Мировая экономика
Энергия как оружие: ящик Пандоры открыт настежь

Нефтяное эмбарго против России, которое обсуждает ЕС, и/или остановка газовых потоков в результате споров вокруг схемы «газ за рубли» могут вызвать череду чрезвычайных бедствий. Россия пострадает, но и Европа тоже. Что больше всего беспокоит, так это то, что политики повышают ставки в энергетической игре, пишет Виталий Ермаков, эксперт Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ) НИУ «Высшая школа экономики».

Торговля энергоносителями долгое время служила основой экономических отношений между Россией и Западом. Особенно это касается Европы, которая была основным экспортным рынком для российских энергоресурсов. Но теперь, по-видимому, эта эпоха завершается. Конфликт на Украине превратил давно и тщательно спланированный развод между Россией и Европой, который обе стороны обдумывали в течение достаточно долгого времени, в поспешный и некрасивый разрыв, при котором бывшие партнёры пытаются максимально навредить друг другу, невзирая на последствия и побочный ущерб.

Поскольку экспортные потоки российской нефти, нефтепродуктов, угля и газа обеспечивают значительную роль России в международной торговле и формируют львиную долю экспортных доходов страны и её бюджет, неудивительно, что энергоносители сейчас находятся в центре противостояния. Некоторые европейские политики используют сам факт импорта больших объёмов углеводородов из России как повод для обвинения её в применении «энергетического оружия». Россия считалась виновной по умолчанию, когда ей приходилось принимать меры, чтобы заставить своих контрагентов платить договорные цены, которые время от времени оказывались неудобными для покупателей. При этом тот факт, что в 2020 году, когда цены на газ упали до минимального уровня, «Газпром» поставлял газ в Европу себе в убыток, быстро забыли. Бесспорно, энергетический кризис в Европе привёл к беспрецедентным скачкам цен на энергоносители и опасениям по поводу энергетической безопасности и энергетической нищеты в 2021 и 2022 годах, в то время как доходы России от экспорта резко выросли.

Однако энергетический кризис носит глобальный характер, и обвинять Россию в колебаниях цикла вряд ли возможно.

И всё же западные политические лидеры крайне недовольны тем, что неожиданный рост цен работает в пользу России, поскольку они не хотят давать Кремлю средства для финансирования военной программы и планов по диверсификации от Европы посредством «поворота на Восток». Таким образом, они превращают энергию в оружие, вводя энергетические санкции, торговые эмбарго и замораживание активов.

Кроме того, по мере роста денежной оценки ущерба, понесённого Украиной в результате военного конфликта, на Западе растут опасения по поводу будущих обязательств и источников их покрытия. Что произойдёт, когда конфликт исчерпает себя, если Россия откажется платить репарации, которые требует Украина? Придётся ли США и ЕС финансировать восстановление Украины без особой надежды на возврат денег? На фоне этих опасений появились планы по конфискации экспортной выручки России.

Замораживание около 300 миллиардов долларов российских валютных резервов в западных банках было лишь первым актом, но будут и другие. Одним из таких планов является введение импортной пошлины на экспортируемые из России энергоносители. Ещё одна идея заключается в том, чтобы перечислять оплату за российский экспорт углеводородов на эскроу-счета в западных банках и разрешать России только ограниченный доступ к средствам на определённых условиях.

Чтобы заставить Россию прогнуться под давлением и принять условия Запада, вводятся всё более жёсткие ограничительные меры в торговле на фоне решения Европейской комиссии прекратить импорт российских энергоносителей, как только это будет возможно.

Во-первых, страны ЕС ввели эмбарго на импорт российского угля, которое вступит в силу 10 августа 2022 года.

Объёмы экспорта российского угля в ближайшей перспективе сократятся из-за логистических проблем, связанных с перенаправлением поставок на другие рынки, но рекордная цена на уголь в 2022 году приведёт к тому, что Россия получит гораздо больше доходов, чем за предыдущие три года вместе взятые, даже при меньшем объёме экспорта угля.

Во-вторых, ЕС хочет ввести нефтяное эмбарго против России, но рискует нанести гораздо больший ущерб своей экономике, чем российской, из-за скачков цен на сырую нефть и возможной нехватки дизельного топлива, которое имеет решающее значение для перемещения товаров по Европе.

В-третьих, ЕС объявил о планах постепенного отказа от российского газа. При этом он ставит перед собой цели (сокращение экспорта российского газа на две трети в 2022 году и полное освобождение от российского газа к 2030 году), которых невозможно достигнуть без чудес как со стороны предложения, так и со стороны спроса.

Что ещё более важно, в отличие от ситуации с углём и нефтью, у «Газпрома» и европейских компаний есть долгосрочные газовые контракты с обязательствами «бери или плати», часть которых действует до 2040-х годов. Если контрагенты «Газпрома» не забирают предусмотренные контрактом объёмы газа, они всё равно должны заплатить за него («бери или плати», как правило, это 80 процентов от среднего контрактного количества с некоторым льготным периодом, позволяющим переносить обязательства на несколько лет). Одностороннее нарушение долгосрочных контрактов влечёт за собой большие штрафы, поэтому политические директивы ЕС о резком прекращении поставок российского газа ставят европейские компании на путь столкновения с «Газпромом» и открывают ящик Пандоры разорительных судебных разбирательств.

Реакция России на торговые ограничения и угрозу конфискации её экспортной выручки ЕС была очень прагматичной.

Энергетическая взаимозависимость между Россией и Европой не может быть ликвидирована в директивном порядке. Спрос и предложение на энергоносители неэластичны в краткосрочной перспективе, и любые попытки идти наперекор экономическим реалиям могут привести только к скачкам цен. России крайне необходимо перенаправить свой экспорт энергоресурсов в Индию и Китай, но она не может сделать это в мгновение ока. Что касается попыток Запада контролировать доходы от экспорта углеводородов из России, то реакция на них была быстрой и вылилась в Указ Президента России № 172 (так называемая схема «газ за рубли»).

Любой ход в стратегической игре сочетает в себе нападение, оборону и упреждающий удар. В то время как налицо элементы нападения (предупредительный выстрел в адрес держателей мировых резервных валют) и обороны (защита от санкций «Газпромбанка», уполномоченного лица по проведению расчётов за российский газ), представляется, что упреждающий удар был основной задачей указа Путина: введение нормативного требования о переходе на новый механизм оплаты, при котором обязательство покупателя признается только при переводе платежа на рублевый счёт «Газпрома» в России, что блокирует любые возможные попытки ареста экспортной выручки «Газпрома» в ЕС. Неуплата по новой схеме будет означать неуплату за поставленный газ, что вынудит «Газпром» немедленно прекратить поставки, поскольку он должен соблюдать российское законодательство. Возможные планы ЕС арестовать платежи европейских покупателей на евросчетах «Газпрома» в европейских банках и продолжать требовать бесперебойных поставок, пока спор будет годами рассматриваться в арбитраже, были сорваны. Теперь европейским компаниям, которые не платят за поставленный газ, грозит немедленное отключение.

В конце апреля польская PGNiG и болгарская Bulgargaz, две европейские компании, чьи долгосрочные контракты с «Газпромом» истекают в конце 2022 года, решили проверить решимость «Газпрома» и отказались платить по новой схеме, ссылаясь на то, что это не соответствует их контрактам. 27 апреля «Газпром» заявил о прекращении поставок газа в Польшу и Болгарию. «Газпром» заявил, что, по его информации, Польша и Болгария начали изъятие объёмов из транзитного потока российского газа, используя повышенные номинации французских и итальянских компаний (которые, видимо, демонстрировали свою солидарность, разрешив PGNiG и Bulgargaz забирать газ из объёмов по контрактам для Франции и Италии) и прибегая к механизму так называемого виртуального реверса. В мае у крупных покупателей российского газа из Германии, Франции и Италии наступает крайний срок перехода на схему «газ за рубли». Нет никаких сомнений в том, что их неуплата также приведёт к отключению газа со стороны «Газпрома», но уже без «чёрного хода». Результатом возможной эскалации станут срыв программы заполнения европейских газохранилищ этим летом, дальнейшие всплески цен на газ и реальная угроза остановки газоёмких производств в Европе, а граждане Европы рискуют замерзнуть и оказаться без света зимой 2022–2023 годов.

Мало кто сомневается, что нефтяное эмбарго против России, которое обсуждает ЕС, и/или остановка газовых потоков в результате споров вокруг схемы «газ за рубли» могут вызвать череду чрезвычайных бедствий. Россия пострадает, но и Европа тоже. Что больше всего беспокоит, так это то, что политики повышают ставки в энергетической игре, которую они плохо понимают и которая легко может выйти из-под контроля.

Азия и Евразия
Россия и Китай наращивают сотрудничество в газовой отрасли: причины и последствия
Виталий Ермаков
В новой реальности Европа стремится как можно скорее снизить свою зависимость от поставок энергоносителей из России, невзирая на цену такой политики. России придётся в ускоренном режиме проводить политику поворота на Восток, и сложившейся ситуации в явном выигрыше остается Китай, у которого появляется возможность получать российские газ и нефть с существенным дисконтом. Российско-китайское сотрудничество в газовом секторе анализирует Виталий Ермаков, эксперт Центра комплексных европейских и международных исследований (ЦКЕМИ) НИУ «Высшая школа экономики».
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.