США – Иран: на каждое действие будет жёсткое противодействие

Выход США из СВПД, ужесточение американских санкций и их распространение на европейские и другие страны, безусловно, серьёзно осложнят экономическую и внутриполитическую ситуацию в Иране. Но каждое новое ужесточение действий против Ирана встретит его жёсткое противодействие. Снять напряжённость в регионе возможно через компромиссы при развязках существующих конфликтов и проблем, к чему и призывает Россия.

В своё время, заключая ядерную сделку с Ираном, администрация Барака Обамы, помимо ограничения ядерной деятельности Тегерана, видимо, рассчитывала вовлечь ИРИ в компромиссные договорённости и по другим вопросам. В частности – по региональной проблематике. Обама надеялся, что заключение СВПД укрепит позиции иранских реформаторов настолько, что они смогут убедить высшее руководство страны в необходимости более «конструктивного», с американской точки зрения, курса в региональных делах. Аргументом в пользу этого могла бы стать важность налаживания активных торгово-экономических и других форм сотрудничества с Западом в целях улучшения социально-экономического положения страны и укрепления её международных позиций.

Этого, однако, не произошло. Правительство Хасана Рухани не смогло конвертировать заключение ядерной сделки в инструмент влияния на внешнеполитический курс ИРИ, если это вообще было возможно. Новый президент США Дональд Трамп сразу же чётко обозначил своё неприятие СВПД и откровенно иранофобскую позицию.

Выход США из СВПД, объявление Вашингтоном целого ряда ультимативных требований с явным прицелом на смену режима в Иране, а также более жёсткое акцентирование курса на региональное сдерживание Тегерана деморализовали умеренно-либеральное крыло иранского руководства и одновременно резко укрепили позиции консервативно-радикальных кругов в принципиальном противостоянии США.

Почему антииранская стратегия США не сработает?
Иранцам не привыкать к жёстким действиям США в отношении своей страны – с небольшими перерывами это длится вот уже почти 40 лет. Иранская революция 1979 года нанесла жесточайший удар по тщеславию и самолюбию «единственной сверхдержавы» и породила стойкий антииранский синдром у американского истеблишмента. США продолжают считать ниже своего достоинства нормализацию отношений с единственной ближневосточной страной, которой они так и не смогли навязать свою волю в политической, экономической, идеологической и других областях.
перейти
© РИА Новости/Антон Быстров
Как всегда в случае обострения угроз национальной безопасности страны ещё больше усилились позиции и влияние Корпуса стражей Исламской революции (КСИР). Это элитное подразделение силовых структур ИРИ сыграло определяющую роль в создании и укреплении так называемой оси сопротивления с участием проиранских шиитских организаций и группировок в Ираке, Сирии и Ливане. ИРИ таким образом последовательно реализует концепцию сдерживания террористических и других угроз на дальних подступах к своим границам, создаёт логистические предпосылки для купирования военно-политических угроз из региона и многопланового ответа на возможные силовые провокации против Тегерана.

Выход США из СВПД, ужесточение американских санкций и их распространение на европейские и другие страны, которые не прекратят активное торгово-экономическое сотрудничество с Тегераном, безусловно, серьёзно осложнят экономическую и внутриполитическую ситуацию в Иране. Иранское руководство сейчас активно ищет пути и методы ослабления последствий американских действий.

Однако с большой долей уверенности можно сказать, что усиление давления на ИРИ не только не изменит её региональную политику, но и придаст ей ещё более сконцентрированный и целенаправленный характер. Совершенно очевидно, что Иран не собирается терять завоёванных позиций, влияние в Ираке и – особенно – в Сирии, которые он использует для продвижения своих интересов при формировании постконфликтного мироустройства на Ближнем Востоке.

Тегеран активно играет на определённой инертности и противоречивости ближневосточной политики США. Так, например, заявляя в качестве главной цели борьбу с ДАИШ (запрещена в РФ) и другими террористическими группировками, Вашингтон на деле фактически покровительствует им в контролируемых американскими войсками районах и наносит авиаудары по позициям сирийских сил и проиранских группировок. Декларируя задачу достижения политического урегулирования в Сирии, США отказываются искать компромиссные развязки при обсуждении вопросов прекращения военных действий и будущего государственного устройства этой страны в рамках Женевских переговоров, а также не участвуют в Астанинском процессе, хотя их туда и приглашают. Вашингтон заявляет в качестве приоритетной задачи вытеснение Ирана из Сирии и Ирака, при этом сознательно игнорируя важную роль ИРИ в борьбе с экстремистскими группировками.

Явно терпят поражение попытки создать в регионе антииранскую коалицию ближневосточных государств. Они не горят желанием предпринимать активные, а тем более силовые действия против Тегерана, возможно за исключением Израиля, который обозначил свои «красные линии» в отношении Ирана, которые Тегеран, судя по всему, не собирается переступать без крайней надобности. Расхолаживает желание к конфронтации с ИРИ и конфликт стран Персидского залива с Катаром, а также неудачная военная кампания Саудовской Аравии против йеменских повстанцев.

Сам Вашингтон, судя по всему, не планирует прямой военной конфронтации с Ираном. Она была бы весьма опасной, учитывая возможности ассиметричного ответа Тегерана с использованием разветвлённой сети подконтрольных ему группировок против американских баз и объектов в регионе. К тому же Иран продолжает активно совершенствовать свой ракетный потенциал, помня о горьких уроках ирано-иракской войны.

С учётом вышеизложенных факторов, политика регионального сдерживания Ирана вряд ли увенчается успехом в обозримом будущем. Но она может ещё больше дестабилизировать обстановку на Ближнем Востоке.

Прошлый опыт показывает, что каждое новое ужесточение действий против Ирана встретит его жёсткое противодействие.
Снять напряжённость в регионе возможно только через объединение усилий в бескомпромиссной борьбе с терроризмом, купирование взаимных угроз и обвинений, нахождение взаимоприемлемых развязок существующих конфликтов и проблем, к чему и призывает Россия.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.