Корпорации и экономика
Запад не окажется выключенным из игры?

Несмотря на все препятствия, угрозы и вызовы, мир неуклонно движется в эру Тихоокеанского региона с опорой на крупную экономику и потребительский рынок Китая. Однако неправильно просто полагать, что с этого момента мировая повестка дня будет определяться азиатами, а Запад скоро окажется выключенным из игры, полагает Нельсон Вонг, вице-президент Шанхайского центра стратегических и международных исследований.

Прежде чем обсуждать, куда движется мир, давайте вернёмся ненадолго к допандемической геополитической сцене. В октябре 2019 года, когда Дональд Трамп в ходе второй половины своего президентского срока был занят попытками вернуть американский бизнес в США, одновременно ведя против Китая торговую войну, ЕС и большое количество стран на других континентах быстро наращивали торговлю с Китаем.

В том же месяце президент Франции Эммануэль Макрон после похорон Жака Ширака в Париже открыто заявил, что «Россия не враг Европы». Кстати, на похоронах присутствовал и президент России Владимир Путин. Вскоре после этого в Сочи на XVI Ежегодной конференции Международного дискуссионного клуба «Валдай» президент России выразил стремление обеспечить мир и процветание Большой Евразии, призвав к сотрудничеству стран двух соединяющихся континентов.

Сможет ли Азия остаться локомотивом экономического роста в условиях сдерживания?
В предыдущие дни Валдайского форума эксперты много говорили о роли Азии, о том, как Восток меняет политический ландшафт. Однако рост Востока начался с экономики, только после этого растущие крупные азиатские державы начали менять баланс сил. Теперь наступила новая фаза. Восток вырос, но те государства, которые ранее запустили процесс глобализации, поняли, что она работает уже не в их пользу, а в пользу восточных держав. Останется ли Азия локомотивом экономического роста в условиях сдерживания? Об этом 3 октября рассказали эксперты девятой сессии Ежегодного заседания клуба «Валдай», которая прошла в формате Chatham House.

События клуба


Несколько месяцев спустя, в феврале 2020 года, как раз в начале пандемии COVID-19, президент Макрон появился на Мюнхенской конференции по безопасности, чтобы продвигать амбициозную повестку европейских реформ. Он подчеркнул, что Европа должна стать более независимой от Вашингтона в том, что касается её внешней политики и политики безопасности.

Именно тогда мир увидел развитие тенденции сближения Европы и Азии на фоне заокеанской политики «Америка прежде всего» и отказа от участия США в глобальном управлении. Ещё один сигнал был послан тогдашней администрацией Трампа, которая заявила о своём нежелании продолжать соблюдать обязательства перед НАТО. Это предполагало, что США действительно устали быть единственным и зачастую непрошеным мировым полицейским и готовы наконец «заняться своими делами».

Тогда же Европейский союз, осознав, что угроза со стороны России была преувеличенной и надуманной, объединил свои 27 стран-членов под твёрдым руководством Франции и Германии. Несколько стран на Западных Балканах выразили тогда желание к нему присоединиться, несмотря на Brexit.

В последующие месяцы, пока весь мир был занят спасением жизней и борьбой с распространением смертельного вируса, деловая активность продолжалась. Цифры не лгут, и Китай, эффективно борясь со вспышкой вируса в пределах своих национальных границ, продолжал одновременно хорошо функционировать как центр мировой экономики.

Это привело к тому, что Китай стал одной из немногих стран, которым всё же удалось добиться положительного роста ВВП в 2020 году. Он стал крупнейшим торговым партнёром стран АСЕАН (4,74 триллиона юаней, рост на 7 процентов), а также ЕС (4,5 триллиона юаней, рост на 5,3 процента). Торговля Китая с Японией достигла 2,2 триллиона юаней (рост на 1,2 процента), в то время как торговля Китая с Кореей достигла 1,97 триллиона юаней (рост на 0,7 процента).

Важно отметить, что даже в разгар торговой войны между Китаем и США китайско-американская двусторонняя торговля выросла на 8,8 процента в 2020 году и составила 4,06 триллиона юаней, в результате чего США стали третьим по величине торговым партнёром Китая, согласно китайской статистике.

Китай извлекает выгоду из экономической глобализации с момента своего вступления в ВТО, и китайцы неустанно трудились в течение последних четырёх десятилетий, чтобы достичь того положения, в котором страна находится сейчас. В частности, КНР сумела поднять из нищеты сотни миллионов своих граждан.

Стремясь к дальнейшему расширению своего экономического развития, Китай в 2013 году запустил инициативу «Пояс и путь» и с тех пор активно инвестирует в зарубежные страны по всему миру. Вместо того, чтобы получать комплименты за то, что данный проект помогает многим развивающимся странам и улучшает глобальные коммуникации, Китай чувствует себя обиженным критикой со стороны Запада, особенно в отношении инвестиций страны Африки. Как жертва западного империализма XIX века, Китай по понятным причинам весьма чувствительно относится к обвинениям в экономической агрессии или угнетении, особенно с учётом того, что обвинителями выступают страны с неоднозначным колониальным прошлым.

Большая игра либерального империализма
Рейн Мюллерсон
Вашингтон, используя свою военную мощь, пытается установить в мире так называемый «основанный на правилах международный либеральный порядок», то есть порядок, основанный на правилах, диктуемых Вашингтоном. А такой «порядок» ничего общего с международным правом не имеет. Это утопический проект либерального империализма. Многоцветный ковёр мира не получится превратить в коврик у двери, на котором преобладает всего один цвет.
Мнения экспертов


Недавний поворот событий в мировой политике вызывает ещё большее беспокойство относительно того, куда движется мир. Менее чем через два месяца после того, как Джо Байден стал новым президентом, США продолжают обвинять Китай во всех своих неприятностях и по-прежнему убеждены, что они имеют право принимать односторонние меры, когда того пожелают. Но на этот раз, когда США попытались сплотить своих союзников, чтобы обвинить Китай в нарушении прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, полагаясь на весьма сомнительные факты и доказательства, Китай решил не хранить молчание.

Параллельно с атаками на Китай США ещё сильнее вмешались в европейские дела, пригрозив ввести санкции против Германии, когда правительство канцлера Ангелы Меркель твёрдо поддержало проект «Северный поток – 2», который после завершения удвоит объём экспортируемого природного газа из России в Германию. Критики позиции США утверждают, что Вашингтон вынуждает Европу покупать американский сжиженный природный газ.

Хотя заверения Байдена в возвращении Америки к глобальному лидерству вызвали определённое одобрение во время его недавнего выступления на Мюнхенской конференции по безопасности, канцлер Германии Меркель справедливо предупредила, что Запад и демократические страны должны отдавать приоритет действиям, а не просто рассуждать о ценностях.

По-прежнему веря в игру с нулевой суммой и игнорируя неоднократные утверждения о нежелании многих стран встать на чью-либо сторону, администрация Байдена теперь агрессивно заставляет своих союзников отталкивать как Россию, так и Китай.

Становится всё более очевидно, что в результате Россия и Китай будут вынуждены сформировать альянс и вторая холодная война будет продолжаться.

Страх может заставить людей совершать иррациональные поступки, а стремление ввязаться в драку выдаёт отсутствие уверенности в себе, необходимой для честной конкуренции. В мире, где многие государства обладают ядерным оружием, разрушать устоявшиеся геополитические рамки – чрезвычайно опасный шаг, который международное сообщество должно решительно осуждать.

Старый трюк «разделяй и властвуй», вмешательство во внутренние дела других стран или продвижение идеологического превосходства больше не в моде в XXI веке; улучшение жизни людей должно быть приоритетом для всех правительств, и страны по всему миру должны объединиться и работать вместе, чтобы противостоять общим вызовам и угрозам – таким, как изменение климата, распространение ядерного оружия, болезни и терроризм.

США, несомненно, всё ещё самая могущественная страна на земле, но их упадок больше не является секретом. Фактически это было продемонстрировано самим Дональдом Трампом ещё четыре года назад, когда он обещал «вернуть Америке величие», а попытка Байдена заверить своих союзников в том, что «Америка вернулась» – не что иное, как дальнейшее признание того, что страна теряет контроль над миром, в котором США после распада Советского Союза были вездесущим гегемоном.

Неоднократные попытки США в последние годы повернуть вспять траекторию развития доказывают их нежелание принять многополярный мир, в котором мы живём сейчас. Тем самым они оказываются на неправильной стороне истории. То, что Европейский союз с момента своего создания никогда не воспринимался как угроза, является фактом, заслуживающим всеобщего признания и уважения. Это чёткое напоминание о том, что аргумент «кто сильнее, тот и прав» и практика гегемонии устарели, – повод гордиться общим прогрессом человеческой цивилизации.

В нашем культурно и политически разнообразном мире выбор правильного пути требует непредвзятости и смелости в признании своих собственных ошибок. Например, уже есть уроки борьбы с пандемией, от неудач Запада при введении локдаунов по сравнению с Востоком до различных успехов и неудач в вакцинации. Эти данные подчёркивают достоинства и недостатки разных политических систем. Здесь есть, что анализировать, и, учитывая склонность Запада видеть достоинства только своей собственной политической системы, тем более важно, чтобы звучал иной голос, бросающий вызов таким «истинам», как свобода и демократия по-американски, которые считаются «само собой разумеющимися», хотя реакция Америки на пандемию была полной катастрофой.

Несмотря на все препятствия, угрозы и вызовы, мир неуклонно движется в эру Тихоокеанского региона с опорой на крупную экономику и потребительский рынок Китая.

Эта траектория развития подтверждается и дополняется быстрорастущим образованным населением и готовностью инфраструктуры других развитых и развивающихся экономик в регионе, таких как Япония, Корея, Сингапур, Вьетнам, Малайзия, Индонезия и многие другие, которые уже внесли свой вклад в глобальную экономику. Всё смещается на Восток.

Однако неправильно просто полагать, что с этого момента мировая повестка дня будет определяться азиатами, а Запад скоро окажется выключенным из игры. Столь же неверно предполагать, что Китай готов и может вести за собой мир прямо сейчас. Несмотря на все достижения последних десятилетий, Китай по-прежнему остаётся развивающейся страной с ВВП на душу населения намного ниже, чем в США, Японии и многих европейских странах. Ему ещё есть чему поучиться, чтобы наверстать упущенное. Тем не менее, будучи растущей державой с крупнейшим в мире потребительским рынком, насчитывающим 1,4 миллиарда человек, вполне естественно, что Китай стал важным игроком в международных организациях и должен иметь право голоса в глобальном управлении.

Лучшее завтра для мира не будет достигнуто попытками нескольких стран сдержать развитие Китая, равно как и не будет определяться исходом конфронтации между США и Китаем или, как показали недавние события, разделением мира на два конкурирующих лагеря. Поэтому всемирный призыв к рациональному диалогу между мировыми лидерами должен быть поставлен во главу повестки дня для всех заинтересованных сторон, чтобы достичь консенсуса в целях защиты и сохранения постоянного мира и развития человечества, особенно после пандемии.

Корпорации и экономика
Безопасность и взаимозависимость: как избежать негативного эффекта китайско-американской технологической конкуренции?
Шэнь И
Стратегия размежевания, основанная на так называемой идее «безопасности» Соединённых Штатов, всё ещё ограничена структурными факторами. По-прежнему существуют серьёзные сомнения относительно того, как долго она может осуществляться, ведь Китай и Соединённые Штаты поддерживали высокотехнологичные связи в различных областях с самого окончания холодной войны и промышленная цепочка, сформированная между ними в области высоких технологий, выгодна как Китаю, так и США, пишет профессор Шэнь И, директор Международного института управления киберпространством Фуданьского университета (Китай).

Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.