Выборы в Бразилии: налево, направо, кругом?

В условиях выбора между левым и правым радикализмом маятник развития Бразилии может резко качнуться. И «цена вопроса» достаточно велика. Закончится ли на этих выборах знаменитый «левый поворот» в стране и в Латинской Америке в целом? Отдельный вопрос: как изменится внешняя политика Бразилии после возможной победы правых, как в этом случае она будет относиться к БРИКС и сотрудничеству с Россией? Поэтому к выборам 7 октября приковано внимание не только в самой стране, но и по всему миру.

7 октября 2018 года – день президентских выборов в Бразилии. Понятно, что любые выборы руководителя страны крайне важны, но именно нынешние события во-многом являются решающими для будущего страны. Бразилия сейчас практически расколота. С одной стороны, это сторонники крайне левой Партии трудящихся, представители которой Лула да Силва и Дилма Русеф почти 15 лет возглавляли страну и сейчас находятся под обвинениями в коррупции. С другой стороны, выступает их крайне правый оппонент из Социал-либеральной партии. Именно кандидаты от этих двух партий лидируют по соцопросам. Кандидат социал-либералов Жаир Болсонару, публично выражавший симпатии ультраправым режимам из не столь далекого прошлого Бразилии, по опросам, побеждает в первом туре, но во втором – по опросам – пока уступает несколько процентов кандидату от Партии трудящихся Фернанду Хаддаду. Представители умеренных партий политического спектра пока ощутимо уступают обоим радикалам. Понятно, что в этих условиях выбора между левым и правым радикализмом маятник развития страны может резко качнуться. И «цена вопроса» достаточно велика. Закончится ли на этих выборах знаменитый «левый поворот» в Бразилии и в Латинской Америке в целом? Отдельный вопрос: как изменится внешняя политика Бразилии после возможной победы правых, как в этом случае Бразилия будет относиться к БРИКС и сотрудничеству с Россией? Поэтому к выборам 7 октября приковано внимание не только в самой стране, но и по всему миру.

История Бразилии в XX–XXI веках уже знала несколько подобных поворотов. Период ультраправой диктатуры Жетулиу Варгаса длился с перерывами с 1930 по 1954 годы. Его политику отличал курс на построение корпоративистского (если не сказать – квазифашистского) «нового государства» (Estado Novo). Именно в этот период были основаны многие крупнейшие бразильские компании, такие, как, например, Petrobras и Vale. Социальная политика Варгаса (несмотря на весь популизм) включала в себя меры по борьбе с бедностью. Не случайно за Варгасом закрепилось имя «отца бедных». Это отчасти объясняет и достаточно высокую ностальгическую популярность Варгаса в Бразилии (стране резких социальных контрастов) вплоть до сего дня. В 1986 году федеральным законом ему был посмертно присвоен титул «Защитника трудящихся Бразилии», а в 2010 году (уже во время левого правительства Лулы) его имя другим законом было вписано в официальную «Книгу героев Отечества» и выбито на стенах Пантеона Отечества – одного из наиболее значимых монументов страны.

Ностальгия о Варгасе объясняет, с одной стороны, то, что в современной Бразилии нет табу на ультраправые идеи в отличие от других стран, переживших подобный опыт (своего рода «прививки от фашизма»). С другой стороны, она показывает востребованность (и приемлемость) в Бразилии своего рода «право-левого» синтеза, когда электорально успешный политик должен сочетать в себе черты с противоположных флангов политического спектра.
В целом же динамике глобального запроса на право-левый синтез в современной политике посвящён недавний доклад Клуба «Валдай» «Глобальный “левый бунт”: ожидания и реальность».

«Эра Варгаса» сменилась примерно десятилетием демократических правительств. Из них в политической памяти выделяется прежде всего президентство Жуселину Кубичека (1956–1961 годы). В целях сбалансированного развития регионов он перенёс столицу государства из приокеанского Рио-де-Жанейро в специально построенный новый город Бразилиа, находящийся в центре страны. Кубичек активно проводил политику модернизации, открыл страну для внешних инвестиций, и за ним закрепился титул «отца современной Бразилии».

Затем в 1964–1985 годы снова наступило время военной диктатуры. Она сопровождалась жёсткими нарушениями прав человека, однопартийной системой, цензурой в СМИ и преследованием политических оппонентов. Но в то же время её экономическая политика была достаточно эффективной (отчасти – по сходной логике с режимом Пиночета в Чили), и с правлением военных связывают термин «бразильское экономическое чудо» с ежегодными темпами роста ВВП в среднем около 10%. Пропаганда этого периода породила и значимый до сих пор лозунг «Бразилия! Люби её или уезжай из неё».

В 1985 году демократия в стране была восстановлена, и 1990-е годы ознаменовались неолиберальными реформами президентов Фернанду Колор ди Мелу и Фернанду Кардозу. Была запущена масштабная кампания по приватизации, но обратной стороной этого процесса стало свертывание социальных программ, рост инфляции и коррупция. Это, естественно, приводило к частным всплескам политического недовольства граждан. И на этом фоне набирала силу новая протестная партия – Партия трудящихся, лидером которой стал профсоюзный активист Лула да Силва. Лула принимал участие во всех всеобщих президентских выборах после восстановления демократии, и его результаты постоянно росли. В 1989 году он получил 17% в первом туре (47% во втором), в 1994 году – 27%, в 1998 году – 31%. Также (хотя и меньший) рост результатов показывала и Партия трудящихся на парламентских выборах. В итоге на президентских выборах 2002 года Лула одержал убедительную победу (46% голосов в первом туре и 61% во втором). После этого Бразилия вступила в новый этап своего развития.

Лула начал проводить активную социальную политику, направленную на смягчение имущественных контрастов в стране. Он инициировал кампанию «Ноль голода» (Fome Zero) по продовольственной помощи беднейшим слоям населения. Другая кампания «Семейная стипендия» («Bolsa Familia») была направлена на помощь беднейшим семьям по обучению их детей в школе и вакцинации.

Но запомнился Лула отнюдь не только своей внутренней политикой. С самого начала он сознательно и активно позиционировал себя как лидера глобальной альтернативы неолиберальному мейнстриму в странах Запада. Поэтому Лула очень быстро стал знаменем мирового антиглобалистского движения. Успех Лулы подавался как то, что изменения возможны, что программы антиглобалистов не являются лишь уличной утопией, а могут быть реализованы в жизнь. Поэтому Бразилия Лулы воспринималась как естественный центр победившего антиглобализма. С 2001 года, ещё до своего избрания, Лула начал проводить Всемирный социальный форум в бразильском городе Порту-Алегри, за которым закрепилась репутация Анти-Давоса. Само его название прямо апеллировало к официальному наименованию Давосского форума как Всемирному экономическому форуму. Тем самым выстраивалась яркая и понятная оппозиция между неолиберальным клубом сильных мира сего в Давосе и несогласными с ними с центром в Бразилии. В антиглобалистских манифестах выстраивалась чёткая разграничительная линия между «силами добра и зла». И в итоге победа Лулы привела к своего рода глобальной эйфории в протестных гражданских кругах всего мира.
Союз Лулы и антиглобалистов способствовал к формированию ещё одной глобально важной идеологической концепции – «трёх серебряных миллиардов». Она противопоставлялась пресловутому «золотому миллиарду» – жителям развитых стран Запада и объединяла своего рода «сердцевину мира» – население наиболее продвинутых развивающихся стран.
И поскольку оно в своей совокупности составляет почти половину населения Земли, то «серебряные миллиарды» по справедливости имеют большее право на глобальное представительство и право говорить от всего мира в целом, чем золотой миллиард Запада. Концепция серебряных миллиардов затем легла в основу новой политической структуры – БРИКС с чётким акцентом на её альтернативность западным моделям. Пожалуй, с идеологической точки зрения именно Лула выделяется среди отцов-основателей БРИКС больше всего.

Впрочем, итог правления Партии трудящихся оказался не таким бравурным, как его начало. Сохранившаяся коррупция, недовольство населения дорогостоящими спортивными проектами в стране (чемпионат мира по футболу 2014 года и летняя олимпиада 2016 года), плюс крайне жёсткая политическая борьба против Лулы и его преемницы Дилмы Русеф со стороны их либеральных и правых оппонентов как внутри страны, так и из-за рубежа, привели к импичменту Дилмы в 2016 году и уголовному преследованию Лулы. Но твёрдое ядро их сторонников по-прежнему велико.

Почему в Латинской Америке побеждают правые?
В большинстве стран Латинской Америки, за исключением Эквадора, Венесуэлы и Уругвая, левые президенты и правительства уступили место правым. На то существует четыре основных причины: высокий уровень коррупции; тот факт, что крупнейшими СМИ владеют именно правые; не вполне удачная стратегия использования Китая в качестве экономического заслона и влияние США, которые недолюбливают левых и поощряют правых.
перейти
© 2018 Eduardo Verdugo/AP
Поэтому президентские выборы 7 октября (и одновременные с ними парламентские и региональные выборы) являются отнюдь не рядовыми. Они определяют выбор крупнейшей страны Латинской Америки и ключевого члена БРИКС между тремя векторами развития: несистемным (с западной точки зрения) левым, несистемным правым и неолиберальным. Будем ждать их итогов.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.