Визит Болтона в Минск: избежать ловушки недопонимания в белорусско-российских отношениях

29 августа советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон совершил визит в Белоруссию, в ходе которого встретился с ее президентом Александром Лукашенко. Отношение Запада к этой стране до сих пор было сложным: с одной стороны, ее мало воспринимали всерьёз, с другой – считали несамостоятельной. О значении этого визита, стратегических интересах Минска и о том, как избежать недопонимания между Белоруссией и Россией, рассказывает руководитель экспертной инициативы «Минский диалог» (Белоруссия), докторант Уорикского университета (Великобритания) Евгений Прейгерман

В дипломатическом вокабуляре принято делить межгосударственные отношения на двусторонние и многосторонние. Однако это условное разделение, так как двусторонний трек не изолирован от многостороннего контекста. Особенно в периоды структурной перестройки международных отношений, когда, как сегодня, существенно повышаются неопределённость и связанные с ней риски.

Это имеет особое значение для белорусско-российских отношений, которые были и остаются самыми глубокими двусторонними отношениями на постсоветском пространстве. Неизбежно они всё более соприкасаются с широкими региональным и глобальным контекстами. И это становится источником вызовов для Минска и Москвы.

Когда государства имеют серьёзные взаимные обязательства (например, в области обороны), существенное изменение международного контекста часто становится проблемой. Не потому, что отменяет эти обязательства или сокращает желание их выполнять. А потому, что требует от государств адаптировать своё поведение к новым условиям, чтобы максимально обезопаситься от непредсказуемого развития событий. И это неизбежно стимулирует вопросы и сомнения со стороны союзников. А будут ли наши союзники выполнять свои обязательства, если произойдёт что-то экстраординарное? Нет ли в действиях союзника двойного дна?

 Нечто похожее мы сейчас наблюдаем и в НАТО. Чем больше непредсказуемости в мире, тем с большими подозрениями и опасениями одни члены альянса воспринимают действия других. В чём-то это даже напоминает феномен «ловушки Фукидида», когда усиливающееся соперничество между существующим гегемоном и его растущим конкурентом приводит к войне, к которой ни один из них не стремился. При этом, как подчёркивает автор термина, профессор Грэм Аллисон, проблемой является не соперничество как таковое, а искажённое восприятие намерений и действий другой стороны. Соответственно, чтобы избежать войны, критически важно разбираться в мотивации и целях друг друга.

Аналогия может показаться странной, ведь мы ведём речь о союзниках, а не о соперниках. Но очевидно, что и в нашем случае неправильная интерпретация логики союзника также может привести к атрибутивному восприятию. То есть затащить союзников в ловушку недопонимания. А это – прямая дорога к серьёзным конфликтам, от которых в итоге пострадают обе стороны.

Искры и форматные трудности российско-белорусских отношений
Евгений Прейгерман
Сочинская встреча 21 сентября продемонстрировала две форматные трудности в отношениях Белоруссии и России. Первая заключается в том, что почти всегда для разрешения проблем требуется личное участие президентов. Вторая – недостаток предсказуемости. Пока многие западные комментаторы рассуждают о «новом СССР» и геополитической основе ЕАЭС, для Белоруссии интеграция – это прежде всего механизм экономической предсказуемости. Если статус-кво по обеим форматным проблемам сохранится, то российско-белорусские отношения будут и дальше «искрить» с высокой периодичностью.
Мнения экспертов

Зарисовкой к этому является визит в Минск советника президента США по национальной безопасности Джона Болтона. Как только информация о нём просочилась в СМИ, многочисленные комментаторы принялись спекулировать по поводу его причин и повестки. Если почитать эти спекуляции, то может сложиться впечатление, что Минск чуть ли уже не вступил в НАТО (оставаясь при этом членом ОДКБ).

На уровне руководства России и Белоруссии, кажется, есть общее понимание сути визита и его значения для белорусско-российских отношений. Показательно, что уже на другой день после визита состоялись телефонные разговоры Александра Лукашенко с Владимиром Путиным и Дмитрием Медведевым. Однако очевидно, что СМИ формируют не только общественное мнение, но и взгляды элит. Медийные нарративы о «развороте Белоруссии» в итоге толкают Минск и Москву всё к той же «ловушке недопонимания», даже если между руководством стран это понимание сегодня есть. Поэтому события вроде визита Болтона важно объяснять.

Детальную повестку встречи знают только её участники, однако можно полагать, что она включала широкий круг вопросов. А как может быть иначе, если это самый высокий визит американского должностного лица за четверть века? Если два десятилетия между странами не было нормальной коммуникации?

Нет сомнений, что говорили о новых реалиях в области безопасности после того, как США фактически похоронили ДРСМД. Разумеется, говорили о Китае и Иране. Было бы странно, если бы Болтон обошёл эти темы. Так же очевидно, что говорили о России. Здесь тоже ничего удивительного: за последние месяцы западные СМИ чуть ли не объявили состоявшимся фактом аншлюс Белоруссии со стороны Москвы. К слову, такое возбуждённое воображение тоже является результатом двух десятилетий изоляции Минска. В большинстве западных стран элементарно ничего не знают ни о Белоруссии, ни о белорусско-российских отношениях.

Понятно, что такая ситуация не соответствует интересам Белоруссии. И Минск пытается её исправить. Но вот интересный вопрос: а выгодно ли Москве, если Белоруссия будет оставаться terra incognita? Представляется, что нет. Потому что такая ситуация негативно сказывается на действиях Запада не только в отношении Белоруссии, но и России.

Примеров много. Один из них – ЕАЭС. Отношение к нему на Западе до сих пор основывается на тезисе, что это «попытка воссоздать СССР». В итоге, например, ЕС отказывается начинать с ЕАЭС предметные переговоры о сотрудничестве. Мол, это же российский проект, который угрожает суверенитету других стран.

Но чем чаще и на более высоком уровне представители ЕС будут встречаться с коллегами из Белоруссии (и Армении), тем больше они будут слышать противоположный аргумент: если вы действительно заботитесь о нашем суверенитете, то давайте развивать отношения ЕС и ЕАЭС. Ведь чем более успешным будет ЕАЭС, тем сильнее будут наши экономики и тем лучше это для нашего суверенитета.

Или обратный пример – «Восточное партнёрство», участие в котором Минска (и Еревана) в России многими воспринимается негативно. Но ведь именно благодаря позициям Белоруссии и Армении ВП не стало антироссийским. Минск и Ереван не единожды блокировали антироссийские резолюции на саммитах ВП и в целом продвигают аргумент о необходимости уйти от геополитических дискуссий в рамках инициативы. Соответствует это интересам Москвы? Кажется, да.

То же самое и с визитом Болтона. Его общение с руководством Белоруссии вряд ли коренным образом изменило взгляд США на восточноевропейскую безопасность. Но в Минске он явно услышал тезисы, не очень привычные для американского истеблишмента, который последние годы черпал информацию о регионе от команды Петра Порошенко. Поэтому добавленная стоимость общения Болтона в Белоруссии – более реалистичная картина региона, чем та, которую бы он получил, если бы ограничил своё турне Украиной и Молдавией.

Новый президент Украины может бросить вызов Западу
Мэри Дежевски
Западу были удобны отношения с Петром Порошенко. Победа Зеленского, который в значительной степени остаётся неизвестной величиной, в выборах на Украине может создать проблему не только для России, но и для Запада, пишет Мэри Дежевски, ведущий автор редакционных комментариев и колумнист газеты The Independent.
Мнения экспертов

При этом главная цель Минска – донести до западных столиц, что Белоруссия не Украина. В отличие от Киева, игравшего последние пять лет на повышение ставок в региональной безопасности, Минск кровно заинтересован в обратном – в снижении напряжённости. Потому что если эскалация получит военное продолжение, то именно белорусская территория с высокой вероятностью станет первой жертвой. Если не в смысле боевых действий, то в плане превращения всей Белоруссии в зону перманентного чрезвычайного положения.

Именно с этим связана крайне негативная реакция Белоруссии на предложение Польши разместить у себя «форт Трамп». Но чтобы объяснить эту позицию всем стейкхолдерам, недостаточно лишь повторять её публично. Нужно прямое общение на максимально высоком уровне. И также нужно выстраивать доверие, чтобы белорусские тезисы звучали не как угроза, а как взаимовыгодное предложение.

Очень важно, чтобы в России понимали эти мотивации Белоруссии. Это позволит союзникам избежать ловушки недопонимания. Ведь в конечном итоге снижение региональной напряжённости – это общий интерес Минска и Москвы.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.