Время учиться нейтралитету

После пандемии соперничество США и Китая может предопределить развитие международной ситуации минимум на десятилетие вперёд. России и Индии предстоит решить, как жить и с кем дружить в этом новом мире, причём от их решения вполне может зависеть исход противостояния, пишет Алексей Куприянов, старший научный сотрудник Сектора международных организаций и глобального политического регулирования ИМЭМО РАН, участник российско-индийского вебинара, который Валдайский клуб провёл 15 мая в партнёрстве с Фондом Observer Research Foundation (ORF).

Через несколько месяцев мир вступит в новую, постковидную эпоху. Как это произойдёт – переболеет ли большинство, приобретя устойчивый иммунитет, будет ли найдено надёжное лекарство или общество просто привыкнет к тому, что появилась ещё одна потенциально опасная болезнь, которая отныне всегда будет с нами, – не так важно. Важно, что пандемия закончится; по её итогам не сформируется новый баланс сил в международных отношениях, что неминуемо происходит по итогам войны, но уже начавшиеся процессы ускорятся и наберут силу.

Одним из таких процессов, который предопределит развитие ситуации в мире минимум на десятилетие вперёд, станет соперничество США и Китая, и другим странам предстоит решить, как жить и с кем дружить в этом новом мире, причём от их решения вполне может зависеть исход противостояния.

Россия и Индия – как раз те страны, позиция которых окажет самое непосредственное влияние на то, чем закончится схватка США и КНР. Обе они имеют протяжённую границу с Китаем, обе обладают ядерным оружием, обе тем или иным образом благодаря своему географическому положению контролируют доступ КНР к энергоресурсам. В случае если Москва и Нью-Дели решат примкнуть к Соединённым Штатам, Вашингтон победит: львиную долю из тех ресурсов, которые Китай сейчас тратит на внутреннее развитие, поддержание стабильности в стране и на укрепление обороны на море, Пекину придётся задействовать для обеспечения безопасности сухопутных границ. В случае если Россия и Индия поддержат Китай, он получит решающее преимущество благодаря доступу к неограниченным ресурсам Африки, для чего необходимо благожелательное отношение Нью-Дели, и России. Таким образом, в случае участия Индии и России в этом противостоянии на одной стороне, у противоположной останется выбор: либо постепенное истощение экономики и военной силы, либо капитуляция, либо перевод войны в горячую.

Евразийская хорда, океанское кольцо. Россия и Индия как третья сила нового миропорядка
Алексей Куприянов, Александр Королёв
Мир стоит на пороге новой холодной войны. Её уместно будет назвать «Второй холодной войной», чтобы не спутать с Первой, которая велась между СССР и США. Новая война будет происходить между США и Китаем. Первая холодная война в значительной мере была войной идей: социализма и капитализма, войной за выбор пути мирового развития. СССР окончательно проиграл, как только отказался от социалистической идеи. Нынешняя война – сугубо империалистическая: нет особой разницы между США и КНР – обе стороны заинтересованы в распространении своего влияния, получении доступа к ресурсам, продвижении своих товаров на рынки зависимых стран и статусе мирового гегемона в мировой рыночной системе.

Доклад_Евразийская хорда, океанское кольцо
pdf 2.26 МБ


Ни в одном из этих сценариев ни Индия, ни Россия не заинтересованы: победитель окажется слишком силён, а война двух ядерных держав с большой вероятностью перерастёт в конфликт с использованием ЯО, и ситуация может выйти из-под контроля. Примыкать по отдельности к тому или иному государству в качестве младшего союзника – тоже не лучшая идея, чреватая потерей суверенитета и риском оказаться на стороне проигравшего. Таким образом, единственным разумным вариантом выглядит гибкий нейтралитет – дружественный либо враждебный в зависимости от успехов той или иной страны в начавшемся противостоянии.

У Индии есть большой опыт поддержания такого нейтралитета. В годы холодной войны она сотрудничала и с Британией, и с США, и с СССР, в разные периоды сближаясь то с одной, то с другой враждующей стороной в зависимости от собственных интересов. Правильность этой стратегии доказал 1991 год: при том, что Индия в тот момент в целом поддерживала в холодной войне СССР, она сумела избежать последствий поражения, не превратившись в вассала победителя и не войдя в политико-экономический кризис, а стала вместо этого одним из центров нового миропорядка. У России такого опыта нет: в крупных войнах последних столетий – наполеоновских, двух мировых и холодной – она была активным участником, а не сторонним наблюдателем. Помимо умения быть нейтральной, у Индии есть и опыт руководства «коалицией желающих» – Движением неприсоединения, и тут России есть чему у неё поучиться.

Новая Индия: соседи прежде всего
Виджай Сахуджа
Мощная победа Нарендры Моди на парламентских выборах отражает харизму премьер-министра и является свидетельством удачной политики, проводимой в пользу бедных слоев населения. О том, что станет приоритетом во внешней и внутренней политике Индии теперь, пишет Виджай Сахуджа, директор Национального морского фонда (Нью-Дели).
Мнения экспертов


Однако нынешние процессы ставят Индию перед дилеммой, преодоление которой зависит от способности её политических кругов перебороть десятилетиями складывавшееся негативное отношение к КНР. После поражения в войне 1962 года Китай воспринимается индийскими политическими и военными элитами как опасный и непредсказуемый сосед, который стремится окружить Индию цепью военных баз, превратить в своего экономического сателлита или изолировать. Это ощущение постоянной опасности вынуждает индийские правящие круги сотрудничать с любой антикитайски настроенной силой (в своё время с СССР, сейчас с США). При этом для того, чтобы обеспечить ускоренное развитие Индии и превращение её в одну из общепризнанных великих держав, необходимы вливания крупных инвестиций, и таким инвестором в сложившейся ситуации может выступить только Китай. В результате Индия вынуждена балансировать, пытаясь, с одной стороны, не попасть от КНР в зависимость и не поссориться с США, что лишит её возможности манёвра, а с другой – не снижать темпов роста двусторонней торговли и китайских инвестиций, необходимых для дальнейшего развития. Эти тенденции особенно обострились на фоне COVID-19: рост экономического и политического влияния КНР, первой вышедшей из пандемии, в Южной и Юго-Восточной Азии пугает Индию, которая до последнего времени получала выгоду от американо-китайской торговой войны.

Логика начавшегося американо-китайского противостояния, жёсткие действия Дональда Трампа подталкивают Москву (которая традиционно поддерживает хорошие отношения и с Китаем, и с Индией) и Нью-Дели к сближению – политическому и экономическому. И если политические позиции России и Индии по большинству вопросов традиционно совпадают, то экономические связи, некогда бурно развивавшиеся (Советский Союз был одним из ключевых торговых партнёров Индии), сейчас выглядят достаточно скромно. Россия привыкла к тому, что вес страны на международной арене не обязательно определяется её экономической мощью, а двусторонние отношения могут быть чрезвычайно тёплыми без экономических подпорок, но для индийских политиков это служит источником фрустрации: Индия традиционно стремится укрепить своё положение в мировом сообществе через экономическое развитие и выход на лидирующие позиции в списке стран по ВВП. В этой связи отсутствие масштабной торговли между Россией и Индией воспринимается индийской стороной как ненормальная ситуация, требующая исправления.

Представляется, однако, что не стоит пытаться любой ценой реанимировать высокие торговые показатели. Лучше сосредоточиться на реализации совместных проектов в областях, где, во-первых, столкновение интересов России и Индии выглядит невозможным или маловероятным и, во-вторых, сотрудничество приведёт к получению Россией и Индией большей выгоды по сравнению с ситуацией, в которой они будут действовать по отдельности.

Среди этих областей можно назвать Африку, где Россия постепенно возвращает позиции, утраченные после поражения в холодной войне; Ближний Восток, в первую очередь Сирию и Ирак – традиционных партнёров Индии; страны Юго-Восточной Азии, находившиеся ранее в советской сфере влияния, прежде всего Вьетнам; океанские просторы, ресурсы которых до сих пор не освоены, – прежде всего, Индийский океан и южную часть Тихого; наконец, регионы «нового фронтира» – киберпространство, глубоководные и космические исследования. Ряд пилотных проектов в этой сфере уже реализуются – к примеру, Россия и Индия вместе строят АЭС «Руппур» в Бангладеш. Такие проекты должны стать массовыми.

Российская промышленная база, ресурсы и традиционно высокий уровень подготовки кадров, молодое индийское население и стремительно развивающаяся сфера высоких технологий в сочетании способны обеспечить успех совместной работы над новыми технологиями и их практическое внедрение – и, в конце концов, дать тот импульс, которого так не хватает экономической стороне индийско-российских отношений.

Демократия и управление
Россия и Индия: не попасть в жернова чужого соперничества
15 мая Международный дискуссионный клуб «Валдай» в партнёрстве с Фондом Observer Research Foundation (ORF) провёл вебинар по российско-индийским отношениям. Программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай» Тимофей Бордачёв, модератор мероприятия, определил его задачу как честный диалог по наиболее острым вопросам между экспертами из двух всегда отличавшихся хорошими взаимоотношениями стран, который позволит сторонам лучше понять интересы и намерения друг друга в ситуации мирового кризиса.  
События клуба

 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.