Уход США, мир в Афганистане и стратегическая головоломка

На фоне реальных событий в Афганистане окончательное мирное соглашение между США и талибами пока не представляется возможным. Также считается, что если всеобъемлющее мирное соглашение не будет достигнуто и американские войска не уйдут из Афганистана, это приведет к росту насилия в стране. О реальности и «новой нормальности» региона пишет Мухаммад Атар Джавед, генеральный директор Pakistan House – International Think Tank, о терактах в Шри-Ланке.

Американский спецпосланник Залмай Халилзад написал в своем твиттере: «Я надеюсь, что это последний Курбан-байрам, когда Афганистан находится в состоянии войны». Халилзад не отрицает того факта, что президент Дональд Трамп намерен завершить вывод войск до президентской избирательной кампании 2020 года. После восьми долгих раундов в Дохе в переговорах США и «Талибана» наконец-то появились признаки положительных результатов. Мир в Афганистане связан с реализацией внутриполитических программ и, следовательно, с очевидной угрозой дальнейшей задержки в достижении окончательного соглашения. Это не должно помешать США выработать стратегию достойного ухода из Афганистана.

Однако талибы могут не согласиться на всеобщее прекращение огня – повстанческая группировка до сих пор отказывается вести переговоры с представителями Кабула. Причина в том, что талибы считают афганское правительство марионеткой США, и, следовательно, только переговоры с США являются ключом к урегулированию вопросов прекращения огня и будущего управления страной.

На фоне реальных событий в Афганистане окончательное мирное соглашение между США и талибами пока не представляется возможным. Также считается, что если всеобъемлющее мирное соглашение не будет достигнуто и американские войска не уйдут из Афганистана, это приведет к росту насилия в стране.

Но каковы же эти реальные события? Во-первых, талибы контролируют примерно половину Афганистана, а присутствие американских войск значительно увеличило гибель афганских и союзных солдат. В Афганистане погибло более 2400 военнослужащих США. Во-вторых, президент Трамп стремится стать «президентом мира», но очевидно, что в администрации США существуют различные мнения по поводу политики в отношении Афганистана, что постоянно подрывает переговорный процесс.

Трамп – «нормальный» президент в Афганистане
Ричард Лахманн
Идиосинкразия Трампа и его нестандартное поведение способствуют лишь тому, что власть всё больше переходит к военным. Бюджет департамента обороны урезался десятилетиями, но военные сумели создать свой собственный параллельный дипломатический корпус. Президенты приходят и уходят, а военной организацией руководит самовоспроизводящаяся элита, последовательно отстаивающая корпоративные интересы.
Мнения экспертов

Задержки и осложнения даже после восьми раундов мирных переговоров в Дохе происходят по двум причинам:

  1. «Дохинские раунды» были эффективны только с точки зрения «сохранения заинтересованности талибов». Однако пока нет никаких ощутимых результатов по поводу того, как в условиях всеобъемлющего вывода войск США талибы будут учтены в дальнейшем управлении Афганистаном.

  2. Существует явная разница между подходом США и региональным сотрудничеством в поддержку мира под афганским руководством и под афганской ответственностью. Талибы требуют полного вывода всех американских войск, включая советников по борьбе с терроризмом, поскольку гарантируют, что афганская земля не будет использоваться для угроз интересам США.

Если оценивать стремления и политический выбор президента Трампа в отношении Афганистана, то тут всё проблематично с точки зрения оперативного освоения ресурсов и пессимизма американских демократов. Мирная доктрина Трампа основана на неортодоксальных дипломатических вмешательствах и создании «новой нормальности» в международных отношениях. Два примера – Северная Корея и Сирия. Трамповский подход содержит бессистемные дипломатические методы, и потому ожидаемые результаты также становятся рискованными. Эти сложности могут способствовать дальнейшему обострению проблем безопасности в Афганистане.

Другая проблема связана с последствиями провала мирных усилий Трампа в Афганистане. Предполагается, что талибы могут усилить свои атаки на афганское правительство, чтобы дискредитировать и ослабить режим Ашрафа Гани перед президентскими выборами. При воплощении этого сценария роль Китая и России возрастёт. И на случай преодоления последствий конфликта или же отсутствия соглашения между США и «Талибаном» у них должен быть план действий.

Стратегические интересы России в афганском мире должны основываться на двух основных целях. Во-первых, России стоит продолжать работу по созданию благоприятных условий для взаимодействия афганского правительства и движения «Талибан», поскольку это является самым важным препятствием на пути установления прочного мира в Афганистане. Во-вторых, фокусировка внимания на региональном решении также должно стать источником разделяемой ответственности.

Можно сделать вывод, что полный вывод американских войск и рабочие отношения между талибами и афганским правительством должны стать желаемым результатом любых мирных усилий. «Талибан» обязан обеспечить отсутствие иностранных негосударственных акторов, включая ДАИШ и «Аль-Каиду» , которые действуют на афганской территории. Тем не менее это требование не совсем корректно, поскольку талибы контролируют не весь Афганистан. После подписания мирного соглашения афганское правительство и талибы должны объединить усилия для нейтрализации систем поддержки ДАИШ и «Аль-Каиды» в Афганистане.

Войска разные, но горы те же самые. Почему США игнорируют уроки СССР в Афганистане?
Ольга Оликер
В 2001 году после терактов 11 сентября Соединённые Штаты начали войну в Афганистане. При этом в значительной степени игнорировались уроки советской интервенции в эту страну два десятилетия назад. В Вашингтоне сочли их малозначительными. По иронии судьбы, игнорируя советский печальный опыт, американцы по сути повторили его. В 1979 году Михаил Капица заявил своему боссу, советскому министру иностранных дел Андрею Громыко, что, возможно, Москва должна изучить неудачный опыт британцев по ведению войны в Афганистане в XIX и начале XX века. Громыко отверг любые сравнения между войсками СССР и Британской империи. Тогда Капица ответил: «Войска разные. Но горы те же самые». Подробнее об уроках Афганистана – в материале Ольги Оликер, программного директора по Европе и Азии в International Crisis Group.

Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.