Сирийский кризис: почему не работает дипломатия

07.10.2016

Международное измерение не является ключевым в сирийской гражданской войне. Но если задаться вопросом, почему не срабатывают достигнутые между Россией и США договорённости, то ключевая причина будет в низкой приоритетности сирийского кризиса для них обоих.

Сирия является второстепенным вопросом для США отнюдь не потому, что срок полномочий президента Барака Обамы истекает. Нынешние американские элиты – продукт процветания и сытости 1990-х годов, они ментально живут в мире прогресса и технологических инноваций. Поэтому воспринимают всё связанное с конфликтами, войнами, в том числе в Ираке, Афганистане и Сирии, – как пережиток прошлого, ХХ века. США считают, что возглавляют историческое движение глобализированного мира в сторону светлого будущего, где будут процветать демократия, либерализм, свободная торговля и где не будет места таким атавизмам, как во́йны.

Не наработав классического европейского опыта дипломатии и конфронтации, вашингтонские элиты плохо разбираются в нюансах большой стратегии. Они умеют нажить себе необязательных врагов, порвать и сломать там, где тонко и хрупко, – именно поэтому политика США регулярно вызывает конфликты и кризисы. Украина и Ближний Восток – которые США стремились привести к прогрессу – наиболее говорящие просчёты: демократия номинально есть, но какая кровавая. Эти примеры сильно дискредитируют убеждённость, будто Запад ведёт человечество к прогрессу и процветанию.

Следствием этой устремлённости в будущее является то, что ни Сирия, ни Украина не являются жизненно важными приоритетами для президента Барака Обамы. Он относится к ним как к значимым, но всё же второстепенным вопросам. С точки зрения американского президента, новые торговые отношения с Европой и тихоокеанскими странами, экологические регламенты, развитие интернета и альтернативных источников энергии, права меньшинств и движение в сторону «ядерного нуля» – это по-настоящему важно. А Украина и Сирия – второстепенны.

Россия прощается с Обамой. Послание новому президенту США Андрей Кортунов
Срыв сотрудничества Москвы и Вашингтона не означает, что, выбирая между Россией и ИГИЛ, США становятся на сторону террористов. Но отказ от сотрудничества тем не менее показателен: угроза со стороны ИГИЛ для Соединённых Штатов на данный момент не представляется столь масштабной, чтобы ради совместных действий против этой угрозы пойти на действительно глубокие, содержательные партнёрские отношения с Россией.

Иначе сложно объяснить, почему Обама позволяет, чтобы внутри его администрации существовал такой разнобой мнений: Белый дом публично заявляет одно, Госдеп – второе, Пентагон – третье. Это говорит о стиле управления Обамы, который рассчитывает получать разные мнения от своего кабинета, но сам не принимает окончательных решений, а смотрит, какая позиция политически более оправданна, к чему склоняется американское население.

Обама действует ситуативно и опирается на свои в целом верные инстинкты: стараться глубоко не вмешиваться в международные конфликты и как можно меньше применять силу. Но стратегическим видением – как должна в конечном счете выглядеть Сирия – эти инстинкты не подкреплены. Глубокой и фундаментальной стратегии, какую предлагал госсекретарь Генри Киссинджер в отношениях с Советским Союзом или Китаем или советник по нацбезопасности Брент Скоукрофт по отношению к Ираку, их целеустремленности, их концентрации полномочий – нет. В итоге – внешнеполитическая импровизация, метания в рамках операции в Сирии. Сказывается и болезненный опыт США в Афганистане и Ираке, где, потратив гораздо больше времени и сил, Вашингтон так и не добился задуманного.

В нынешней конфигурации полномасштабное сотрудничество России с США невозможно. Как оно невозможно со всей проамериканской коалицией, поскольку европейцы к самостоятельной крупной операции, с большим вовлечением сил и средств, с долгосрочным планированием, постконфликтным регулированием неспособны. В этой «спортивной лиге» играет ограниченный круг стран, и европейцы туда не входят: по отдельности – в силу ограниченности ресурсов, вместе – потому что не могут договориться.

Как и у США, у европейцев проблемы с реализмом, с оценкой своих интересов и приоритетов в конфликтах: их ввёл в заблуждение зримо мирный, сытый характер периода после Второй мировой войны, они думали, что больше никогда не столкнутся с проблемами типа сегодняшних и уж точно не будут вынуждены решать их самостоятельно.

Усложняет картину вмешательство в сирийский кризис региональных союзников США. Турция была и остаётся сложным партнёром для Запада. Эта страна НАТО действует независимо от Брюсселя и Вашингтона, исходя из собственных представлений. Без согласования с Соединёнными Штатами Анкара периодически проводит масштабные операции с использованием танков и авиации в Северном Ираке. Якобы в антитеррористических целях, а на самом деле на территории курдов и против них. Турки считают, что создание независимого курдского государства в приграничной зоне представляет для них жизненную угрозу. Похоже, что нынешнюю операцию в Сирии турки также не согласовывали с американцами. Реакция Белого дома и Пентагона говорит о том, что американцы недовольны тем, как протекает эта операция. Сейчас США призывают Турцию прекратить её.

Почему невозможно новое перемирие в Сирии? Владимир Евсеев
О чём может договариваться уходящая ныне администрация США, не имея реальной возможности контролировать ситуацию? США могут мечтать о разделе сфер влияния, но на самом деле они сегодня имеют к этому довольно слабое отношение.

Россия также сталкивается с трениями со своими союзниками. Сирийское правительство и Иран не разделяют надежд Москвы на дипломатическое урегулирование. Между ними появляются признаки разногласий по ходу военной операции. Особенно явно это проявилось в сентябре, когда министр обороны Ирана выразил протест в связи с разглашением факта использования Россией военной базы в Иране для нанесения ударов по ДАИШ в Сирии. По иранскому законодательству никакая иностранная страна не может иметь военных баз на территории этой страны. Поэтому сотрудничество России и Ирана в этой сфере до сих пор осуществлялось негласно: российские самолёты дозаправлялись или проходили техобслуживание и летели дальше, через иранскую территорию пролетали российские ракеты. Поскольку в этот раз режим молчания был нарушен, иранские власти, в том числе по внутриполитическим причинам (чтобы унять некоторых критически настроенных парламентариев), дали понять, что у Ирана с Россией не безоговорочное сотрудничество, что есть определённые правила.

Но у Ирана имеются к России и другие претензии – связанные с непоставками С-300, с колеблющейся российской линией по вопросу об антииранских санкциях. Да и в Сирии интересы России и Ирана – не одно и то же: иранцы считают, что Москва слишком податлива на влияние Запада. Иран, как и Турция, считает себя в силах вести ту линию, какую захочет, и перед Россией никакого заискивания у иранцев нет.

Наконец, ещё одна причина сбоя дипломатии – в самой России. По сути помимо реализма целей у Москвы нет других рычагов самостоятельного управления ситуацией в Сирии. Непосредственные жизненные интересы России в Сирии ограниченны и состоят в дезорганизации инфраструктуры экстремистов и предотвращении экспорта террора в СНГ. Военное присутствие России в сирийском кризисе минимальное, разногласия с союзниками по вопросу о будущем региона существенные, не говоря уже о разногласиях с партнёрами-оппонентами – США и их коалицией. 

В этих условиях полномасштабное дипломатическое урегулирование в Сирии труднодостижимо. Россия и США не являются и не стремятся быть ведущими участниками сирийского кризиса, и они скованны в своих действиях из-за позиции союзников. На данном этапе желание конфликтующих в Сирии сторон воевать сильнее, чем способности внешних сил их примирить. 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Материалы по теме

Эгоистический гегемонизм
16.10.2017
Трамп уже давно находится во внутриполитическом капкане и не способен проводить никакую политику. И его приверженность принципу «Америка прежде всего» выражается в существенно усилившихся

Эксперт: 
Дмитрий Суслов
Иллюзия вседозволенности. Почему никто не верит в прямой военный конфликт России…
16.10.2017
Формально Россия и США говорят, что готовы к диалогу, на деле же – стремления к диалогу нет ни у кого. Первым идти на компромисс никто не хочет. Все ждут уступок другой стороны. А если их нет, то

Эксперт: 
Максим Старчак
Саудовско-российские отношения: от конкуренции к сотрудничеству
13.10.2017
Визит саудовского короля Салмана в Россию в любом случае имеет историческое значение. Это первый визит короля Саудовской Аравии, а подписанные экономические и военные соглашения, предусматривающие

Эксперт: 
Валид Салем

Календарь

Мультимедиа

Популярные теги

Вестник клуба

Будьте в курсе главных событий
Подписаться