Cмотреть
онлайн-трансляцию
«Все говорят: нет правды на земле…»

Но нет её и выше, замечает Сальери в «Моцарте и Сальери» Пушкина. И похоже, что современный информационно-коммуникационный мир является совершенно уникальной иллюстрацией этого утверждения. Распад реальности, порождённый интернетом, ведёт нас к крушению мира, причём быстрее, чем все конфликты и коронавирусы вместе взятые, пишет Андрей Быстрицкий, председатель Фонда клуба «Валдай». 

Мир, как всегда, полон вызовов, проблем и угроз. Изменения климата пугают чудовищными последствиями. Вспышки смертельно опасных инфекций, происходящих, как выясняется, от неосторожного поедания змей и летучих мышей в Ухане, вызывают повсеместную панику. Никуда не делись и довольно кровавые конфликты, подчас угрожающие глобальными войнами и бесчисленными разрушениями. В очень многих, даже вроде бы благополучных странах мы видим проявления серьёзного социального недовольства. Я уж не говорю о вечных опасениях экономических потрясений и разорения, да и ещё о многом другом, что тревожит нервное и недальновидное человечество.

Однако в последнее время особенно проявилась ещё одна беда, ещё одно обстоятельство, которое способно многократно усилить воздействие каждой проблемы, волнующей людей. И это обстоятельство – новая информационно-коммуникационная среда, что возникла буквально за последние два-три десятилетия. То, что не очень точно и излишне обобщённо мы называем интернетом.

Меня, например, поразило, что в Тюмени, рядом с которой разместили россиян, эвакуированных из Китая в связи с коронавирусом, вспыхнула вовсе не эпидемия заболевания, а интернет-эпидемия довольно злобных и совершенно недопустимых постов в социальных сетях, которые в равной мере проиллюстрировали склонность множества людей и к ненависти к себе подобным, и к сознательной или бессознательной дезинформации.

Недоступная свобода, или Новое невежество
Андрей Быстрицкий
Свобода выражения своего мнения, равно как и право на достоверную информацию, что часто (и часто ошибочно) объединяют в одно понятие «свобода слова», переживают противоречивые времена. Вроде бы никогда не было так легко общаться, как сейчас, но всё равно люди бродят во всепоглощающем тумане информации вслепую и рискуют забрести туда, откуда выхода не будет. Возможно, новые коммуникации – главная угроза миру сегодня, пишет Андрей Быстрицкий, председатель Фонда клуба «Валдай».
От председателя

В общем, дело в том, что упомянутая информационно-коммуникационная среда (социальные сети, мессенджеры и прочие технологические находки интернета) в очень существенной степени ослабила нашу возможность отличать правду от лжи, наше умение проверять факты и находить более или менее достоверные сведения.

Упомянутая уже эпидемия «коронавируса» сопровождается бурным потоком совершенно непроверенных сообщений то о сотнях тысяч заболевших, то о горах трупов в клиниках, то ещё бог весть о чём не только в Тюмени, а по всему миру.

А то, например, как обсуждается климат, вызывает откровенное изумление: картины мира, системы фактов у сторонников разных теорий отличаются настолько радикально, что возникает вопрос, какие могут быть дискуссии в такой ситуации? Представления о том, что происходит на Ближнем Востоке, в значительной степени перестали зависеть от реальной информации и превратились в следствие тех или иных убеждений, происхождение которых, кстати, тоже неочевидно.

Конечно же, можно возразить, что достоверная информация всегда была дефицитом. И во времена крестовых походов, к примеру, расхождения в картинах мира Ричарда Львиное Сердце и у Саладина были не менее, если не более, радикальными, чем расхождения между представлениями аятоллы Али Хаменеи и Дональда Трампа. Но сотни лет назад поток информации был настолько слаб, а число носителей знания, принимающих решения, столь невелико, что существовала возможность некой – хотя и медленной, и искажённой – дискуссии для выяснения, а что же всё-таки происходит на самом деле.

Нынешний бушующий информационный океан делает достижение какой-то более или менее всеми разделяемой истины крайне сложным, если и вовсе не невозможным.

В сущности, вызов не в том, что не хватает информации, не в том, что люди думают по-разному и чаще всего предвзяты, не в том, что одни сознательно, а другие бессознательно врут. Вызов не в этом, такое было всегда: несовершенная природа человека изменилась мало. Вызов в том, что по ряду причин человеческая способность компетентно работать с информацией сильно понизилась. Распался механизм проверки информации, исчезла иерархия новостей, потерян контроль общества за циркулирующими в нём сведениями.

И именно поэтому, как мне представляется, все текущие проблемы катализируются и делаются в разы более опасными именно из-за распада мировой информационной системы. И простые граждане, и элиты, и всякого рода учёные эксперты оказались лишёнными возможности конструктивной дискуссии как из-за неукротимого потока информации, достоверность которой сомнительна, так и из-за распада необходимой для культуры и цивилизации иерархии как новостей, сведений, фактов, так и источников этой информации. В каком-то смысле произошла девальвация и экспертного мнения, и профессиональных медиа, которые оказались не более весомыми, чем мнения простака с улицы. Сказанное не означает, конечно, что мнение взбалмошного подростка не имеет права на существование, но вот должно ли оно приравниваться к мнению компетентного учёного или опытного политика?

Не удержусь от ещё одной цитаты из «Моцарта и Сальери»:

Моцарт

Сейчас. Я шёл к тебе,

Нёс кое-что тебе я показать;

Но, проходя перед трактиром, вдруг

Услышал скрыпку... Нет, мой друг, Сальери!

Смешнее отроду ты ничего

Не слыхивал... Слепой скрыпач в трактире

Разыгрывал voi che sapete. Чудо!

Не вытерпел, привёл я скрыпача,

Чтоб угостить тебя его искусством.

Войди!

Входит слепой старик со скрыпкой.

Из Моцарта нам что-нибудь!

Старик играет арию из Дон-Жуана;

Моцарт хохочет.

Сальери

И ты смеяться можешь?

Моцарт

Ах, Сальери!

Ужель и сам ты не смеёшься?

Сальери

Нет.

Мне не смешно, когда маляр негодный

Мне пачкает Мадонну Рафаэля,

Мне не смешно, когда фигляр презренный

Пародией бесчестит Алигьери.

Пошёл, старик.

Моцарт

Постой же: вот тебе,

Пей за моё здоровье.

Старик уходит.

Но если во времена Пушкина старик безропотно удалился выпить стаканчик, то сегодня он, похоже, выгнал взашей и Моцарта, и Сальери.

И потому возможно, что мы недооцениваем главную угрозу современному человечеству: угрозу информационного хаоса, способного разрушить механизмы человеческой коммуникации и вместе с ними само человеческое общежитие.

Я понимаю, что в глазах многих всё обстоит с точностью до наоборот. Настала эра интернета, невероятной свободы и скорости коммуникаций. Объёмы доступной информации растут с невероятной скоростью. Миллиарды людей объединены в социальные сети, имеют, – правда, больше теоретическую, – возможность общаться друг с другом напрямую и создавать любые сообщества. Стоит только кликнуть, как говорят, «погуглить», и вроде бы все сокровища мировой культуры перед тобой. Более того: нам обещают создать и вовсе глобальную, неизвестно кому подконтрольную информационную среду, опирающуюся на сотни и тысячи спутников. Но вот к чему это приведёт? Что в реальности?

Ей-богу, при всех этих чудесах возникает сомнение, а привело ли всё это информационно-коммуникационное изобилие к развитию более точного знания, росту просвещения или повышению уровня толерантности?

Недавно один из знакомых сообщил мне, что вступил в какое-то сообщество любителей вина, созданное вроде бы для обмена сведениями, повышения, так сказать, винно-культурного уровня. «И что, удалось ли возвыситься и просветиться?» – спросил я у знакомого. «А то, – ответил мне знакомый, – у меня появилась прекрасная возможность с удовольствием излить весь свой гнев, желчь и раздражение приемлемым образом, самоутвердиться и иметь каждый день повод для издёвок над окружающими».

Впрочем, влияние интернет-коммуникации на человека и на его моральные и прочие качества – отдельная тема. Как мне кажется, в значительной степени интернет стал безопасным способом проявления ненависти и агрессии к окружающим просто потому, что в реальном мире бросаться камнями не очень получается, можно крепко за это получить, а вот в интернет-среде это практически безопасно.

Но всё же агрессивный и раздражительный характер людей – другой вопрос. Главный вызов вовсе не в потворстве низменным качествам человека, для которых интернет оказался питательным бульоном. Центральная проблема – возможность пользоваться информацией и принимать на основании сколь-нибудь достоверных сведений разумные решения.

Совсем недавно Стивен Кинг сообщил, что закрывает свою страничку в «Фейсбуке», потому что эта социальная сеть полна фальшивой информации, совершенно ложных сведений. И так думает не только писатель Кинг.

Дело в том, что, создав информационное изобилие, породив невиданную зависимость от потоков мнений и новостей неизвестного происхождения, человечество не смогло придумать достойные институты регулирования этих потоков, организовать систему ответственности пользователей и проверки поступающих в сеть сообщений.

В своё время, когда появились электронные медиа, – более ста лет назад, – были созданы, например, «общественные» СМИ (public service broadcasting). Идея была проста: в условиях бурного развития электронных коммуникаций – радио и телевидения – прежде всего нужно укрепить информационную иерархию, информационную пирамиду. «Общественные» СМИ – такие как «Би-би-си», например, – были созданы независимыми от рекламы, поскольку содержались за счёт взносов граждан (licence fee) и контролировались представителями общества в виде всяких наблюдательных советов и тому подобного. Лучше или хуже, но это долгое время работало. Естественно, в сочетании с законами, регулирующими работу СМИ.

Увы, но ныне эта система не слишком эффективна. Хотя бы потому, что в электронном мире практически нет границ и очень слабо регулирование.

Дело в том, что интернет и, прежде всего, коммуникационные платформы создали совершенно новую среду, в которой количество СМИ сопоставимо с населением Земли. В известном смысле каждый, у кого есть доступ к интернету, имеет возможность распространять информацию неопределённому кругу лиц, ограниченному в общем-то численностью населения Земли.

И это если не считать инопланетян, которым, не исключено, доступны все наши сообщения. А всё управление этим новым информационно-коммуникационным миром сосредоточено в руках буквально нескольких людей, которые никакому контролю не подвластны: владельцев и администраторов социальных сетей, телекоммуникационным операторам. Ничуть не подозревая их в злонамеренности, нельзя и забывать, что во многом нынешняя картина сложилась потому, что в очередной раз возникла опасная иллюзия, будто люди сами по себе хорошие и способны к саморегулированию. Забавно, что гипербогатые мегакапиталисты, владеющие всякими фейсбуками и твиттерами, оказались сторонниками левых идей. В своё время ещё классики марксизма писали, что в будущем не будет нужно государство, поскольку просвещённые люди будут сдерживать порывы и легко унимать распустившихся, чрезвычайно редких буянов. Увы, лишённые институтов и регулирования, законов и систем люди могут породить только что-то вроде фашизма или дикой анархии, которая всё равно завершится тоталитарным и насильственным решением.

Социальные сети сегодня – трудно регулируемая толпа, подверженная химерическим взглядам, панике, ненависти и предвзятости. И размер этой толпы имеет тенденцию расти. В силу же отсутствия регулирования в новой информационно-коммуникационной среде, в своего рода «мире-2», и присутствия в обычном мире, «мире-1», демократических институтов происходит очень опасный процесс втягивания всё большего количества людей в «мир-2», с одной стороны. А с другой – растёт влияние интернет-среды на повседневную жизнь государств, прежде всего, повторю, демократически организованных.

Фейковые новости, даже будучи разоблачёнными, влияют на реальные голосования. Их изобилие, разнообразие и эмоциональная острота погружают избирателей в мир бесконечной неустойчивости, в котором невозможно разобраться, что правда, а что ложь. Повторю, дело не в том, что люди прежде не врали. Просто ложь была сравнительно устойчива. Земля стоит на четырёх слонах, например. И это позволяло как-то ориентироваться. Сегодня же утренний фейк о том, что один слон заболел, разоблачается к обеду, а вечером появляется ещё что-то новое о черепахе, на которой слон теперь не стоит, а лежит, но и это тоже недостоверно и не проверено.

В результате развивается растерянность, когнитивный диссонанс, который приводит к рабскому следованию за кумирами, некритическому восприятию реальности, дроблению обществ на непримиримые конфликтующие группы, готовые уничтожать друг друга. Вообще-то, это прямая дорога к фашизму или чему-то сходному.

Так что на повестке дня два вопроса.

Первый – как нам регулировать существующую информационно-коммуникационную среду. Причём регулирование, во всяком случае полноценное, может быть только международным. То есть на мировом и национальном уровнях необходимо выработать систему законов, обязательных к исполнению. Эта система должна прежде сформулировать решение проблемы ответственности, проверки в сочетании с поддержанием свободы коммуникаций. Грубо говоря, фейсбуки, твиттеры и телеграмы должны подчиняться законам.

Второй касается поведения людей в интернет-среде. В какой-то мере нам необходимо сблизить правила двух миров – электронного и неэлектронного. Я периодически размышляю о введении чего-то сопоставимого с «интернет-гражданством», с полной и точно деанонимизацией интернет-среды. Как люди в старом привычном «мире-1» отвечают за свои действия, так же они должны отвечать и в мире электронном, в «мире-2». Мультиплицированная сплетня, которой во многом является сегодня интернет, должна сопровождаться такими же последствиями, как сплетни и оговор в традиционном обществе. Заведомо ложные сообщения должны караться вне зависимости от среды, в которой они распространяются.

Может быть, стоит подумать и о воссоздании чего-то вроде public service broadcasting, но в интернет-среде. Это, конечно, должны быть новые мультимедийные платформы, агрегаторы нового класса, если хотите, управление которыми должно носить общественный и прозрачный характер.

Конечно, это можно счесть утопией, но, в конце концов, именно утопии породили современный и во многом комфортный мир.

И в заключение. В советское время был популярен анекдотический диалог между продавцом и покупателем газет. «Есть ли “Правда”»?» – спрашивает покупатель. «“Правды” больше нет», – отвечает продавец. «А “Известия”?» «“Известий” не ждите. Остался только “Труд” за три копейки». В советское время этот анекдот был грустным напоминанием о суровой реальности, но сейчас он может считаться прогнозом того, что останется людям, если нынешний информационно-коммуникационный потоп не будет введён в какие-либо берега.

Чёрное зеркало: новая оптика для нового мира
Андрей Быстрицкий
Человечество входит в фазу критических преобразований. Конфликт между разными политическими силами углубляется. Но самое важное – необычайно расширилось коммуникационное поле политических сражений. Прежде малозначительный игрок – широкие мировые массы – обрели пространство для политического действия. Традиционные политические элиты, образованные и богатые, рискуют потерять контроль над мировым процессом.
От председателя