Война и мир: проблемы послевоенного восстановления Сирии

10.02.2018

Война в Сирии может продлиться и породить побочные конфликты: в Идлибе – между режимом и джихадистами, на границе с Ираком – между США и Ираном, на Голанских высотах – между Израилем и «Хезболлой», а также из-за фактически автономного курдского района на севере. Россия и Иран продемонстрировали своё военное мастерство, но смогут ли они закрепить победу на длительный срок?

Утверждение, что все конфликты когда-нибудь заканчиваются, стало трюизмом. Но не все заканчиваются быстро и кардинально. Говорить об окончании гражданской войны в Сирии ещё слишком рано, однако в последний год стало ясно, что конфликт благодаря военным усилиям России, Ирана и «Хезболлы» подходит к концу и преимущественно на условиях режима Асада. Время и обстоятельства его завершения будут обусловлены либо решающей победой, либо началом переговоров о мире и последующем политическом урегулировании. Насколько прочным будет достигнутый мир, зависит от ряда факторов, в частности масштабов работ по послевоенному восстановлению страны. В связи с этим возникает вопрос о том, кто и на каких условиях должен этим заниматься?

На войне все трофеи достаются победителю, как и обязанность по поддержанию мира. Иначе конфликт может возобновиться, что повлечёт за собой новые жертвы и затраты. Есть ли у России и Ирана возможность и желание возложить на свои плечи такую ношу? Масштаб разрушений в Сирии огромен; потребуются годы относительно затишья и огромные средства, чтобы создать базовые условия для восстановления жизнедеятельности в наиболее пострадавших районах. Россия и Иран продемонстрировали своё военное мастерство, но смогут ли они закрепить победу на длительный срок, обеспечив приток необходимых финансовых ресурсов? Это весьма сомнительно, но и оставить всё как есть в постконфликтной ситуации они тоже не могут. Иными словами, желание есть, но нет возможности.

Рассматривается вариант решить проблему за счёт западных государств и институтов, предложив им взять на себя главную финансовую ответственность за восстановление Сирии. Однако западные страны устами ЕС дали ясно понять, что будут «готовы оказать помощь в восстановлении Сирии лишь после того, как по договорённости между сирийскими сторонами конфликта начнутся всесторонние, подлинные и всеобъемлющие политические преобразования на основе резолюции 2254 СБ ООН и Женевского коммюнике».

В этом отношении готовность России и Ирана к соответствующим действиям также следует поставить под вопрос. Смогут ли они поступиться военными победами и принести в жертву свой главный политический дивиденд – обеспечение выживания нынешнего режима, позволив осуществиться мерам, предусмотренным в резолюции 2254, в полном соответствии с её буквой и духом и тем самым смириться с возможным отстранением Асада от власти? Ответить на этот вопрос могут только они сами, но, скорее всего, у них нет на этот счёт единого мнения. Очевидно, что Россия желает сохранить государственный аппарат, но она может (хотя это маловероятно) согласиться и на то, чтобы сохранить государственность без Асада на завершающей стадии политического урегулирования. Что касается Ирана, то, судя по тому, какая модель государственного устройства внедрялась им в других случаях, он скорее предпочтёт наличие в Сирии ряда конкурирующих центров власти под общим руководством семьи Асада, своего верного союзника.

Сирия вернулась к сирийцам. Что дальше? Нурхан Эль-Шейх
Сирия вернулась к сирийцам. Если вспомнить ситуацию в конце 2016 года, то становится ясно, каких великих достижений Россия добилась в Сирии. На прошлой неделе Минобороны России объявило, что Сирия полностью освобождена от террористов ДАИШ*. Это действительно чудо, которого никто не мог ожидать год назад. Это результат огромных усилий России за период свыше двух лет, начиная с сентября 2015 года, когда она начала наносить удары с воздуха по террористам в Сирии.

Европейцы и американцы изложили свои условия, но у них может не оказаться рычагов воздействия для их осуществления. Ведь отказ финансировать восстановление страны может спровоцировать продолжение военных действий, что чревато новыми волнами беженцев, которые, как выясняется, вызывают политические осложнения в Европе. Поэтому западные государства заинтересованы в окончании войны и установлении прочного мира посредством восстановления экономики страны. Они пытались доказать, что устойчивый мир в Сирии при правлении Асада невозможен и что условия, изложенные в резолюции 2254, вполне разумны. Однако Россия и Иран вряд ли примут их доводы. Они полагают, что сохранение режима у власти обеспечит «более или менее» прочный мир независимо от того, в каких масштабах будет осуществляться послевоенное восстановление.

Более того, якобы монолитная позиция ЕС вдруг пошла трещинами: руководство отдельных стран стало намекать, что могло бы поддержать вариант восстановления без соблюдения условий ЕС. Впрочем, даже в случае достижения общего согласия касательно принципа передачи власти в Сирии, его применение на практике встретится с колоссальными проблемами. Дьявол, конечно, прячется в деталях, но имеются и такие очевидные препятствия, как процветающая «экономика военного времени», обогатившая небольшую группу предпринимателей (если их так можно назвать) вокруг режима и внутри него. Они должны быть уверены, что приток направляемых на восстановление средств (если к ним подпустят) сулит им больше выгоды, чем продолжение войны. Однако идея подкупа военных спекулянтов, нажившихся на крови и страданиях сирийского народа, может не понравиться западной общественности, которую попросят оплатить расходы по восстановлению.

России и Ирану пока что рано объявлять о победе в Сирии. Война может продлиться и породить побочные конфликты: в Идлибе – между режимом и джихадистами, на границе с Ираком – между США и Ираном, на Голанских высотах – между Израилем и «Хезболлой», а также из-за фактически автономного курдского района на севере. Однако в условиях, когда окончание войны стало возможным, совсем не рано начать обсуждение стратегии, которая позволит стать победителями не только в войне, но и в мире.

Если они выберут путь, который Москва предложила ЕС, а именно чтобы западные государства и учреждения взяли на себя финансирование восстановления Сирии, то Иран и Россия должны будут предоставить гарантии, на которые рассчитывают западные партнёры. Последним же в свою очередь придётся решить, будут ли означенные инвестиции соответствовать их фундаментальным интересам, а именно появлению – приемлемой для них послевоенной Сирии.

Отказ от обсуждения по умолчанию приведёт к вполне ожидаемым результатам – конфликтам и нестабильности на местах, потокам беженцев и внутренне перемещённых лиц, не имеющих возможности вернуться в места постоянного проживания, а также вооружённому присутствию России, Ирана и «Хезболлы», которое мало что решает и едва ли будет популярно у народов соответствующих стран. Это не лучший путь «завершения» конфликта. 

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Материалы по теме

Два взгляда на сирийский конфликт, которым не суждено встретиться
02.03.2018
Устойчивость двух самодостаточных и диаметрально противоположных нарративов относительно того, что и почему происходит в Сирии, является одной из причин, почему конфликт всё никак не окончится. До тех

Эксперт: 
Мэри Дежевски
Ближневосточный символизм. Возможна ли «реанимация» ДАИШ?
22.05.2018
Ситуация на Ближнем Востоке отличается набором различных по масштабам и интенсивности кризисов, споров, конфликтов. В итоге они складываются в одну большую мозаику. О выходе США из иранской ядерной
Что стоит за паломничеством лидеров стран Персидского залива в Вашингтон?
17.03.2018
Дональд Трамп будет принимать лидеров стран Персидского залива поодиночке и таким образом готовить почву для запланированной на весну этого года большой встречи. Саммит должен состояться в

Календарь

Мультимедиа

Популярные теги

Вестник клуба

Будьте в курсе главных событий
Подписаться