Клуб «Валдай»

Финансовая система, основанная на долларе США, является величайшим в мире налоговым убежищем и служит удобной гаванью для денег, которые привилегированные элиты мирового большинства желают спрятать и/или использовать для спекуляций или хищнического кредитования за рубежом, а не для производительных инвестиций внутри страны, пишет Радика Десаи.

Невзгоды заставляют задуматься. Неудивительно, что о недостатках долларовой системы и необходимости её замены Россия думает больше других стран БРИКС вместе взятых. На Россию наложено больше всего санкций в мире. Её конфискованные валютные резервы попадают в заголовки газет, поскольку западные державы наперегонки выдвигают идеи, как ими распорядиться, чтобы помочь Украине. Наконец, она исключена из доминирующей международной платёжной системы. Каковы же плоды этих усилий, каковы достижения и неудачи?

Если судить по двум крупным докладам – докладу Министерства финансов России и Банка России «Совершенствование международной валютно-финансовой системы», опубликованному накануне Казанского саммита БРИКС, и недавнему докладу Валдайского клуба «За пределами доллара: инициативы БРИКС для многополярной финансовой системы» за авторством Паулу Ногейры Батисты – младшего, – то прогресс значителен. Однако есть и сложности.

В обоих докладах признаются многочисленные недостатки существующей МВФС. В докладе Батисты основное внимание уделяется превращению долларовой финансовой системы в оружие и проблемам, вызванным непредсказуемой политикой президента Трампа. В официальном докладе содержится подробный анализ проблем долларовой системы:

«Устоявшаяся мировая валютно-финансовая система (МВФС) характеризуется частыми кризисами, сохраняющимися дисбалансами в торговле и текущих счетах, повышенным уровнем государственного долга, а также дестабилизирующей волатильностью потоков капитала и обменных курсов. Действующая МВФС в первую очередь служит интересам экономически развитых стран, опирающихся на коллективную зависимость от устаревших механизмов, неспособных меняться, что в конечном итоге приводит к растущему экономическому дисбалансу между экономически развитыми странами и развивающимися экономиками, отставанию в достижении Целей устойчивого развития и фрагментации глобальной системы финансовой безопасности».

Доклады предлагают схожие решения: системы трансграничных платежей, основанные на существующих валютах или их корзине, для содействия торговле и инвестициям независимо от долларовой системы.

Однако у обоих докладов есть и определённые ограничения. Они концентрируются на трудностях, испытываемых долларовой системой в последнее время, на её превращении в оружие и на нестабильности, вызванной Трампом, полностью игнорируя давние структурные проблемы, которые лежат в основе некоторых наиболее серьёзных недостатков МВФС. Так, согласно официальному докладу, до недавнего времени с долларовой системой всё было в порядке. Последние десятилетия были отмечены глобализацией – либерализацией торговли, гибкими обменными курсами и возросшей мобильностью капитала. Рынок государственных ценных бумаг США стал крупнейшим в мире рынком капитала с одним активом на фоне постепенной дерегуляции, начавшейся в 1980-х годах, и подпитывался притоком капитала в огромных масштабах. В то же время мировая экономика переживала взрывной рост, особенно на развивающихся рынках, на которые по состоянию на 2023 год приходилось 50,1 процента мирового ВВП и 66 процентов роста мирового ВВП за 10 лет. Доля стран БРИКС в мировом ВВП (по ППС) выросла с 22 процентов в 2006 году до 32 процентов к началу 2024 года (и до 36,2 процента с учётом новых членов).

Доклад Батисты, со своей стороны, фактически нормализует долларовую систему с помощью ссылок на «гегемонию США» и заявлений вроде: «Доверие к валюте зависит от доверия к налогово-бюджетным и валютно-финансовым механизмам страны-эмитента». В нём также утверждается, что, хотя экономика США, возможно, ослаблена, они по-прежнему является крупнейшей сверхдержавой… с «неоспоримой способностью наносить значительный ущерб любой стране», в том числе посредством «своих связей, иногда очень прочных», с влиятельными внутренними электоратами в других странах, с помощью которых «правительства могут быть свергнуты или запуганы до состояния подчинения». Причём это относится ко всем странам БРИКС, включая Китай.

С точки зрения анализа долларовой системы, который я развивала ещё в книге 2013 года «Геополитическая экономика: после гегемонии США, глобализации и империи» и далее уточнила и обновила в Валдайской записке 2021 года «За пределами долларовой кредитократии: геополитическая экономика» и в книге 2023 года «Капитализм, коронавирус и война: геополитическая экономия», в предположениях докладов о том, что долларовая система хорошо работала в прошлом или даже что она была стабильно привязана к прочности экономики США, есть по крайней мере пять ошибок.

Во-первых, в докладах не исследуется реальная политическая экономия долларовой системы. Во-вторых, поэтому они либо, как доклад Батисты, не обсуждают давние пороки долларовой системы, либо, как официальный доклад с его впечатляюще всесторонним анализом этих пороков, не объясняют, как такая система могла работать хорошо и благотворно, а затем внезапно стать порочной. В-третьих, они в конечном итоге видят основы долларовой системы в военной мощи США или экономическом здоровье, упуская из виду её реальные, нестабильные финансовые основы. В-четвёртых, они неверно определяют препятствия к её замене. В-пятых, они упускают из виду истинные причины, по которым её необходимо срочно заменить. Давайте рассмотрим каждый из этих пунктов по очереди.

Во-первых, нет ничего естественного в том, что валюта любой страны, даже самой могущественной, является валютой всего мира. Кейнс осознавал это, когда в Бреттон-Вудсе предложил создать банкор – многостороннюю валюту, которая не была бы валютой ни одного государства и использовалась бы исключительно для расчётов между центральными банками, в то время как национальные валюты оставались бы в силе, – а также международный клиринговый союз для его эмиссии и обслуживания. Работая в молодости в Министерстве по делам Индии и входя в комиссии по индийской валюте, он лучше многих других знал, что система фунта стерлингов работала лишь потому, что это была не национальная, а имперская валюта, способная преобразовывать колониальные излишки в пресловутый экспорт капитала, с опорой на который она и функционировала.

Во-вторых, без экспортируемых излишков долларовая система, обеспечивающая ликвидность за счёт дефицита, была и остаётся подверженной дилемме Триффина: размер дефицита оказывает давление на стоимость доллара. Это привело к отказу от золота в 1971 году, и с тех пор долларовая система опирается не на накопление резервов, а на ряд финансиализаций – расширений чисто финансовой деятельности в долларах, – что порождает огромный спрос на доллары и противодействует понижательному давлению, оказываемому дефицитом бюджета США. Результатом стала серия «пузырей активов» в последние десятилетия и их болезненное схлопывание, а также целый ряд серьёзных проблем, указанных в официальном докладе, включая те самые «частые кризисы, сохраняющиеся дисбалансы в торговле и текущих счетах, растущий уровень государственного долга, а также дестабилизирующую волатильность потоков капитала и обменных курсов». Кстати, предложения Кейнса включали в себя прямо противоположные вещи: контроль над движением капитала и финансовую репрессию для предотвращения финансовых кризисов, содействие сбалансированным торговым и инвестиционным потокам, сбалансированный международный долг, контролируемые финансовые потоки и стабильные обменные курсы.

В-третьих, реальная основа системы – это не военная мощь США, длинный список неудач которой давно бы положил конец долларовой системе. Скорее проблема кроется в масштабном расширении финансовой активности, в первую очередь в долларах, которое поразило мир, вызвав волну низких темпов роста из-за низких производительных инвестиций, стремительного роста неравенства между классами и странами, огромных финансовых дисбалансов, волатильности, кризисов и проциклических краткосрочных притоков капитала в страны мирового большинства, служащих не расширению производительной активности, а лишь высасыванию стоимости из домохозяйств, предприятий и правительств.

В-четвёртых, хотя доклад Батисты справедливо определяет проамериканские и прозападные элиты в странах мирового большинства как важнейшую опору власти США, которую они могут использовать для операций по смене режима, их реальная связь с США не идеологическая, а финансовая. Финансовая система, основанная на долларе США, является величайшим в мире налоговым убежищем и служит удобной гаванью для денег, которые привилегированные элиты мирового большинства желают спрятать и/или использовать для спекуляций или хищнического кредитования за рубежом, а не для производительных инвестиций внутри страны. Именно их привязанность к этой системе представляет собой главное препятствие на пути создания альтернатив долларовой системе. Это и есть настоящая причина для пессимизма относительно перспектив их создания, а не количество стран мира, которые должны будут согласиться, как утверждается в докладе Батисты. Ведь для того, чтобы любая альтернатива работала, необходимо будет ввести контроль над движением капитала, чтобы предотвратить тот приток средств из стран-участниц в долларовую систему, который – а вовсе не сравнительно небольшие резервы, накопленные иностранными правительствами, – на самом деле поддерживает её функционирование.

Наконец, в-пятых, помимо давних проблем долларовой системы, усугублённых в последнее время её превращением в оружие и непредсказуемой политикой Трампа, у стран мирового большинства есть и более глубокая причина для создания альтернатив: долговечность долларовой системы ставится под сомнение не создаваемыми ими альтернативами, прогресс которых, как признают оба доклада, идёт медленно, а её собственными противоречиями, которые сегодня созрели до такой степени, что угрожают её крахом. Одним из важнейших факторов поддержки долларовой системы было подавление инфляции с помощью дефляции доходов в странах третьего мира посредством неолиберальной политики в целом и программ структурной перестройки в частности. Однако возможности делать это снижается, и нынешний всплеск инфляции ставит долларовую систему в затруднительное положение. Пройдя путь от привлечения средств в долларовую систему за счёт высоких процентных ставок примерно до 2000 года к привлечению средств путём раздувания «пузырей активов» посредством политики лёгких денег, Федеральная резервная система столкнулась с новой дилеммой: борьба с инфляцией с помощью повышения процентных ставок выше определённого уровня невозможна, поскольку это проткнёт финансовые пузыри, на которых сегодня зиждется долларовая система и богатство американской элиты. Но без этого инфляция подорвёт стоимость доллара. Хуже того, несмотря на нежелание ФРС повышать ставки выше текущего уровня, невероятный рост стоимости активов может в любом случае привести к краху, после которого невозможно будет спасти мировую роль доллара.