Конфликт и лидерство
Япония вернулась? Внешнеполитическое наследие японского премьера Синдзо Абэ

Высокая стабильность власти и большая внешнеполитическая активность сделали Синдзо Абэ одним из самых узнаваемых и уважаемых политиков на международной арене. Заложенная его администрацией Индо-Тихоокеанская стратегия будет играть определяющую роль как одно из ключевых направлений внешней политики и внешнеэкономической деятельности Японии на годы вперёд, пишет Анна Киреева, доцент кафедры востоковедения, научный сотрудник Центра комплексного китаеведения и региональных проектов МГИМО МИД России.

28 августа 2020 года Синдзо Абэ, самый большой долгожитель на политическом Олимпе за всю послевоенную историю Японии, неожиданно объявил о своей отставке. 16 сентября был избран новый премьер-министр Ёсихидэ Суга, который занимал должность главы секретариата кабинета министров во время пребывания Абэ у власти.

За время длительного пребывания на посту премьер-министра Японии Абэ удалось сформулировать собственную внешнеполитическую стратегию. Администрации Абэ было характерно беспрецедентное сосредоточение власти в руках премьер-министра, его советников и администрации. Высокая стабильность власти и большая внешнеполитическая активность сделали Абэ одним из самых узнаваемых и уважаемых политиков на международной арене.

В самом начале своего первого срока Абэ произнёс речь «Япония вернулась» (Japan is back), которая должна была символизировать, что Япония остаётся влиятельным игроком на международной арене и никогда не будет страной второго эшелона. От предыдущих администраций Абэ унаследовал, прежде всего, беспрецедентное ухудшение отношений с Китаем из-за обострения территориального спора вокруг островов Сенкаку/Дяоюйдао в Восточно-Китайском море. Администрация Абэ заняла жёсткую позицию по этому вопросу и с 2013–2014 годов стала увязывать поведение Китая в Восточно-Китайском и Южно-Китайском морях и характеризовать его как направленное на изменение статус-кво силовым путём.

Впервые в истории Японии Абэ учредил Совет национальной безопасности для централизации принятия решений. Его администрация также приняла Стратегию национальной безопасности, обозначившую приоритеты в этой сфере. В качестве одного из них официально была заявлена стратегия «активного пацифизма», которая означала усиление вклада Японии в обеспечение мира и безопасности. И в стратегии, и в Голубых книгах по дипломатии обозначены две ключевые угрозы в сфере безопасности: усиление военного потенциала и направленная на изменение статус-кво силовым путём политика КНР и ракетно-ядерная программа КНДР. Важными изменениями стало принятие законодательства, изменяющего трактовку Конституции в части права на коллективную самооборону и увеличивающего возможности использования сил самообороны Японии. Они позволили Японии немного приблизиться к трансформации в «нормальную страну», но ключевые ограничения на использование вооружённой силы остались без изменения. Вместе с этим цель изменения Конституции и внесения в неё поправок о конституционности права Японии на наличие сил самообороны так и осталась вне досягаемости японского премьера. Во время премьерства Абэ происходило увеличение оборонного бюджета и обновление оборонной доктрины, а также приобретались новые виды вооружений.

В первые же годы Абэ нанёс визиты во все страны АСЕАН и в 2014 году выступил на форуме «Диалог Шангри-Ла», на котором предложил формирование морского порядка, основанного на международном праве. Посещение им святилища Ясукуни в 2013 году и в целом его приверженность правой ревизионистской идеологии привели к осложнениям в отношениях с Китаем и Республикой Кореей, а также вызвали некоторую озабоченность у администрации Барака Обамы в США. Тем не менее Абэ удалось наладить отношения с американской администрацией и зарекомендовать себя как последовательного сторонника американской политики на разворот или перебалансировку в АТР. Японская администрация также стала важным партнёром в трансрегиональном проекте продвигаемого Соединёнными Штатами Транстихоокеанского партнёрства. Япония подписала и ратифицировала соглашение в 2016 году.

Одной из своих задач Абэ видел попытку подвести черту под итогами Второй мировой войны и перевернуть соответствующую страницу истории, закрыв все спорные вопросы. Однако, несмотря на вложенный Абэ политический капитал, значительные усилия и фактическое смягчение японской позиции по спорным вопросам, японскому премьеру не удалось серьёзно продвинуться на пути заключения мирного договора и решения территориального вопроса с Россией, ключевой цели в отношениях с Москвой с точки зрения японской политики. Тем не менее результатами его российской политики после 2016 года можно назвать комплексное улучшение пострадавших из-за украинского кризиса отношений, активизацию обменов в сфере безопасности, появление большого количества новых инвестиционных проектов в большом количестве сфер экономики за пределами традиционных энергетики и автомобилестроения. Абэ удалось сформулировать стратегическую значимость поддержания диалога с Москвой и придать новую динамику российско-японским отношениям.

Япония – Россия: «два плюс альфа» равно «ни пяди родной земли»?
Дмитрий Стрельцов
Сегодня министр иностранных дел России Сергей Лавров на встрече с главой МИД Японии Таро Коно в Москве объявил о старте переговоров по мирному договору между двумя странами. Лавров подчеркнул, что Москва «рассчитывает на откровенный разговор». На что рассчитывает Япония – в материале Дмитрия Стрельцова, одного из ведущих российских японистов, доктора исторических наук, профессора, заведующего кафедрой востоковедения МГИМО МИД РФ.
Мнения экспертов


Помимо этого, заключённое в 2015 году соглашение с южнокорейской администрацией Пак Кын Хе, которое должно было решить самый болезненный в двухсторонних отношениях исторический вопрос так называемых «женщин для утешения», было фактически свёрнуто пришедшим на смену в Республике Корея президентом Мун Чжэ Ином. Более того, постановления Верховного суда Южной Кореи в октябре и ноябре 2018 года о необходимости выплаты индивидуальных компенсаций бывшим работникам, принудительно трудившимся на этих предприятиях в колониальный период, и дальнейшее рассмотрение возможности принудительного изъятия собственности японских компаний для осуществления этих выплат нанесли большой удар отношениям двух стран и привели к эрозии доверия по отношению к Южной Корее в Японии. Введённые японским правительством ограничительные экономические меры привели к ещё большему ухудшению отношений и бойкоту японских товаров. Видя такую неконструктивную с японской точки зрения политику Южной Кореи, Япония также всё менее желает идти на любые уступки. С большим трудом после целенаправленного давления США было сохранено подписанное в 2016 году трёхстороннее Соглашение об обмене разведывательной информацией (GSOMIA). В отношении КНДР Япония проводила последовательную политику максимального давления, ужесточения и сохранения санкционного режима из-за активного развития ракетно-ядерной программы в 2016–2017 годах и сохраняла наиболее пессимистичную позицию по поводу перспектив переговорного процесса в 2018–2019 годах. Помимо этого, ключевым вопросом в отношениях с КНДР из-за личного наследия японского премьера был вопрос похищенных Северной Кореей японских граждан. В целом Абэ так и не удалось нормализовать отношения с КНДР.

Союзники поневоле: как демократия усиливает противоречия между Токио и Сеулом
Кадзусигэ Кобаяси
Сеул всегда считал японско-корейское военное сотрудничество скорее прагматической необходимостью, чем демонстрацией прочной дружбы, пишет эксперт клуба «Валдай» Кадзусигэ Кобаяси. Для Токио сотрудничество с Южной Кореей в основном рассматривается как инструмент сдерживания северокорейской угрозы, а не как путь к углублению дружеских связей с Сеулом.
Мнения экспертов


У администрации Абэ получилось нормализовать отношения с Китаем в 2017–2018 годах. Потепление в китайско-японских отношениях с японской стороны определяется заинтересованностью в сохранении стабильности, менеджменте конфликтного взаимодействия в Восточно-Китайском море, в расширении взаимовыгодного экономического сотрудничества, а также хеджированием рисков, связанных с экономической политикой американской администрации Дональда Трампа. Прагматичная нормализация диалога на высшем уровне и восстановление контактов с КНР являются одним из главных наследий последних лет пребывания Абэ у власти.

Пожалуй, главным наследием японского премьера можно назвать провозглашение в 2016 году на саммите Токийской международной конференции по африканскому развитию в Кении Индо-Тихоокеанской стратегии Японии и её дальнейшую концептуализацию. Стратегия стала выступать в качестве географической и идейной рамки, в которой развивается вся японская политика на этом обширном макро- и трансрегиональном пространстве. Она обладает как внешнеполитическими, так и внешнеэкономическими компонентами. Формирование открытого и свободного порядка на Индо-Тихоокеанском пространстве, расширение экономического сотрудничества и увеличение взаимосвязанности заявляются как ключевые цели политики на этом направлении. В отличие от американской стратегии, японская не является резко антагонистической по отношению к Китаю, однако и Япония не хотела бы видеть КНР доминирующей державой. За время нахождения у власти администрации Абэ удалось расширить сотрудничество с целым рядом государств, которые разделяют с Японией похожие интересы или по крайней мере их часть – Индией, Австралией, странами АСЕАН, в особенности вовлечёнными в конфликт в Южно-Китайском море, а также ЕС, в первую очередь Великобританией и Францией. Во многом благодаря усилиям японского премьера в 2017 году произошло восстановления Четырёхстороннего диалога Японии, США, Австралии и Индии (Quad). Помимо расширения сотрудничества в сфере политики и безопасности, Япония добилась перезаключения Всеобъемлющего и прогрессивного соглашения о Транстихоокеанском партнёрстве в составе одиннадцати стран без участия США и Соглашения об экономическом партнёрстве с ЕС в 2018 году. Целенаправленная политика Японии в этой сфере показала её как одного из мировых лидеров в сфере либерализации торговли, инвестиций и других секторов экономики, что невозможно было бы представить ещё десять-пятнадцать лет назад.

Встреча Синдзо Абэ и Дональда Трампа: Америка прежде всего?
Анна Киреева
Премьер-министр Японии Синдзо Абэ с момента победы Дональда Трампа на президентских выборах в США сделал всё от него зависящее для того, чтобы установить хорошие личные отношения с новым американским президентом. Главной задачей было продемонстрировать нерушимость японо-американского альянса на фоне китайского и северокорейского вызовов безопасности и обеспечить соблюдение японских интересов в условиях неопределённостей, связанных с политикой под лозунгом «Америка прежде всего».
Мнения экспертов


В дополнение ко всему вышесказанному – Абэ приложил большие усилия для того, чтобы установить личный контакт с президентом США Дональдом Трампом и добиться от него подтверждения о нерушимости гарантий безопасности японо-американского альянса, несмотря на неоднократно высказываемые американским президентом сомнения в целесообразности альянсов. Под давлением США и угрозой введения тарифов на автомобили, главную статью японского экспорта, Япония была вынуждена вступить в переговоры с американской администрацией по вопросам торговли и доступа на рынки. В результате в сентябре 2019 года США и Япония заключили первое двухстороннее торговое соглашение, касающееся прежде всего сельскохозяйственной продукции, которое должно стать частью дальнейшей всеобъемлющей торговой сделки. В целом можно отметить, что политика Абэ способствовала сохранению стабильности альянса и двухсторонних отношений.

Политика Абэ привела к оформлению роли Японии как одного из ключевых и последовательных сторонников формирования Индо-Тихоокеанского региона, и в подобном стратегическом видении во многом отмечают заслугу именно самого японского премьера. В ситуации усиливающейся стратегической конфронтации между США и КНР японское правительство последовательно выражало приверженность принципам верховенства права, международного порядка, базирующегося на правилах, и либерального экономического порядка. Вместе с этим эскалация напряжённости в регионе ставит Японию в сложное положение. Ей приходится балансировать между своим союзником Америкой и соседним Китаем, экономическое сотрудничество с которым имеет большое значение. Помимо этого, торговая война также приводит к экономическим потерям, так как КНР и США являются крупнейшими торговыми партнёрами страны. В любом случае заложенная администрацией Абэ Индо-Тихоокеанская стратегия будет играть определяющую роль как одно из ключевых направлений внешней политики и внешнеэкономической деятельности Японии на годы вперёд. Ключевая дискуссия скорее происходит и будет идти вокруг мер, необходимых для её реализации, и степени их эффективности.

Секрет политической живучести Синдзо Абэ
Дмитрий Стрельцов
Синдзо Абэ стал самым «долгоиграющим» премьер-министром в истории Японии. Он пребывает на посту премьер-министра дольше, чем все его предшественники. Абэ поклялся изменить пацифистскую конституцию Японии до того, как его нынешний срок полномочий завершится в сентябре 2021 года. Однако он сталкивается с серьёзными экономическими проблемами и скандалами. В чём секрет его политической живучести, пишет Дмитрий Стрельцов, профессор, заведующий кафедрой востоковедения Московского государственного института международных отношений (университет) МИД РФ.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.