Жизнь в бифуркированном мире: осыпание не будет длиться вечно

Авторы валдайского доклада 2018 года «Жизнь в осыпающемся мире» подобрали блестящий образ того, как происходит угасание прежнего миропорядка в отсутствие большой войны. Действительно, мир уже несколько лет находится в ситуации безвременья и беспорядка.

Универсальный мировой порядок, который стремились выстроить США после окончания холодной войны на основе собственного лидерства, либеральных ценностей, правил и институтов, не состоялся. Более того, даже региональный так называемый «либеральный международный порядок», созданный Америкой и её союзниками после Второй мировой войны, который Вашингтон и попытался безуспешно распространить на весь остальной мир, тоже стал слабеть и деформироваться. Подтверждение этому – приверженность США при Трампе принципу «Америка прежде всего» и напряжённость в их отношениях со многими союзниками и партнёрами, прежде всего европейскими.

Жизнь в осыпающемся мире. Ежегодный доклад Клуба «Валдай»
В серии ежегодных докладов, которые Валдайский клуб выпускает с 2014 года, мы постоянно поднимали тему о необходимости восстановить глобальную управляемость. Под глобальным управлением мы понимаем рациональное, основанное на институтах сотрудничество государств, значимых для мировой политики и экономики, цель которого разрешение возникающих и накопившихся проблем. Этот доклад – пятый по счёту. И в нём приходится констатировать, что развилка формирования эффективно функционирующего международного порядка на основе глобального управления пройдена. Мир двинулся в ином направлении. Он соскользнул в эпоху односторонних решений – эта тенденция объективна, ею нельзя управлять, но необходимо понимать её последствия.
Доклад_Жизнь в осыпающемся мире
pdf 1.14 МБ

Не состоялся, по крайней мере пока, и многополярный порядок на основе многостороннего и равноправного взаимодействия (своего рода концерта) нескольких глобальных полюсов, признающих легитимность и уважающих жизненно важные интересы друг друга, – порядок, к которому с начала 1990-х призывала Россия. США пока категорически отказываются признать Россию и Китай в качестве легитимных независимых центров силы, находящихся за пределами американского порядка и развивающихся не в соответствии с их представлениями о правильной модели развития.

Нет и чётко оформленной новой биполярности вокруг глобального противостояния США и Китая. Несмотря на переход Вашингтона к конфронтационной политике в отношении Пекина и его попыток представить мир как противостояние «свободного и либерального» порядка во главе с США и «авторитарного блока» Китая, России и примкнувшим к ним Ирана, Венесуэлы и ещё нескольких региональных противников Америки, большинство стран мира не намерено выбирать между США и Китаем.

Но в то же время абсолютного хаоса по типу описанной Томасом Гоббсом «войны всех против всех» тоже не наблюдается. Поскольку исчезновение конфронтационного биполярного порядка времён холодной войны и провал америкоцентричного порядка произошли без большой войны, от предыдущих эпох осталось большое количество правил, режимов и институтов, прежде всего ООН, ВТО, комплекс международного права и так далее. Они, собственно, и составляют каркас того, что принято называть международным порядком и что не позволяет международным отношениям соскользнуть в полный хаос. 

Поскольку стержень миропорядка в виде признаваемой всеми великими державами структуры (распределения сил) и принимаемыми ими правил взаимодействия отсутствует, то оболочка в виде оставшихся из прошлого правил, режимов и институтов выглядит как лишённая жизни, как чучело мамонта в палеонтологическом музее. Ввиду же отсутствия большой войны и незаинтересованности большинства государств в тотальном хаосе, это чучело не разрушается одномоментно, а именно «осыпается».

Данное осыпание выражается в постепенном разрушении прежних правил без создания новых (наглядный пример – контроль над вооружениями), ослаблении институтов (ВТО), а также в качественном усилении эгоизма и односторонности в поведении государств – как больших, так и средних и малых. Общий эгоизм усиливается и вследствие общепризнанного порядка на уровне отношений великих держав, и в результате превращения в законодателей мод мировой политики стран, приверженных максималистскому подходу к защите своего суверенитета и отрицающих так называемые «универсальные» нормы и ценности внутренней политики (Россия, Китай, Индия, Иран, Турция и так далее), и из-за естественного ответа государств на транснациональные вызовы глобализации в условиях, когда эффективное глобальное управление не состоялось.

Как справедливо отмечается в докладе, нынешнее осыпание будет происходить весьма долго. Однако его авторы идут ещё дальше и рассматривают осыпание не как переходный период от одного порядка к другому, пускай и чрезвычайно длинный, а как новое состояние мира вообще, которое будет продолжаться неопределённо долго и постепенно. И когда прежние правила и институты окончательно осыплются, оно выльется в некое подобие «войны всех против всех». Возникает картина, противоположная той, что сразу после окончания холодной войны рисовал Фрэнсис Фукуяма. Если у последнего история заканчивалась универсальным распространением западной идеологической модели и америкоцентричного миропорядка, то валдайский доклад объявляет прекращение чередования международных порядков как таковых и наступление неопределённо долгой эпохи беспорядка, этакой глобальной тьмы, в которой только осыпающиеся чучела прежних порядков будут удерживать от тотального хаоса.

С этим тезисом согласиться нельзя. Не столько из-за психологического стремления видеть свет в конце тоннеля, сколько из-за неисторичности и необъективности мнения, что нынешнее состояние мира – навсегда. 

Даже политический и культурный хаос, наступивший в Западной Европе после падения Западной Римской империи в 476 году (тогда, кстати, чучела римских политических институтов и образа жизни тоже ещё долго сохранялись в варварских королевствах), уже вскоре сменился новым – средневековым – порядком, на смену которого пришла система национальных государств, и так далее.

Главным свидетельством того, что нынешний затянувшийся беспорядок является длительным переходом к новому порядку, а не антифукуямовской версией «конца истории», является системный конфликт между США, с одной стороны, и Россией и Китаем – с другой, в основе которого лежат как раз вопросы миропорядка. Такие как: чьи институты и коалиции должны определять системы безопасности в ключевых регионах, кто и на основе каких принципов может принимать решения о суверенитете, территориальной целостности государств и легитимности их правительств, кто и как может принимать решения по вопросам применения военной силы, какими могут быть модели развития развивающихся государств и многое другое. В случае с Россией этот конфликт в открытой форме разразился в 2014 году, в случае с Китаем – в конце 2017-го.

Если уделить этому конфликту должное внимание, то получится, что нынешний мир не только осыпающийся, но бифуркированный. С одной стороны, имеет место глобальная конфронтация США против двух не вписавшихся в их модель миропорядка и бросивших ему вызов глобальных великих держав. Конфронтация, призванная или заставить Россию и Китай отказаться от самостоятельности и принять американское первенство и лидерство, или принудить Вашингтон признать и принять реалии многополярности и плюралистичности современного мира. С другой стороны, происходит верно описанный в валдайском докладе выход на авансцену мировой политики держав с незападной стратегической культурой, общее усиление эгоизма и односторонности внешней и внешнеэкономической политики, отсутствие эффективного глобального управления и соответствующее укрепление региональных и «министоронних» регулирующих механизмов.

Оба эти измерения активно влияют друг на друга. Главная причина отсутствия сегодня нового миропорядка и кризиса глобального управления – это системный конфликт США с Россией и Китаем. Вашингтон не согласился с тем, что ориентированный на него порядок в глобальном масштабе не состоялся. Признавая провал попыток вовлечь Москву и Пекин в америкоцентричный порядок, но не будучи способным признать их легитимными самостоятельными центрами силы и начать равноправно выстраивать с ними новый совместный миропорядок, он перешёл к единственной оставшейся альтернативе – сдерживанию. С целью ослабить Россию и Китай до такого состояния, при котором они будут вынуждены отказаться от нынешних моделей развития и внешней политики и вновь проявят готовность интегрироваться в американский порядок на правах младших игроков.

Более того, вызов со стороны Китая и России стал одним из самых главных триггеров, подтолкнувших США к политике, которую многие сегодня называют «ревизионистской», а нынешний американский президент – «Америка прежде всего».
(Второй фактор – тектонические изменения в американской внутренней политике). Так, США уже открыто заявляют, что целью их торговой войны против Китая является не столько коррекция торгового баланса, сколько сдерживание, в частности, его технологического развития. Вызов со стороны России и КНР подтолкнул США и к пересмотру условий отношений с союзниками. Там поняли, что сохранение прежнего статус-кво стратегически меняло расстановку сил не в пользу Америки, ускоряло её относительное ослабление на фоне стремительного усиления соперников, прежде всего КНР. Сегодня уже очевидно, что администрация Трампа не разрушает систему американских союзов, а пытается сделать её более выгодной США политически и экономически, и тем самым повысить свои шансы на победу в новом глобальном противостоянии.

Американский эгоизм и односторонность сегодня – это стремление меньше ограничивать себя в использовании своей всё ещё преобладающей мощи с целью нанести поражение одним и дисциплинировать других. Это касается и выхода США из многосторонних структур и соглашений, и более активного применения военной силы и угроз её применения, и всё более масштабного введения односторонних санкций.

Данный конфликт не может продолжаться вечно. Рано или поздно он или перерастет в новую мировую войну – и тогда осыпание моментально сменится традиционным в мировой истории крахом, а новый порядок сформируют победители, или завершится мирным принятием США, Китаем и Россией, Индией и рядом других стран новых правил отношений между великими державами. Хотя последнее предпочтительнее, полностью исключать риск прямого российско-американского или американо-китайского военного столкновения нельзя. Оно может произойти вопреки желаниям сторон вследствие усиления в последнее время стратегической фривольности при ослаблении прежних правил и норм поведения в военной сфере и отсутствии новых. Например, вследствие столкновения в киберпространстве, где правил поведения и мер доверия пока вообще нет.

Без горячей войны конфликт США с Китаем и Россией может завершиться двумя путями: или проигрышем последних и ренессансом американского глобального лидерства, или, что более вероятно, принятием Америкой – впервые в своей истории и вопреки их идеологическим представлениям о развитии мира – новых правил отношений с другими великими державами на основе взаимной легитимности и равноправия и её превращением в одного из участников многополярного миропорядка.
В пользу последнего варианта свидетельствует те же черты современного мира, которые авторы валдайского доклада справедливо связали с осыпанием: повсеместное усиление самостоятельности средних и малых игроков, неспособность великих держав управлять мировыми процессами старыми методами, децентрализация мира и превращение незападных стран в активные субъекты глобальной и региональной политики. Они ограничивают глобальную конфронтацию США с Россией и Китаем географически и функционально и мешают Вашингтону воспроизвести аналогичную холодной войне ситуацию чёткого противостояния двух миров. Подавляющее большинство государств Азии, Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки и даже некоторые европейские страны не желают дальнейшего усиления конфронтации и категорически против того, чтобы выбирать, с кем они – с США или с Китаем и Россией.

В любом случае завершение системного конфликта США с Китаем и Россией положит начало новому порядку и завершит период осыпания. Учитывая самостоятельность средних и малых игроков и то, что его полноценными соавторами будут незападные страны, новый порядок будет, несомненно, более разнороден, плюралистичен и децентрализован, чем в XX веке или в начале XXI. Главные механизмы управления политическими и экономическими процессами будут располагаться на региональном и макрорегиональном уровне. Сформируются новые геоэкономические и геополитические пространства (например, Большая Евразия). Общих для всех правил внутриполитической жизни и социально-экономического развития не будет.

Однако никаких оснований полагать, что главные центры силы не будут в состоянии сформировать общие правила внешнеполитического поведения, правила отношений великих держав и следовать им, нет. Как учит всемирная история, страны с разными, даже несовместимыми политическими системами, принадлежащие к разным культурам и цивилизациям вполне могут договариваться о правилах поведения, когда они касаются вопросов внешней, а не внутренней политики. Как и в 1648-м, 1815-м и 1945 годах появятся новые внешнеполитические правила и нормы, на основе которых возникнут новые режимы и институты. И на смену осыпающемуся безвременью придёт новый – многополярный и многоукладный международный порядок. В конце концов, подавляющее большинство стран мира, которое сейчас всячески устраняется от конфронтации США с Китаем и Россией, именно этого и хотят.

 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.