Правила и ценности
Совет ООН по правам человека в дни украинского конфликта

28 февраля состоится 49-я сессия Совета ООН по правам человека. На ней ожидается выступление российского министра иностранных дел Сергея Лаврова. Общий контекст нынешних украинских событий, несомненно, приковывает особое внимание к её проведению, которое в иных условиях вряд ли вышла бы за рамки мало кому интересной дипломатической рутины, пишет Олег Барабанов, программный директор Валдайского клуба.

В нынешнем виде этот совет существует с 2006 года, а до этого с момента основания ООН действовала Комиссия по правам человека. Ее первым значимым шагом стала разработка текста Всеобщей декларации прав человека, затем принятой Генеральной Ассамблеей ООН в 1948 году. Впрочем, во все последующие годы, как и многие другие ооновские органы, и совет, и комиссию часто обвиняли, с одной стороны, в нерешительности и неспособности на что-либо серьёзно повлиять, а, с другой стороны, в политизированности подхода. При этом, надо отметить, что они, одни из немногих международных структур, отваживались на прямую критику США в вопросе нарушения прав человека. Был случай, когда в 2001 году США по решению других стран-членов были исключены из состава комиссии. Впрочем, поскольку состав регулярно менялся на ротационной основе, то речь о полном изгнании США не шла.

Этот принцип ротации, отсутствие права вето, в отличие от Совбеза ООН, привёл к тому, что зачастую в дискуссиях на Совете по правам человека у США и их западных союзников не было доминирующего влияния на ход процесса. Широкая географическая представленность разных стран в его заседаниях делала незападный голос там более слышным, чем на многих других форумах. В результате дискуссии на совете нередко заходили за рамки приятных для уха американцев неолиберальных лозунгов, которые определяли стилистику и тональность подачи информации в мейнстримных глобальных СМИ. США и их союзники часто оказывались под ударом, им приходилось оправдываться и отругиваться. Такое положение защищающихся для мирового гегемона выглядело для него порой крайне неудобным.

Дипломатия после институтов
Что дальше?
Андрей Сушенцов
Рутинный характер, в котором протекает крупнейший со времен нападения НАТО на Белград военный кризис в Европе, показывает, что международные отношения возвращаются к своей исторической норме, пишет Андрей Сушенцов, программный директор Валдайского клуба.

Мнения экспертов


Ещё в большей степени, чем американцам, это «неудобство» в ходе заседаний Совета по правам человека пришлось испытать Израилю. Твёрдая и слаженная позиция арабских стран привела к тому, что именно Израиль из года в год оказывался основной мишенью для критики на этом совете. И, прямо говоря, был главным изгоем там, а отнюдь не условная КНДР. Понятно, что здесь имела место и политизированность. Но кто готов бросить камень в исламские страны за то, что они лишь эффективно использовали глобальную международную площадку для продвижения своей точки зрения на конфликт. Собственно говоря, искусство дипломатии именно в этом и состоит.

В этот раз, думается, вряд ли в центре внимания окажется Израиль. Специфика крайне напряжённой международной ситуации последних нескольких дней, эскалация украинского кризиса и решение руководства России начать специальную военную операцию с заявленными целями по демилитаризации и денацификации Украины вполне может оказать своё влияние на ход заседания совета. России, очевидно, придётся столкнуться с новыми серьёзными обвинениями в нарушениях прав человека уже применительно к Украине.

Вполне возможно, что именно Россия окажется в центре дискуссии на данном совете, несмотря на его выработанную ранее повестку дня. С одной стороны, это представляет возможность чётче и яснее донести до других стран официальную российскую позицию по этому конфликту. И с учётом представленности на этом форуме не только западных стран это может быть и небесполезно. Во всяком случае, есть шанс, что там не получится «разговора слепого с глухим», используя слова самого Сергея Лаврова. С другой стороны, понятно, что это и новая площадка для критики российских властей. Сейчас в состав совета входят 47 государств. В их числе и Россия, и Украина. Помимо этого, это также США, Великобритания, Польша, Германия, Нидерланды, Ливия, Венесуэла, Куба, Бразилия, Индия, Китай, Казахстан, Узбекистан, Армения и другие. В связи с этим особый интерес представляет позиция на совете не противников РФ, а её друзей и союзников. Как они поведут себя там? Будет ли кто-нибудь защищать Россию? Или предпочтут отмолчаться?

Ключевой вопрос в том, а что может сделать этот совет, кроме как выдать очередную порцию словесных обвинений, к которым наши дипломаты уже вполне привыкли. Один их инструментов в его распоряжении – это запуск так называемой «специальной процедуры» по нарушениям прав человека в том или ином случае. При её проведении назначается специальный докладчик ООН, который затем собирает информацию на месте и готовит доклады о нарушениях, выступает с заявлениями. Если такое решение будет принято, то тогда в зоне конфликта смогут появиться ооновские представители. И можно не сомневаться, что украинская сторона представит им самые «красочные» аргументы в пользу их точки зрения. Ведь боевые действия идут на территории Украины, и потому именно у Украины будет основной доступ «к телу» докладчика. Поэтому такой доклад, вполне возможно, будет негативным в отношении РФ.

Такого рода «специальная процедура» была запущена Советом по нарушению прав человека в Белоруссии ещё в 2012 году. И скажем честно, что властям этой страны от ооновского докладчика не холодно и не жарко. Возможно, в условиях сужающегося пространства дипломатических возможностей для России и наши власти могут пойти по тому же пути: пытаться аргументировать свою точку зрения, а если не слышат – то игнорировать критику.

Конфликт и лидерство
«Красные линии» России и «украинский вопрос»
Андрей Сушенцов
За исключением нескольких «красных линий» Украина постепенно становится для России просто обстоятельством. Конечно, это обстоятельство нельзя игнорировать, но отличие внешнеполитического обстоятельства от проблемы в том, что проблемы принято решать, а из обстоятельств – только исходить, выстраивать свою политику «с поправкой на». Отсюда становится очевидно, что активная российская политика на украинском направлении не может возникнуть в ближайшей перспективе, пишет Андрей Сушенцов, программный директор Валдайского клуба.
Мнения экспертов

 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.