Азия и Евразия
Современные подходы Китая к Шанхайской организации сотрудничества

ШОС является основной экспериментальной и практической площадкой для китайских концепций нового международного порядка. Основные идеи, предложенные Китаем, нашли своё отражение в практике ШОС, и можно сказать, что данная организация является прообразом нового международного порядка, представляемого Китаем, пишет Чжао Хуашэн, профессор Института международных исследований Фуданьского университета, эксперт China Forum.

В 2021 году ШОС отметила своё двадцатилетие, которому на Душанбинском саммите организации было посвящено пространное заявление, подводящее итоги деятельности организации за годы её существования и определяющее дальнейшие направления её развития.

Китай является одной из основных стран – учредителей ШОС, и тот факт, что организация была основана в Шанхае и названа в честь этого города, отражает особенно тесные исторические связи между Китаем и ШОС, которыми Китай гордится. Нет никаких сомнений в том, что политикой Китая является содействие развитию ШОС и Китай выступает в качестве одного из сильнейших драйверов развития организации.

ШОС играет важную роль в дипломатии Китая. В её состав входят страны Евразии, Центральной Азии, Южной Азии и Западной Азии, граничащие с Китаем (включая Монголию, являющуюся государством-наблюдателем ШОС). Вдобавок ШОС – очень важный механизм сотрудничества Китая и России в соседних регионах, особенно в Центральной Азии. Эта функция ШОС уникальна для Китая и не может быть замещена чем-то другим. За прошедшие годы Китай запустил ряд новых платформ и механизмов сотрудничества, наиболее важной из которых является инициатива «Пояс и путь», предложенная в 2013 году. Однако она отличается от ШОС и не может заменить организацию. Китай параллельно продвигает экономическое сотрудничество в рамках инициативы «Пояс и путь» и ШОС, делая их функционально взаимодополняющими и взаимоукрепляющими.

Будущее стран ШОС: о программе сотрудничества до 2035 года
Улугбек Хасанов
ШОС становится более гибкой, мобильной, адекватно реагирующей на системно-структурные изменения в экономике, особенно на фоне устаревающих глобальных институтов международных отношений. В обозримой перспективе её масштаб и потенциал сделают её трансрегиональным институтом. ШОС сохранит свою привлекательность для стран в качестве эффективной площадки для сотрудничества и диалога и сыграет существенную роль в мировых процессах. О новой редакции программы многостороннего торгово-экономического сотрудничества стран ШОС до 2035 года пишет Улугбек Хасанов, профессор Университета мировой экономики и дипломатии МИД Республики Узбекистан.
Мнения экспертов


В июле 2020 года Китай запустил диалог министров иностранных дел Китая и Центральной Азии в формате 5+1. Второй диалог состоялся в мае 2021 года Сиане, городе на севере Китая. Возможно, на создание этого механизма повлиял опыт других стран. В последние годы многие государства установили механизмы диалога типа 5+1 со странами Центральной Азии, включая Японию, Южную Корею, США, Индию, Италию и Европейский союз. В этом контексте Китай считает необходимым создание аналогичного механизма. Конечно, это также отражает растущее признание Центральной Азии как особого региона.

Политика Китая в отношении ШОС имеет явную преемственность и стабильность, но она также развивалась и эволюционировала. За последние несколько лет международная ситуация как для Китая, так и для ШОС существенно изменилась. Национальная мощь Китая продолжала расти, его международное влияние возросло, и Китай стал играть более активную роль в международной политике. В то же время Китай оказался под более сильным международным давлением, поскольку США рассматривают его как своего главного стратегического противника, проводят политику сдерживания Китая, продвигают индо-тихоокеанскую стратегию, нацеленную против Китая, формируют американо-британо-австралийский военный блок AUKUS. С точки зрения безопасности ситуация для Китая ухудшилась. Предыдущий мировой порядок разрушен, формируется новое разделение между Востоком и Западом, нагнетается атмосфера новой холодной войны.Весь мир пребывает в большой неопределённости.

На этом фоне Китай придаёт большее значение ШОС в международной политике. Причём статус организации теперь в большей степени рассматривается с точки зрения её международно-политической роли. Другими словами, Китай модернизирует роль ШОС, расширяет её функции с регионального до международного уровня и побуждает ШОС играть более важную роль не только в региональных, но и в международных делах, превращая её в значимый международно-политический фактор. ШОС воплощает в себе ряд основных международных политических концепций Китая – противостояние гегемонии, односторонности, менталитету холодной войны, блоковой политике, односторонним санкциям, соблюдение Устава ООН, соблюдение международного права, поддержка многосторонности и продвижение многополярности.

Через ШОС позиция Китая стала коллективным консенсусом, и приобрела больше влияния в мире.

Теперь она может быть широко услышана и приобрести большее влияние на построение международного политического порядка.

ШОС является основной экспериментальной и практической площадкой для китайских концепций нового международного порядка. Основные идеи, предложенные Китаем, нашли своё отражение в практике ШОС, и в определённом смысле можно сказать, что данная организация является прообразом нового международного порядка, представляемого Китаем.

Состав членов ШОС очень разнообразен; организация включает в себя мировые державы и малые страны, страны разных религий и цивилизаций, страны с разным политическим строем, а также те страны, которые Запад считает авторитарными, ите страны, которые Запад считает демократическими. Так что в рамках ШОС можно найти практически все типы государственных отношений, включая отношения между большими странами, отношения между большими и малыми странами, отношения между странами с разными религиями и политическими системами и политическими культурами. Китай считает, что предложенные им концепции (новый тип отношений между великими державами, новый тип международных отношений, новая концепция безопасности) уже практикуются в рамках ШОС, доказывая свою реализуемость и являясь примером успешной китайской дипломатии. «Шанхайский дух», а именно «взаимное доверие, взаимная выгода, равенство, консультации, уважение к различным цивилизациям и стремление к общему развитию», универсален и должен стать духовной основой для построения новых международных отношений.

Очевидно, что Китай делает больший акцент на функции ШОС по обеспечению политической безопасности своих государств-членов, надеясь, что ШОС станет барьером против внешнего вмешательства во внутренние дела государств-членов, предотвратит «цветные революции» в регионах. Китай полон решимости поддерживать политическую и социальную стабильность на региональном уровне. Это восприятие было усилено массовыми беспорядками, вспыхнувшими в Казахстане в январе 2022 года. Беспорядки в Казахстане можно назвать политическим калейдоскопом. Они начались как простой народный протест в маленьком городе против повышения цен на газ, но затем переросли в массовые волнения, бунт и вооружённое восстание, в которых участвовали толпы людей из всех социальных слоев. Были и обычные демонстранты, и вандалы, и политическая оппозиция, и террористы, и безликие элементы из-за рубежа– протагонистов было слишком много. Такая ситуация в какой-то момент поставила под угрозу государственную власть в Казахстане, ещё раз показав, насколько опасны беспорядки для политической и социальной стабильности государств Центральной Азии. Когда в странах Центральной Азии происходят масштабные народные демонстрации, они легко могут перерастать в насильственные действия, приводящие к большому количеству жертв и раненых, а также быстро превращаться из манифестаций в волнения, переходящие от уличного вандализма в захват государственных учреждений, а возможно, даже свержение государственной власти. Достаточно вспомнить беспорядки в Киргизии в марте 2005 года и апреле 2010 года, андижанские события в Узбекистане в мае 2005 года, конфликт в Оше в Киргизии в июне 2010 года и беспорядки в Жанаозене в Казахстане в декабре 2011 года.

После начала волнений председатель КНР Си Цзиньпин направил президенту Токаеву послание, в котором указал на своё твёрдое решение противодействовать внешним силам, организовавшим беспорядки в Казахстане и инсценировавшим «цветную революцию». Он выразил готовность сделать всё возможное для оказания необходимой поддержки Казахстану. Позже министр иностранных дел Китая Ван И заявил, что Китай готов наращивать сотрудничество с Казахстаном в правоохранительной сфере и сфере безопасности, а также двустороннее сотрудничество в области противодействия вмешательству для обеспечения безопасности политических систем и режимов обеих стран.

Отношение Китая к беспорядкам в Казахстане имеет важные политические последствия. Раньше Китай привык рассматривать подобные вещи как чисто внутреннее дело, держался в стороне и выбирал роль стороннего наблюдателя.

Сейчас КНР меняет этот традиционный подход на новую политику, которую можно назвать конструктивным взаимодействием.

Когда в соседних странах возникает нестабильная ситуация и когда они нуждаются в помощи, Китай может оказать содействие, чтобы направить ситуацию в правильное русло,насколько это возможно, уважая при этом суверенитет и территориальную целостность страны и международное право. Конструктивное взаимодействие особенно необходимо, когда беспорядки и хаос носят экстерриториальный характер, а также угрожают национальной и региональной безопасности. Это также является результатом растущего осознания Китаем своих возросших обязанностей и возможностей в качестве крупной державы. Данную политику Китая можно рассматривать, естественно, и в контексте ШОС.

Некоторые западные СМИ истолковали заявление министра иностранных дел Ван И о готовности к расширению сотрудничества правоохранительных органов с Казахстаном, сделанное в ходе переговоров с его казахстанским коллегой 10 января, как признак того, что Китай готовится ввести войска в Казахстан так же, как и ОДКБ. Это иллюзия.Китайско-казахстанское сотрудничество в области охраны правопорядка не ново и продолжается как минимум с 2012 года. Во многих совместных заявлениях или декларациях Китая и Казахстана содержатся тезисы об укреплении и расширении сотрудничества правоохранительных органов. Китай и Казахстан являются соседями с очень длинной границей, протяжённость которой составляет более 1700 километров. В сложной обстановке безопасности существуют не только террористические, экстремистские и сепаратистские силы, но и транснациональная организованная преступность, такая как незаконный оборот оружия и боеприпасов, незаконный оборот наркотиков, нелегальная иммиграция, киберпреступления и экономические преступления. Поэтому сотрудничество правоохранительных органов необходимо. Это не одностороннее требование Китая, а требование, разделяемое обеими сторонами.

С момента создания ШОС безопасность и экономика были основными задачами организации и основными направлениями политики Китая в её отношении. Это не изменилось и не изменится. Цели Китая в области безопасности включают два аспекта: безопасность в китайском Синьцзяне и региональная безопасность. В последние годы ситуация с безопасностью в Синьцзяне улучшилась, серьёзных террористических атак не отмечалось, но терроризм, экстремизм и сепаратизм легко не искореняются.Они будут сохраняться в течение длительного времени и могут быстро разрастись вновь при определённых условиях.Поэтому Китай не ослабляет бдительности. В этом отношении потребности Китая в безопасности носят давний характер. Безопасность Синьцзяна неотделима от безопасности соседних регионов, особенно Центральной Азии, Афганистана и Пакистана.

После того как талибы восстановили власть, вновь поднимается вопрос о том, будет ли Афганистан и дальше представлять угрозу безопасности для соседних стран. Понятно, что проблемы экспорта террористических и экстремистских сил, наркотрафика, незаконного оборота оружия и боеприпасов, беженцев и так далее вряд ли быстро исчезнут, но однозначного ответа, будет ли всё это усиливаться, нет. Что касается отношений талибов с террористическими организациями, то вопрос заключается как в том, готовы ли талибы порвать со всеми террористическими организациями, а не только с некоторыми из них, так и в том, способны ли они осуществлять эффективный контроль над террористическими организациями на своей территории.

Китай является крупнейшим драйвером и самым активным сторонником экономического сотрудничества в рамках ШОС, что естественно, поскольку он является крупнейшей экономикой в ШОС, а его объём производства более чем в два раза больше, чем у других государств–членов организации вместе взятых. У Китая были большие надежды на экономическое сотрудничество в рамках ШОС, предполагавшие создание ЗСТ и создание Банка развития ШОС.Однако эти идеи не были реализованы – главным образом потому, что другие государства-члены не были к этому готовы и опасались возможного доминирования сильной китайской экономики, а также из-за того, что у некоторых членов ШОС уже существует механизм интеграции более высокого уровня, а именно – в рамках Евразийского экономического союза.В прошлом году ШОС в Душанбинском заявлении решила не строить наднациональное экономическое сообщество. Сейчас Китай сосредоточен на продвижении либерализации и упрощения процедур торговли и инвестиций в рамках ШОС, укреплении взаимосвязанности, согласовании и параллельном развитии проекта «Пояс и путь» со стратегиями развития государств-членов и Евразийского экономического союза, а также на укреплении новых направлений за пределами традиционных сфер сотрудничества.Речь идёт о таких направлениях, как цифровая экономика, зелёная энергетика, низкоуглеродные проекты, искусственный интеллект, информационные коммуникации, современное сельское хозяйство, трансграничная электронная коммерция и так далее.

В настоящее время Китай делает упор на сотрудничество со странами-членами в борьбе с COVID-19 и его последствиями, а также помощь странам в экономическом восстановлении после эпидемии. Китай стремится оптимизировать структуру торговли со странами-членами, стимулирует выход большего количества товаров из стран-членов на китайский рынок. Сейчас на китайском рынке можно увидеть всё больше и больше товаров из стран ШОС, особенно продуктов питания, сельскохозяйственной продукции и морепродуктов из России, сельскохозяйственной продукции и фруктов из стран Центральной Азии. Китай оказывает финансовую поддержку экономическому сотрудничеству в рамках ШОС. В 2018 году он выделил первый транш специального кредита в эквиваленте 30 миллиардов юаней в рамках ШОС, а вскоре начнёт реализацию второго транша специального кредита, сумма которого ещё не объявлена.

Застарелые проблемы ШОС – не слишком высокая эффективность, слабая способность к скоординированным действиям, неспособность к кризисному реагированию, неидеальное выполнение договорённостей о многостороннем экономическом сотрудничестве. Это то, что Китай хочет сейчас улучшить.

Новым вопросом, стоящим перед ШОС на данном этапе, являются отношения с правительством талибов. Афганистан был государством-наблюдателем при ШОС, с первых дней существования организации его приглашали участвовать почти во всех крупных мероприятиях. ШОС также создала Контактную группу ШОС– Афганистан в качестве специального механизма для диалога с Афганистаном.

Демократия и управление
Афганистан и проблемы региональной безопасности
Василий Кашин
Главную угрозу представляет использование Афганистана как базы, с которой может происходить дестабилизация сопредельных территорий. Учитывая, по-видимому, невысокий уровень централизации нового афганского государства, происходить это может и против воли официального Кабула, полагает Василий Кашин, заместитель директора Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ, спикер второй сессии российско-узбекской конференции.

Мнения экспертов


Кардинальные изменения в Афганистане в августе 2021 года поставили ШОС перед лицом совершенно другого афганского правительства. Суть вопроса для ШОС в том, станет ли это возможностью раз и навсегда решить афганскую проблему или новой больной точкой для ШОС. Китай проводит активную политику в отношении правительства талибов и надеется, что посредством контактов и коммуникаций он сможет направлять Афганистан в нужном для ШОС направлении, что подразумевает, например, проведение режимом талибов толерантной внутренней политики, жёсткий курс по отношению к террористическим организациям и дружбу с соседними странами. Цель Китая – попытаться оптимально использовать новые возможности, появившиеся в Афганистане, и добиться наилучшего результата в изменившейся ситуации. На нынешнем этапе правительство Талибана ещё не получило международного признания, а некоторые члены ШОС имеют напряжённые отношения с талибами. Китай считает вполне возможным взаимодействие ШОС с новым афганским режимом через платформу Контактной группы ШОС – Афганистан. Отношения с Афганистаном имеют большое значение для будущего развития ШОС. Иран, вероятно, будет принят в качестве полноправного члена ШОС уже в этом году. После этого Афганистан останется единственной не входящей в ШОС страной в регионе, кроме Туркменистана, придерживающегося политики нейтралитета. Афганистан расположен в центре Центральной Азии, Южной Азии и Западной Азии. В будущем, если Афганистан интегрируется в ШОС, рамки безопасности и экономического сотрудничества ШОС будут охватывать всю Евразию, Центральную Азию, Южную Азию и Западную Азию.Если это не удастся сделать, то Афганистан станет изолированным островом среди стран ШОС и узким местом, перекрывающим связь регионов.

Продолжающийся российско-украинский кризис является самым серьёзным международным конфликтом со времён окончания холодной войны. Он окажет огромное влияние на международные отношения и ситуацию в мире, а также сильно изменит международную геополитическую обстановку. В этой новой международной среде теперь будет существовать и ШОС. Однако серьёзных проблем для ШОС это не создаст. Это связано с тем, что Китай и другие страны ШОС не участвуют в санкциях против России, инициированных США и Европой. Все они поддерживают нормальные отношения с Россией, и между странами ШОС не было никаких разногласий или противоречий из-за российско-украинского конфликта. Это не изменит основной политики Китая по развитию ШОС. Более того, происходящее заставит Китай придавать ещё большее значение региональному сотрудничеству и солидарности.

Азия и Евразия
ШОС перед новым вызовом
Рашид Алимов
С начала XXI века мир стремительно менялся, не «притормаживая» даже перед опасными поворотами. Кризис вокруг Украины и беспрецедентное в истории политическое, санкционное, экономическое и информационное давление на Россию со стороны США и ряда других стран придали этим изменениям необратимый характер. Однако так называемый «конец истории» по версии Фрэнсиса Фукуямы так и не наступил. Вместо «конца» мы становимся очевидцами начала «новой истории», пишет Рашид Алимов, генеральный секретарь ШОС (2016–2018), доктор политических наук, почётный профессор Института Тайхэ (Китай).
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.