумме 1,3 трлн долларов могут вызвать «эффект домино» – начнутся массовые банкротства и распродажи залогового имущества, которое будет стремительно терять свою стоимость.

Поскольку глобальный долг уже составляет 246,5 трлн долларов, ни правительствам, ни центральным банкам не хватит ресурсов, чтобы выкупать обязательства и списывать долги, как это было в кризис 2008 года, и помогать стремительно теряющим активы банкам, пенсионным и инвестиционным фондам, компаниям и гражданам. Принимая также во внимание, что объём рынка валютных и кредитных деривативов превышает 600 трлн долларов (только в США на этот сегмент приходится 545 трлн долларов), можно сказать, что больших «бомб» заложено предостаточно.

Катастрофический кризис, по сравнению с которым Великая депрессия 1930-х и кризис 2008 года покажутся мягкими рецессиями, – это лишь вопрос времени. Сценарий, по которому он будет разворачиваться, зависит от способности монетарных властей принимать своевременные или даже превентивные меры, а также от степени взаимодействия правительств и центробанков разных стран на международном уровне.

Финансовый мир взаимосвязан, и рынок США является ключевым, а Федеральная резервная система (ФРС) США – это, по сути, главный центробанк мира. Прошедшая в минувшие десятилетия глобализация, бенефициарами которой долгое время были Соединённые Штаты, сформировала не только геополитическую надстройку над подконтрольным США (как гегемона) глобальным экономическим базисом, но и создала через доминирование доллара в качестве валюты международных расчётов и резервов универсальный механизм контроля инвестиционных потоков, движения капитала и мировой торговли и прочая.

Ценообразование на фондовых, валютных и сырьевых биржах теперь основывается не столько на классическом соотношении спроса и предложения, сколько на объёме имеющейся денежной ликвидности, и опирается на процентные ставки и стоимость кредита, зависит от направления финансовых потоков и доступности денег (долларов) для инвесторов и спекулянтов. Почти десятилетие околонулевых ставок в США стимулировало компании по всему мира занимать в долларах, что сделало глобальную экономику ещё более зависимой от монетарной политики ФРС США. Одновременно с этим очень низкие процентные ставки в развитых странах вынудили инвесторов искать доходность на развивающихся рынках и покупать более рискованные (акции) и неликвидные активы для получения прибыли.

Война всех против всех: перспективы торгового спора США и ЕС
Станислав Ткаченко
В середине XVII столетия английский философ Томас Гоббс охарактеризовал состояние общества до заключения общественного договора и образования государства словами «война всех против всех». Сегодня в Овальном кабинете Белого дома сидит страстный приверженец Гоббса, рассматривающий современную мировую политику сходным образом. Для нынешнего президента США сфера межгосударственных отношений полна опасностей и противоречий, а защита национальных интересов в ней возможна только через конфликт с другими государствами, пишет Станислав Ткаченко, приглашённый профессор Центра исследований экономики и политики стран с переходной экономикой Ляонинского университета.
Мнения экспертов

Таким образом, над мировой экономикой сейчас висит сразу семь дамокловых мечей: (1) глобальный пузырь на рынке кредитования, (2) состояние американской экономики, от чего зависят действия ФРС, (3) возможный кризис перепроизводства промышленных товаров, в том числе в Китае и в Германии, (4) торговое и технологическое противостояние США с Китаем и другими странами, (5) риски рецессии в развитых странах, прежде всего в ЕС и Японии, (6) поведение фондовых площадок, (7) финансовое и экономическое здоровье развивающихся стран. Какой из рисков сработает первым, мы увидим довольно скоро.

В дальнейшем для предотвращения циклических кризисов необходимы структурные изменения в мировой экономике, такие как формирование нескольких сопоставимых по объёмам монетарных центров – финансово-экономических полюсов, на которые бы опиралась вся конструкция мировой экономики, поливалютная структура мировых резервов и взаимных расчётов в торговле между странами, более строгое регулирование кредитов и налоговое администрирование.

Россия, имеющая крепкую структуру госбюджета, консервативную финансовую политику, низкий уровень долга и гибкую денежно-кредитную политику, намного лучше подготовлена к глобальному кризису, чем большинство стран мира. Однако структурные слабости российской экономики делают её уязвимой при падении цен на сырьевые товары из-за глобального спада. И пока кризис не наступил, очень важно ускорить реализацию инфраструктурных и национальных проектов, а также провести реиндустриализацию перерабатывающих отраслей, для того чтобы сделать российскую экономику более диверсифицированной и замкнуть внутри страны часть цепочек создания стоимости, которые могут быть разорваны глобальным кризисом.

Переломный момент мировой экономики
Марк Узан
Вместо стратегии по интеграции Китая в мировую экономику Вашингтон теперь старается делать всё возможное для нейтрализации и сдерживания нового конкурента, пишет Марк Узан, исполнительный директор Обновленного Бреттон-Вудского комитета. Из-за этого в ближайшие годы изменится и мировая экономика. Распутывание переплетений мировой экономики станет новым нарративом после завершения главы глобализации.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.