16 февраля на московской площадке клуба «Валдай» состоялась презентация доклада «Куда движутся левые силы Европы». Модератор дискуссии Антон Беспалов, подчеркнул, что тема судьбы левых сил актуальна для России, которая в течение значительной части прошлого века была маяком мирового рабочего движения и зримым воплощением глобальной альтернативы. Сейчас наступил уникальный момент, когда возникшее в западных обществах подобие нового тоталитаризма, порождённое новыми технологиями, вызывает так называемый глобальный бунт. В результате перед левыми силами открываются новые возможности, но вопрос в том, воспользуются ли они ими.
Автор доклада Жан-Пьер Паж назвал важным фактором упадка «системного» левого движения отказ от идеи классовой борьбы, приведший к подчинению левых капиталистической олигархии. Буржуазия охотно инвестирует средства в определённые сегменты левых сил и берёт на вооружение радикальную риторику, не меняя ничего фундаментально. В итоге левые пытаются придать капитализму человеческое лицо, утверждая, что необходимо уважать буржуазные институты и принципы электорализма. Таким образом они фактически отказываются от борьбы за социализм, объявляя его утопией. «Мирный демократический отход от капитализма невозможен – плутократия добровольно не отдаст свои полномочия. Если власть не отдаётся полностью, её нужно завоевать», – полагает Паж. Между тем историческая ответственность левых заключается в свержении капитализма как такого, во всех его проявлениях. Левые должны восстановить доверие к себе, выступив против капитализма и гегемонии.
Профессор факультета политических исследований, директор исследовательской группы по геополитической экономике Университета Манитобы Радика Десаи отметила, что часть левых признала своё поражение, пойдя на компромисс с капитализмом и поддержав империализм, ещё до Первой мировой войны. Позднее некоторые из западных марксистов отвергли Октябрьскую революцию, сочтя её чуждой истинным идеалам левого движения. Далее появилась новая экономическая теория, подменившая собой традиционную политэкономию и легитимизировавшая капитализм. Эти попытки примирения с противоборствующими взглядами привели к интеллектуальной капитуляции, отказу от марксистского понятийного аппарата и к практически либертарианскому пониманию капитализма. Таким образом, дело дошло до фактической смычки между левыми движениями и империализмом. Исторически левые партии сдвинулись вправо, стали партиями корпоративного истеблишмента и среднего класса и даже объединяются с правыми, считает Десаи.
Доцент кафедры европейских исследований факультета международных отношений СПбГУ, ведущий эксперт Центра стратегических исследований ИМВЭС НИУ ВШЭ Алексей Чихачёв прокомментировал актуальное состояние европейского левого движения. Он убеждён, что современная ситуация не нова – исторически для европейских левых характерны раздробленность, кризисы и внутренние конфликты. При этом нынешний кризис, по мнению Чихачёва, выглядит результатом сделанного в прошлом выбора, по-своему вполне прагматичного и рационального. В определённый момент во второй половине XX века левые осознали, что идеологическая строгость не принесёт им поддержку населения, а сделка с системой может стать допуском к власти. Это обеспечило левым множество тактических успехов, но в итоге завело их в стратегический тупик. Кроме того, они вынуждены иметь дело с деформированным общественным пространством. Европейское общество очень фрагментированно, поэтому левым трудно сформировать чёткое, однозначное политическое предложение, некий образ будущего.
Программный директор клуба «Валдай» Олег Барабанов выделил ряд тенденций, характеризующих современное левое движение. Он отметил, что десять лет назад на Западе произошли серьёзные изменения, выразившиеся в росте недоверия общества к традиционным партиям – как левоцентристским, так и к правоцентристским. Это привело к появлению новых сил, левых и правых. Однако с тех пор европейские политические элиты успели адаптироваться к присутствию несистемных сил и включить их в мейнстрим. Вдобавок в континентальной Европе партии, традиционно выражавшие интересы рабочего класса, теперь представляют интересы среднего класса, что отчасти было связано с уменьшением бедности и переходом рабочих в нижнюю страту среднего класса, а отчасти с деиндустриализацией. Перенос производства на Глобальный Юг также способствовал тому, что левый дискурс оказался прочно связан с идеей антиимпериализма, а реиндустриализация стала скорее лозунгом правых. Ещё одним важным фактором Барабанов считает, отсутствие трансграничной солидарности левых сил как в противостоянии либеральному глобализму, так и в противостоянии трампизму.
