Новый саммит Трамп – Ким: пока стороны ведут диалог, пушки молчат

Меньше недели осталось до начала второго саммита Дональда Трампа и Ким Чен Ына, который пройдёт в Ханое 27–28 февраля. О том, каковы его возможная повестка и перспективы, пишет Константин Асмолов, ведущий научный сотрудник Центра Корейских исследований Института Дальнего Востока РАН.

Первый саммит очерчивал общую канву новых отношений, однако второй должен быть посвящён решению более конкретных задач, и здесь в ходе рабочих переговоров стороны, похоже, пытаются согласовать определённый объём взаимных уступок. С одной стороны, каждая из сторон должна представить итог саммита как свою победу, и для Трампа, который зависит от общественного мнения существенно больше, чем Ким, это важно в особенности. С другой стороны, каждая сторона не готова идти на действия, которые реально могут нанести вред престижу или/и обороноспособности страны.

И Трамп, и Ким рискуют, но по-разному. Риск Кима в том, что он может оказаться в ситуации, когда Северная Корея пойдёт на необратимые уступки, снижающие её военный потенциал, после чего политическая конъюнктура в США изменится и, скажем, преемник Трампа объявит, что все подписанные им договорённости не соответствовали национальным интересам США, и давление на ослабленную КНДР продолжится с новой силой. Никто не может дать Киму соответствующих гарантий безопасности, и он обязан предусматривать такой вариант, даже если в его личном общении с Трампом присутствует взаимопонимание: оба лидера производят впечатление прагматиков, а не фанатиков. 

Ким – Трамп: к большой цели мелкими шагами
Вторая встреча президента США Дональда Трампа и лидера КНДР Ким Чен Ына пройдёт 27–28 февраля во Вьетнаме. Чтобы встреча принесла реальные результаты, она должна отличаться от прошлогоднего саммита, считает профессор РАН, главный научный сотрудник ИМЭМО имени Е.М.Примакова РАН Александр Ломанов.
перейти
© Reuters
Риск Трампа в том, что на фоне внутриполитической ситуации в США он не имеет права допустить даже то, что будет выглядеть (а не являться) «уступкой тираническому режиму». Его недруги с обеих сторон (демократы и классические консерваторы) будут использовать любой его прокол. Кроме того, значительная часть силовиков, экспертов и чиновников против курса Трампа на диалог. Понимая вышеуказанные опасения Кима, они считают, что он не сдаст ядерную программу. Поэтому переговоры не имеют смысла, а образовавшаяся мирная передышка выгодна не Вашингтону, а Пхеньяну, который во время неё наращивает свой экономический и, вероятно, военный потенциал. Это хорошо сочетается с демонизацией КНДР, которую так просто «не отключить», и в этой парадигме Ким по определению коварен, вероломен и недоговороспособен.

Автору нередко кажется, что понимая неприемлемость военного решения кризиса и не желая идти на реальные уступки, Ким и Трамп как два прагматика нашли компромисс, в рамках которого скорость процесса не так важна, как его направленность. Пока стороны ведут диалог, пушки молчат. Но даже такой процесс нуждается в поступательном движении, и, судя по решению о том, что саммит состоится, определённые договорённости уже достигнуты, а (если верить источникам в РК) предварительный черновик совместного заявления на высшем уровне уже написан.

Исходя из вышесказанного, подумаем над тем, что каждая из сторон может «безболезненно сдать».

С КНДР ситуация проще, так как это уже было обозначено в новогодней речи Ким Чен Ына и отчасти подтверждено в ходе рабочих встреч.

Во-первых, Ким готов демонтировать знаковые объекты ракетно-ядерной программы. Некоторые из них (испытательная площадка в Тончханни) уже не так важны после того, как ракетно-ядерный щит считается скованным, а ядерный реактор в Йонбёне слишком стар, и его вполне можно ликвидировать (особенно на фоне сообщений о том, что КНДР приступила к строительству атомных электростанций, о которых, в частности, упоминалось всё в той же новогодней речи Кима). При этом Пхеньян готов сделать это в присутствии международных экспертов и пустить их на уже уничтоженные объекты, чтобы те убедились в факте их ликвидации.

Во-вторых, Ким готов изменить общую политическую линию и отказаться от того уровня демонизации США, который существует в КНДР на данный момент. Вьетнам как выбор места встречи очень хорошо символизирует это. С одной стороны, Вьетнамскую войну и военные преступления США никто не забыл, с другой, Соединённые Штаты не являются объектом постоянной демонизации и даже пытаются заручиться поддержкой Вьетнама в противостоянии с КНР.

В-третьих, судя по информации о рабочих переговорах, Ким готов обсуждать передачу Соединённым Штатам данных о своей ракетно-ядерной программе. В зависимости от того, на чём сторгуются стороны, это может быть секретное приложение или предварительный список, верификация которого займёт время. Скорее всего, вслед за объявлением такого списка последуют, с одной стороны, многочисленные уточнения, а с другой – требования инспекций и разговоры о том, что северные корейцы наверняка предъявили не всё.

Впрочем, подобная возня и связанная с ней имитация бурной деятельности будет хорошо смотреться на публике, что выгодно Трампу, и затягивать процесс, что выгодно Киму.
 
Перспективы саммита США – КНДР: к чему приведёт стратегия торга
Сроки саммита США – КНДР на самом деле не имеют значения. Пока декларируются стремления к денуклиаризации, ситуация на Корейском полуострове де-факто соответствует российско-китайскому предложению двойной заморозки. Да, неприятные для мира процессы поставлены на паузу, но выражаясь языком компьютерных игр, это вполне нормальная «майнер виктори», притом что полная победа на самом деле крайне маловероятна.

перейти
© Reuters
В-четвёртых, есть мнение, что Ким неофициально «продаёт» нейтралитет КНДР в американо-китайском противостоянии. Хотя связи между Пекином и Пхеньяном не такие тесные, как кажется Вашингтону, для Трампа это важная ставка в большой игре.

В обмен Север хотел бы действенные меры укрепления доверия. В первую очередь – Декларацию об окончании Корейской войны. В идеале это должно быть не просто словесное заявление, а некий юридический документ, сам факт наличия которого уже будет ступенькой к возможному взаимному признанию.

Хочет Север и ослабления режима санкций, однако в Вашингтоне уверены, что на диалог в Пхеньяне пошли не по доброй воле, а из-за санкционного давления, так что не стоит отказываться от главного рычага принуждения. Снятие санкций до полного разоружения КНДР будет неприемлемой уступкой, и наиболее вероятный компромисс будет состоять в «не-введении» новых санкций и выводе из-под них отдельных проектов, связанных с межкорейским сотрудничеством или гуманитарной помощью. Это позволит Трампу позиционировать подобное как отдельные исключения, которые не меняют общий тренд.

Соединённые Штаты более или менее чётко требуют две вещи. Во-первых, Пхеньян должен подтвердить свою приверженность курсу на денуклеаризацию. Во-вторых, список ядерных объектов должен быть максимально подробным. По некоторым сведениям, США требуют представить не только расположение баз или число ядерных зарядов, но и имена основных разработчиков.

Не исключено, что будет затронута и ядерная, и ракетная тема. Американское общественное мнение очень волнуют северокорейские МБР, теоретически способные достать до континентальной части Америки. Поэтому, судя по некоторым утечкам, Пхеньяну предлагают сдать таковые на хранение в Китай.

Что качается «плюшек» с американской стороны, то их, по словам Трампа, будет много, однако сначала Север должен разоружиться, и потому все обещания экономической помощи и инвестиций, после которых КНДР станет «великой экономической державой», – не более, чем обещания.

Реально Трамп может уступить в вопросе о завершении Корейской войны, поскольку американо-северокорейский документ не будет иметь тех проблем, какие существуют для подписания между не признающими друг друга КНДР и РК. Он может пойти на ограниченные меры в области гуманитарного сотрудничества.

Куда более интересна возможность сокращения или вывода из РК американских войск, содержание которых было в последнее время предметом затяжных и тяжёлых переговоров, в ходе которых вполне проговаривалась возможность их вывода в случае отказа Сеула брать на себя дополнительные обязательства. Это важно, потому что если такое произойдёт, оно будет позиционировано не как уступка КНДР, а как экономия ресурсов.

Надо понимать, что размещение американского контингента в РК на сегодняшний день имеет скорее символическое значение. В отличие от ситуации 1950-х и 1960-х годов, южнокорейская армия вполне способна защитить себя. Американские войска играют роль инфраструктуры поддержки, поэтому в случае их сокращения или вывода урон будет репутационным, а не военно-политическим, тем более что логистические возможности американской армии позволят в критической ситуации оперативно перебросить в РК достаточное количество войск, одновременно нанося удары высокоточным оружием «с дальней дистанции».

Однако и южнокорейские консерваторы, и часть американских военных против того, чтобы «Америка бросала своих союзников». К тому же соглашение о распределении расходов после долгих злоключений всё-таки пописали, и на ближайший год эта проблема отложена.

Таким образом, саммит, скорее всего, состоится, станет определённым, но не прорывным, шагом в дальнейшем сближении КНДР и США и обозначит некий минимальный уровень взаимных уступок.
Наиболее ожидаемая их комбинация сводится к тому, что КНДР окончательно демонтирует старый реактор в Йонбёне и пусковую площадку в Тончханни, а также, возможно, передаст США какую-то версию списка объектов. Затем Трамп и Ким объявят о завершении Корейской войны, и какое-то время Соединённые Штаты не препятствуют исключению из санкционного режима того или иного проекта.

Что будет дальше, зависит от того, как договорятся Ким и Трамп, потому что наиболее вероятный вариант – это всё равно не 100 %. Как бы то ни было, не следует забывать, что текущая ситуация разрядки или паузы вполне соответствует плану двойной заморозки, который в своё время продвигали Китай и Россия.

Чего ждать от вьетнамского рандеву Кима и Трампа?
27–28 февраля в столице Вьетнама Ханое состоится саммит президента США Дональда Трампа и верховного лидера КНДР Ким Чен Ына. Первая встреча руководителей США и Северной Кореи прошла в июне прошлого года в Сингапуре в весьма дружелюбной атмосфере. В принятом тогда совместном заявлении обе стороны выразили желание стремиться к установлению «новых отношений», прочному миру на Корейском полуострове и его «полной денуклеаризации».
перейти
© 2019 Hau Dinh/AP
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.