Конфликт и лидерство
Закон деревянного ведра и Китай. Как не потерпеть поражение в борьбе за власть?

Суть нынешнего стратегического соперничества между США и Китаем заключается в том, что США пытаются восстановить контроль над всей производственной цепочкой, тогда как в Китае происходит активная модернизация промышленности. Китай подвергается куда более жёсткому давлению со стороны гегемона, чем восходящие державы прошлого. Ему понадобится большая мудрость, чтобы приспособиться к «новой нормальности» тотального натиска по всем направлениям, пишет научный сотрудник Народного университета Китая Чэнь Чэньчэнь.

Как сказал Председатель Си Цзиньпин, в нашем мире происходят глубинные перемены, какие случаются раз в сто лет. Нынешнее стратегическое соперничество США и Китая, по мнению многих, является ключевым элементом переменчивой динамики современного мира. Если посмотреть на статистику экономического развития и торговли вооружениями между Китаем, США, Россией, Германией, Японией и Индией с 2016 года, то можно увидеть, что двусторонние отношения между США и Китаем, поначалу имевшие характер экономического сотрудничества, стали развиваться в сторону экономического конфликта, причём окончательный перелом наступил в 2018 году . Это напрямую связано с переменчивой природой конкурентной борьбы за власть в современном мире, но для Китая как развивающейся страны, не имеющей исторических примеров, которым она могла бы последовать в данной ситуации, остаётся единственный выход – продолжать восхождение к вершинам глобальных промышленных цепочек.

Почему наступил перелом?

Главные причины нынешнего обострения отношений между США и Китаем – двоякого свойства. Непосредственная причина заключается в том, что у США и Китая принципиально разное и всё более расходящееся видение стратегического характера двухсторонних отношений. Уже в самом начале XXI века администрация Буша стала рассматривать Китай не как стратегического партнёра, а как геополитического и военного соперника. Эта установка осталась без изменений, несмотря на то что в дальнейшем администрация Буша переключилась на борьбу с терроризмом и сочла необходимым развивать с Китаем конструктивное сотрудничество. Когда США начали оправляться от финансового кризиса и вывели войска из Ирака, администрация Барака Обамы объявила о своём «развороте» в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона. Тем не менее американское стратегическое соперничество с Китаем не затихало вплоть до конца второго президентского срока Барака Обамы, хотя и сводилось главным образом к конкуренции в военной области и в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

Но при администрации Дональда Трампа официальный консенсус Вашингтона и Пекина относительно того, что в общей картине двусторонних отношений всё-таки должно преобладать сотрудничество, был разрушен. Вскоре после появления на политической арене президента Трампа началось быстрое наращивание интенсивности американского стратегического соперничества с Китаем в разных областях, включая экономику, политику, гуманитарную сферу, дипломатию, безопасность, а также международные дела.

Переформатирование американо-китайских отношений и стратегическое соперничество между двумя державами породили беспрецедентную напряжённость, какой мир не знал со времени окончания холодной войны.

Такой поворот в двусторонних отношениях имеет более глубокую причину: экономические преобразования в Китае выводят его на вершину глобальных промышленных цепочек. Возьмите, к примеру, производство автомобилей и мобильных телефонов. Глобальная автомобилестроительная сеть включает в себя такие ключевые отрасли, как производство сырья и полуфабрикатов, производство комплектующих, автосборочные заводы и сервисные предприятия. В производственную цепочку по изготовлению мобильных телефонов входят подразделения НИОКР, предприятия по производству компонентов, сборочные заводы, маркетинговые службы, торговые фирмы и отделы разработки и продвижения торговых марок («брэндинг»). Данные о доле присутствия Китая в этих звеньях указывают на то, что китайская экономика, уже преобладающая в производстве сырья, компонентов и готовой продукции, энергично расширяется в направлении НИОКР, «брэндинга» и сервисного обслуживания. Это и есть та фундаментальная структурная трансформация, которая происходит сегодня в китайской экономике, масштаб которой в 2019 году достиг отметки в 14,343 триллиона долларов, что превышает 16% объёма глобальной экономики.

Говоря о нынешнем стратегическом соперничестве, следует заметить, что его содержание претерпело существенные изменения. Военная мощь и размер ВВП по-прежнему имеют значение, но себестоимость использования войны в качестве средства подавления перспективной развивающейся державы просто зашкаливает. Именно поэтому в контексте конкурентной борьбы за власть так важно выстраивать полные производственные цепочки, занимая выгодные позиции снизу доверху, и проводить расчётливую промышленную политику.

В нашем глобальном мире положение и судьбу великой державы определяет не первенство в гонке вооружений, а превосходство промышленной организации и политики, высокие технологии, объём рынка и так далее.

Суть нынешнего стратегического соперничества между США и Китаем заключается в том, что США пытаются восстановить свой контроль над всей производственной цепочкой, тогда как в Китае тем временем происходит активная модернизация промышленности. Анализ американской индустриальной политики с начала XVIII века и до наших дней позволяет прийти к заключению, что промышленная политика администрации Трампа отличается небывалой всеохватностью. Она направлена на установление прямого вертикального контроля над всей глобальной промышленной цепочкой и включает в себя перезапуск трудоёмких отраслей промышленности, поддержку капиталоёмких отраслей и сохранение абсолютного преобладания в области новейших технологий. Как подчёркивают в администрации Трампа, в число последних входят искусственный интеллект (ИИ), новые производственные технологии, квантовая информатика и 5G. В некоторых из этих передовых отраслей Китай приобретает известное преимущество, что неминуемо вызовет резкий рост давления со стороны Вашингтона.

Отсутствие исторических примеров

Дилемма, стоящая перед Китаем, заключается в том, что чем быстрее его экономика навёрстывает упущенное, тем сильнее разгорается структурный конфликт, в который его вовлекли США. Обратившись к истории, мы увидим, что в прошлом Китая не было примеров разрешения проблем подобного рода, которым он мог бы последовать в настоящее время (см. таблицу 1).

 

Таблица 1. Давление на восходящие державы в историческом прошлом

 

Державы

Давление со стороны доминирующих держав в период становления

Уровень зависимости от международного экономического порядка, установленного ведущими державами, в период становления

США

Нет

Низкий

Германия

Да

Низкий

СССР

Да

Низкий

Япония

Да

Высокий

 

В историческом прошлом трения с господствующими державами того времени были у всех восходящих держав. По сравнению с другими подобными державами США подвергались гораздо меньшему давлению. В период становления они не испытывали прямого давления со стороны Великобритании и мало зависели от международной экономической системы, которой тогда заправляла та же Великобритания. И Германия, и СССР подверглись жестокому угнетению со стороны господствующей державы и в итоге вступили в ожесточённый конфликт с соперниками. Послевоенная Япония, присоединившаяся к международным экономическим институтам, подотчётным США, столкнулась с мощным противодействием и огромным давлением со стороны США в восьмидесятые годы прошлого века, на которые пришлось её бурное экономическое развитие.

В настоящий момент Китай находится в ещё более трудном положении, чем тогдашняя Япония. Он по-прежнему во многом зависит от международного экономического порядка, который определяют США, а Вашингтон куда менее терпим к росту влияния Китая в подчинённых США институтах.

Что касается самого Китая, то потребностям его развития в наибольшей степени по-прежнему соответствует стабильность внешней среды. В таких условиях ему понадобится большая мудрость, чтобы приспособиться к смене парадигмы в двусторонних отношениях и к «новой нормальности» тотального натиска по всем направлениям, от торговли и технологий до финансов и гуманитарной сферы. Нужно найти оптимальные пути увеличения собственной промышленной мощи, одновременно способствуя возникновению более совершенной экономической архитектуры на региональном и глобальном уровне.

Конфликт и лидерство
Китайская мечта: готова ли КНР к более активным действиям в противостоянии США?
Алексей Воскресенский
Мы в начале новой эпохи, решающие события которой будут происходить в Большой Восточной Азии. Нынешнее торговое противостояние США и Китая лишь прикрытие этого главного «сражения». Но смысл его заключается не в обострении противостояния, хотя это не исключается, а в выработке новой модели инкорпорирования Китая в глобальную систему, пишет Алексей Воскресенский, директор Центра комплексного китаеведения и региональных проектов, профессор кафедры востоковедения МГИМО.

Мнения экспертов

 

Значение самостоятельного инновационного развития

Несмотря на сильное давление на этапе становления, Китай обладает запасом прочности, которого в своё время недоставало Японии. Он способен скорректировать непрочную зависимость от экономики США и хеджировать риски разрыва с Вашингтоном. В то же время после пандемии COVID-19 поиск точек соприкосновения и наращивание сотрудничества приобретёт ещё большее значение, невзирая на разлад в американо-китайских двухсторонних отношениях. Глобальному сообществу, на которое пандемия оказывает «эффект бабочки», срочно нужно, чтобы руководство крупных держав сохранило стратегическую трезвость ума и объединило усилия для производства большего объёма общественных благ и снижения социально-экономических рисков.

Сейчас одна из первоочередных задач, стоящих перед Китаем, заключается в создании внутренних стимулов развития народного хозяйства. На заседании, созванном 30 июля 2020 года для выработки экономических директив на время, остающееся до конца 2020 года, и на период 14-го пятилетнего плана, Политбюро Центрального комитета КПК подчеркнуло необходимость для руководства второй экономики мира «вести продолжительную войну» за сосредоточение основных стратегических усилий на создании условий для высококачественного развития в обстановке полной неопределённости. Чтобы обеспечить экономическую стабильность и устойчивое развитие, предложена схема развития по принципу «двойной циркуляции». Это означает, что главный упор делается на внутренний рынок, но одновременно оказывается содействие росту взаимосвязанности внутренних и внешних рынков.

Чтобы воплотить в жизнь план «двойной циркуляции», нужно упрочить несколько столпов, прежде всего создать условия для технологического саморазвития Китая. За последние два десятилетия Китай достиг огромного прогресса в научно-техническом развитии. Расходы на отечественные НИОКР выросли с 4,2 миллиарда долларов в 1995 году до 315 миллиардов долларов в 2019 году. В стоимостном выражении импорт/экспорт высокотехнологичных товаров достиг в 2019 году 96,5 и 107,7 миллиарда долларов соответственно, тогда как в 2019 году эти показатели составляли всего 2,6 и 1,2 миллиарда долларов. Но в горизонтальном плане Китай по-прежнему отстаёт, сохраняя высокий уровень расходов на приобретение прав использования интеллектуальной собственности (см. рисунок 1).

По данным Всемирного банка, мировой объём затрат на приобретение прав использования интеллектуальной собственности (ИС) достиг в 2019 году 397,233 миллиарда долларов. В число десяти крупнейших покупателей ИС (см. рисунок 1) входят США, Япония, Нидерланды, Германия, Великобритания, Швейцария, Франция, Ирландия, Сингапур и Швеция. На долю США приходится 32,5% соответствующих расходов, на долю континентального Китая – всего 1,7%.

Рисунок 1. Доля международного рынка расходов на приобретение прав использования интеллектуальной собственности, 2019 (нынешние цены, доллары США)


Источник: База данных Всемирного банка

 Исторический путь, пройденный восходящими державами, указывает на то, что в ближайшие годы американские ограничения на ввоз и вывоз Китаем высокотехнологичных товаров будут только ужесточаться. Независимо от хода торговых переговоров с США, Китай должен предпринять усилия, чтобы стать сильной научной и технологической державой. В этом отношении весьма обнадёживают успехи Китая в разработке собственных авиационных и космических технологий, достигнутые с конца девяностых годов прошлого века. Независимая инновационная разработка ключевых технологий закладывает прочный фундамент участия в стратегическом соревновании. В противном случае технологический и экономический рост будет резко ограничен внешними рестрикциями. Соответственно, следует и далее совершенствовать внутренние механизмы выдачи и использования патентов, а также выплаты вознаграждения их держателям. Тем самым будут устранены преграды на пути углубления взаимодействия между секторами промышленности, научным сообществом и правительственными ведомствами.

Помимо этого, поскольку Китай располагает обширным внутренним рынком, обеспечивающим существенный приток средств для независимого инновационного и технологического развития, ему необходимо активно подыскивать себе альтернативных партнёров по технологическому импорту и экспорту. В этом отношении качеством всеобщности обладает программа «Пояс и путь». На её основе можно строить платформы сотрудничества и углублять существующее трансграничное технологическое сотрудничество с партнёрами, такими как Россия, Бразилия, АСЕАН и страны Африки, в области телекоммуникаций, электроники, сельского хозяйства, а также расширять импорт и экспорт высокотехнологичных товаров.

И наконец, последнее, но не менее важное: Китаю необходимо обрести революционные возможности в цифровой экономике. Это помогает в создании новых производств и повышает конкурентоспособность китайских предприятий. В соответствии с Директивой по развитию высококачественной торговли, совместно изданной в ноябре 2019 года Центральным комитетом КПК и Государственным советом Китая, первоочередной задачей, призванной подстегнуть развитие китайской торговли, является перевод торговли в цифровой формат. В частности, это означает выработку цифровой компьютерно-управляемой схемы развития, необходимой для наращивания потенциала китайских предприятий в части перевода торговли в цифровой формат и интеллектуального управления. Одновременно Китай ускорит создание универсальных трансграничных пилотных зон электронной торговли и будет энергично участвовать в выработке правил для глобальной цифровой экономики и цифровой торговли.

Согласно Докладу о развитии глобальной цепочки добавочной стоимости за 2019 год, Китай играет всё более заметную роль в современной глобальной цепочке добавленной стоимости (ГЦДС) как центр регулирования спроса и предложения в области традиционной торговли и простых сетей ГЦДС, тогда как США и Германия остаются важнейшими центрами регулирования сложных сетей ГЦДС. Эта растущая роль особенно заметна в области информационных и коммуникационных технологий (ИКТ). Huawei, ведущий мировой провайдер ИКТ, сосредоточивающий основные стратегические усилия на разработке технологий интернета вещей, облачных решений, 5G и ИИ, потратил в прошедшем десятилетии 600 миллиардов юаней на НИОКР и организовал по всему миру исследовательские центры, в которых работают около 15000 специалистов, занимающихся фундаментальными исследованиями. К концу 2019 года эта компания была держателем 85000 действующих патентов. Имея большее число предприятий, подобных Huawei, выступающих в качестве законодателей глобальной технологической моды, Китай с огромным удовольствием внесёт вклад в дальнейшее развитие сетей ГЦДС и накопит ещё большее количество относительных преимуществ для собственного экономического подъёма.

По «закону деревянного ведра», или «теории деревянной бочки», ёмкость ведра определяется длиной его самой короткой клёпки. Для восходящего Китая, который подвергается усиливающемуся давлению со стороны США, «самой короткой клёпкой» является недостаточность потенциала самостоятельного технологического и инновационного развития, подрывающая возможность участия в ГЦДС. Этим Китаю предстоит заняться отдельно. Расширение потенциала закладывает прочный фундамент создания гибких, ориентированных на рынок инновационных систем и построения мощной, ориентированной на инновации державы, на которую работает время.

Россия и глобальные риски
Дело Huawei: у них шпионы, у нас – разведчики?
Иван Тимофеев
Государственный департамент США разместил в своём русскоязычном твиттере ролик об угрозах 5G технологий. Основной угрозой в ролике прямо называется китайская компания Huawei. Материал построен на серии обвинений против компании и призывает держаться от неё подальше. Такой материал вполне мог быть размещен в СМИ или на сайте неправительственной организации. Однако сегодня под ним подписывается и выпускает государственное внешнеполитическое ведомство. Подробнее о последствиях подобной пропаганды – в материале Ивана Тимофеева, программного директора клуба «Валдай».
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.