Провал «войны с терроризмом» и новый мировой порядок

Прошли те времена, когда Париж и Лондон могли делить Ближний Восток, как они это делали после Первой мировой войны, без колебаний и вопреки сопротивлению навязывая своё господство народам. Отказ от иностранного господства, даже скрывающегося под маской «демократии» и «прав человека», стал всеобщим, пишет Ален Греш, редактор OrientXXI.info и AfriqueXXI.info, участник Ближневосточной конференции – 2022.

«Несокрушимая свобода!» – это был лозунг, столь же по-американски напыщенный, сколь и убогий, который использовал президент Джордж Буш, чтобы начать свою «войну с терроризмом» в октябре 2001 года.

Вот что он объяснял Конгрессу США:

«Они ненавидят то, что видят здесь, в этом зале, – демократически избранное правительство. Их лидеры назначают сами себя. Они ненавидят наши свободы – нашу свободу вероисповедания, нашу свободу слова, нашу свободу голосовать, проводить собрания и не соглашаться друг с другом».

«Они» были «террористами», которых президент США поклялся выслеживать и уничтожать в самых тёмных уголках планеты. Он признал, что это будет долгая война и полем битвы станет весь мир, но Добро победит, а Зло будет искоренено. Свобода – с большой буквы и с американским акцентом – прольёт свет на благодарные народы покорённого мира. Самопровозглашённое «мировое сообщество», состоящее де-факто только из западных правительств, могло только аплодировать этой воинственной риторике. На фоне шока, вызванного 11 сентября во всём мире, многие политики, обозреватели, интеллектуалы и самозванные «эксперты» по терроризму внесли свой вклад в мобилизацию против нового врага, терроризма, который часто путали с исламизмом или даже с исламом в целом.

Первые «победы» американских солдат в Кабуле породили оптимизм, если не сказать самообман: «Американцы выиграли войну, – провозгласил в декабре 2001 года никогда не упускающий шанса ошибиться Бернар Анри Леви, – ценой всего нескольких сотен или нескольких тысяч жертв среди мирного населения… Кто способен превзойти такой успех? Сколько освободительных войн, которые велись в прошлом, могут соперничать c этим?»

«Новая религия»

Некоторые даже заговорили о «сопротивлении», как будто речь шла о противостоянии нацизму. «О да, я знаю, – восторгался писатель Филипп Соллерс, – ещё много работы предстоит сделать там, в Кабуле, Рамалле, Багдаде (…), но в конце концов, Зло будет повержено, это ясно как день. На самом деле, мне кажется, мы слишком долго ждали. К чему все эти задержки? Эти ложные сомнения? Эти ужимки ООН, которые уже никого не обманывают? Мы должны бить и снова бить. 11 сентября требует этого. 11 сентября – неизменный горизонт нашего времени. Забудьте День взятия Бастилии: теперь есть 11 сентября. Будем надеяться, что французы, всегда немного отстающие от подлинного исторического сознания, наконец-то убедятся в необходимости присоединиться к новой религии» .

Эта «новая религия» – «война с терроризмом». Но что конкретно имелось в виду? Прусский генерал Карл фон Клаузевиц (1780–1831) объяснял, что «война является продолжением политики другими средствами». И далее указывал: «Первый, высший, самый далекоидущий акт суждения, который должен совершить государственный деятель и военачальник, – это установить... тот вид войны, в которую они вступают, и определить цели, которые должны быть достигнуты, чтобы прийти к победе».

Но уничтожить «терроризм», форму насилия, которая в различных обличьях отмечала каждый этап человеческой истории и к которой прибегали экстремисты самых разных, зачастую диаметрально противоположенных убеждений, строго говоря, невозможно. Ведь даже крестовые походы, эти религиозные войны против ислама, преследовали только одну конкретную цель. Крестоносцы стремились «освободить Гроб Господень», а не перевернуть всю планету.

Достаточно заглянуть в базу данных по глобальному терроризму Университета Мэриленда, чтобы заметить царящую в этом вопросе путаницу, от которой, впрочем, американский военно-промышленный комплекс, так осуждавшийся президентом Дуайтом Эйзенхауэром, получает значительную прибыль. Она содержит список «терактов по всему миру», а также ряд интересных фактов об основных зонах нестабильности, которыми, правда, предсказуемо оказываются Йемен, Афганистан и Ирак. При этом в списке в одном ряду оказываются и действия сторонников превосходства белой расы в США, и теракт «Исламского государства»  в Афганистане, и акция остатков колумбийских партизан, и взрыв, организованный антисемитами в Европе. В итоге получается неприглядная мешанина.

Терроризм любителей как дополнительный налог на блага цивилизации
Андрей Кортунов
Помните эпизод из «Мастера и Маргариты», когда веселящихся в «Грибоедове» писателей настигает скорбная весть о гибели Берлиоза? «Да, взметнулась волна горя, но подержалась, подержалась и стала спадать, и кой-кто уже вернулся к своему столику и – сперва украдкой, а потом и в открытую – выпил водочки и закусил. В самом деле, не пропадать же куриным котлетам де-воляй? Чем мы поможем Михаилу Александровичу? Тем, что голодные останемся? Да ведь мы-то живы!». Почему-то этот эпизод всплывает в памяти, когда я внимаю многочисленным комментариям на недавний террористический акт в Крайстчерче, пишет Андрей Кортунов, генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД).
Мнения экспертов


Именно это спутанное мышление – с множеством врагов и нечёткими целями – способствовало неоднократным неудачам «войны с терроризмом».

Марк Хекер и Эли Тенненбаум отмечают в своей книге: «Широкое определение террористической угрозы, принятое администрацией Буша, и включающее в себя не только “Аль-Каиду”  , но и большое количество вооружённых группировок и “государств-изгоев”, от “Хизбаллы” до Северной Кореи, стало причиной того, что в ретроспективе можно рассматривать как одну из основных ошибок тех лет» .

Как можно определить эту «ошибку»? В первую очередь это западное высокомерие, телефонный номер которого, как красиво выразился французский мыслитель Режис Дебре, – это телефонный номер Белого дома, потому что там и только там принимаются «западные решения». Франция, действительно, высказывала некоторые возражения против вторжения в Ирак в 2003 году, но эти импульсы вскоре угасли, и она присоединилась к общему хору. Новоизбранный президент Николя Саркози заявил перед Конгрессом США 7 ноября 2007 года: «Франция останется в Афганистане столько, сколько необходимо, поскольку на карту в этой стране поставлены наши ценности и ценности атлантического альянса. Я торжественно заявляю перед вами: мы не смиримся с неудачей». Однако в итоге с ней всё-таки пришлось смириться.

В 1969 году, задолго до советской интервенции в Афганистан, некий афганский учёный написал в брошюре, знакомящей иностранцев с этой страной: «Одна из главных черт афганского характера – неукротимая приверженность к независимости. Афганцы могут терпеливо мириться с неудачами или бедностью, но их нельзя заставить смириться с господством иностранной державы, какой бы просвещённой или прогрессивной она ни была». Трижды в новейшей истории, в 1842-м, 1881-м и 1919 годах, Британская империя встречала болезненное подтверждение этого принципа. Первые два раза на кону стояло «упреждение» российских царских вторжений в Азию, которые, казалось, угрожали Индии, жемчужине британской короны; в третий раз Британия надеялась справиться с развитием националистического антиколониального движения. Потом в Афганистан приходил СССР, пытавшийся «упредить империалистический заговор», а теперь из этой страны ушли США после самой продолжительной в своей истории войны, развязанной во имя искоренения терроризма.

В XIX и начале XX века имперские неудачи были чем-то вроде исключения. Тогда колониальные империи всё ещё господствовали над планетой. Однако позднейшие поражения подтвердили, что сама идея империи умерла и что отныне независимость должна стать повесткой дня для тех народов, которых когда-то метрополии считали «недорослями».

В недавнем докладе, подготовленным Центром стратегических и международных исследований в Вашингтоне, видный аналитик Энтони Кордесман, отметил: «Если учесть стоимость войны и отсутствие каких-либо последовательных стратегических аргументов в пользу её продолжения, то встаёт вопрос о том, имело ли смысл США тратить на этот конфликт столько ресурсов и были и оправданы два десятилетия конфликта с точки зрения стратегических приоритетов». 

«Источник проблем, возомнивший себя чудотворцем»

Как отметил Режис Дебре, «весь мир, а не только террористы, исламисты и другие монстры, бросает вызов высокомерному и самовлюблённому Западу. Самозванному кормчему корабля под названием “Человечество”, решившему, что только он знает верный курс. Пугалу, раздающему не только санкции, но и “наказания” (sic). Первому миру, который не снисходит до разговоров с Третьим, не говоря уже о Четвёртом, но поучает всех подряд, унижая тех, кто не говорит на его языке. Источнику проблем, возомнившему себя святым чудотворцем, но забывающему о всех своих принципах, когда на карту поставлены его интересы»

За последние двадцать лет Запад лишился легитимности и не может больше говорить о верховенстве права. От Гуантанамо до тюрьмы Абу-Грейб, от незаконного вторжения в Ирак до фальсификации выборов в Афганистане, от поддержки египетского диктатора до пренебрежения правами палестинцев – повсюду чистота провозглашаемых им высоких принципов, таких как международное право, право наций на самоопределение, права человека, опорочена прозаическими реалиями.

Фиаско США в Афганистане, в котором участвовали многие европейские страны, даже если они и не имели права голоса в вопросе о том, как вести войну, знаменует собой провал очередной попытки Запада восстановить своё господство в мире, просто отрицая те огромные изменения, которые произошли со второй половины XX века, в частности крах западной колониальной системы. Прошли те времена, когда Париж и Лондон могли делить Ближний Восток, как они это делали после Первой мировой войны, без колебаний и вопреки сопротивлению навязывая своё господство народам. Отказ от иностранного господства, даже скрывающегося под маской «демократии» и «прав человека», стал всеобщим.

Как показывает ситуация вокруг Афганистана, другие державы сейчас укрепляют свои позиции. Пакистан, Китай, Катар, Турция или Индия не менее важны для будущего афганцев, чем Соединённые Штаты, и намного важнее, чем Европейский союз. Оставаясь одной из ведущих держав, США больше не могут господствовать над миром, не говоря уже о том, чтобы решать судьбу таких стран, как Афганистан и Ирак, хотя, как мы видели, уничтожить эти страны Америка по-прежнему в состоянии.

Возникновение многополярного мира, безусловно, является определяющей характерной чертой нашего времени. Этот мир не обязательно будет более стабильным или более мирным – умножение действующих игроков иногда затрудняет разрешение конфликтов. Но в то же время это тот мир, в котором мы живём, и мы должны адаптироваться к нему.

Конфликт и лидерство
Сколько стоит опыт? Двадцать лет экспериментов США на Ближнем и Среднем Востоке
Андрей Сушенцов
Богатство и влияние Соединённых Штатов в мире были настолько велики, что США могли себе позволить двадцатилетнюю кампанию, которая не имела никакого практического значения. Почему же они решили завершить афганский поход именно сейчас? Об этом пишет Андрей Сушенцов, программный директор Валдайского клуба.

Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.