Северокорейское реалити-шоу: от «диплотейнмента» к шестисторонним переговорам

01.06.2018

Достойны ли Дональд Трамп, Ким Чен Ын и Мун Чжэ Ин Нобелевской премии мира, о которой явно мечтает кое-кто из этих политиков, судить ещё рано. Но этой троице мы уже обязаны за появление «диплотейнмента» (diplotainment) [1] – нового феномена в международных отношениях, когда дипломатия, замешанная на современных масс-медиа и склонности политиков к театральным эффектам, становится неотличимой от «реалити-шоу».


Денуклеаризация: возможен ли компромисс?

Впрочем, театральность не обязательно означает отсутствие реальных результатов. Сложно отрицать, что американо-корейский диплотейнмент привёл к значительному ослаблению напряжённой ситуации, которая ещё несколько месяцев назад, казалось, балансировала на грани войны. Северная Корея объявила и соблюдает мораторий на ядерные и ракетные испытания, ядерный полигон в Пунгери демонтирован, в США из северокорейского заключения вернулись американские граждане, а Вашингтон несколько уменьшил масштабы своей военной активности на Корейском полуострове. Но самое главное – начался прямой диалог между главными антагонистами: за один месяц прошло уже два межкорейских саммита и скоро, возможно, состоится историческая встреча верховного руководителя КНДР и американского президента.

Ким – Трамп: чья ядерная кнопка больше? Константин Асмолов
Вероятно, окружение Дональда Трампа решило, что если северокорейцы разорвут сделку и объявят, что не хотят встречаться, – это будет более серьёзным унижением, чем если об этом объявит президент США. Потому что принимающий решение первым выглядит так, будто он контролирует ситуацию. Но вышло всё наоборот: Ким показал себя человеком, который честно выполняет обязательства, а Трамп – действующим по принципу «моё слово: я дал, я взял обратно».

Хотя ранее планировавшийся на 12 июня в Сингапуре саммит Ким Чен Ына и Трампа вроде бы был официально отменен по инициативе Белого дома, есть неплохой шанс, что он всё же состоится. Во всяком случае не изменилась базовая мотивация сторон, которая делает их взаимно заинтересованными в успешном диалоге. Для Кима прежде всего важно ослабить удушающие экономические санкции и повысить свою международную легитимность благодаря встрече «на равных» с лидером единственной сверхдержавы. Трамп стремится устранить угрозу для национальной безопасности США, которая связана с тем, что КНДР вплотную приблизилась к обладанию межконтинентальными баллистическими ракетами с ядерными боеголовками. Кроме того, решение сверхсложной международной проблемы, которая до этого не оказалась по зубам ни одному из его предшественников, может серьёзно усилить внутриполитические позиции Трампа и даже способствовать его переизбранию на второй срок.

Однако сущностные позиции сторон по главному вопросу – ядерной проблеме – остаются пока несовместимыми. США настаивают на «полной, проверяемой и необратимой денуклеаризации» (complete, verifiable, irreversible denuclearization), причём Вашингтон хочет, чтобы КНДР избавилась от ядерного оружия и потенциала по его производству в предельно сжатые сроки – в течение одного-двух лет, во всяком случае не позднее 2020 года, срока очередной президентской кампании. США настаивают на вывозе из Северной Кореи всех ядерных боеголовок и материалов, что должно быть подкреплено режимом неограниченных проверок любых объектов на территории КНДР. По данным некоторых источников, от Пхеньяна даже требуют выслать за границу своих специалистов-ядерщиков. [2] Правда, не совсем ясно, куда именно хотят отправить северокорейских специалистов. Не в Гуантанамо ли?..

Вероятность того, что Северная Корея согласится на полную и быструю ликвидацию ядерного потенциала, а также допустит режим тотальной верификации, лишающий северян возможности на всякий случай припрятать часть своих ядерных арсеналов, практически равна нулю. Как бы ни был Пхеньян заинтересован в снятии санкций и получении экономической помощи, соображения безопасности для него важнее. Оставшись без ядерного щита, северяне окажутся почти беззащитными перед военной машиной США. Никакие самые торжественные обязательства и обещания Вашингтона не убедят северных корейцев в том, что после денуклеаризации они могут чувствовать себя в безопасности. А ведь есть ещё потенциальная угроза со стороны Южной Кореи. Никто не отменял тот факт, что на полуострове по-прежнему существуют два соперничающих корейских государства. Да, сейчас в Сеуле находятся у власти леволиберальные политические силы, настроенные на диалог с Пхеньяном. Но трогательные картины братания Кима и Муна в Панмунджоме не должны вводить в заблуждение.

Саммит Кима и Муна: для чего нагнетается позитив? События клуба
Саммит лидеров Северной и Южной Кореи, прошедший в пятницу, 27 апреля, на границе двух государств, стал важной вехой на пути разрядки напряжённости вокруг Корейского полуострова. Но, к сожалению, событие, которое анонсировали как «историческое», не приведёт к преодолению глубинных причин корейского кризиса. Проблемы, связанные с северокорейской ядерной и ракетной программой, могут быть разрешены только на встрече Ким Чен Ына с президентом США Дональдом Трампом, проведение которой всё ещё под вопросом. К таким выводам пришли участники экспертной дискуссии по итогам межкорейского саммита, прошедшей в клубе «Валдай».

На Юге по-прежнему сильны позиции тех, кто не признаёт легитимность КНДР и хотел бы скорейшей ликвидации северокорейского режима. В Пхеньяне не могут не учитывать того, что правоконсервативные, антисеверокорейские силы вполне могут вернуться к кормилу власти. Ядерное оружие является, по сути, единственным уравнителем, который позволяет Пхеньяну уверенно вести дела с Сеулом и не бояться поглощения Югом, несмотря на колоссальный разрыв в экономическом развитии, преодолеть который быстро не удастся, даже если с Севера будут сняты все санкции и он приступит к экономической модернизации.

Пхеньян вполне может согласиться на ликвидацию ряда важных компонентов своей ракетно-ядерной программы. Речь, например, может идти о демонтаже межконтинентальных баллистических ракет и ракет промежуточной (средней) дальности. Северные корейцы могут даже передать международным органам значительную часть своих ядерных боеголовок и ядерных материалов, а также демонтировать ряд объектов по их производству. Разумеется, за каждую такую уступку Пхеньян потребует немалую политическую и экономическую компенсацию. Готова ли администрация Трампа пойти на компромиссное соглашение с Кимом, которое хоть и предусматривает значительное сокращение ядерных возможностей КНДР и устраняет северокорейскую ракетную угрозу для территории США, но не означает полной денуклеаризации? Ответить на этот вопрос пока невозможно. Судя по всему, в Белом доме есть как сторонники компромисса с Пхеньяном (их главным представителем, похоже, является госсекретарь Майк Помпео), так и апологеты максимально жёсткого подхода по принципу «всё или ничего» (позиция советника по национальной безопасности Джона Болтона).


Северная Корея и «иранский вопрос»

Повлияет ли на переговоры между КНДР и США решение Вашингтона об одностороннем выходе из ядерного соглашения (СВПД/JCPOA) с Ираном? Похоже, что для северных корейцев «иранский прецедент» не играет определяющей роли. Они и раньше знали, что США могут радикально менять позицию по внешнеполитическим вопросам, отказываясь от политических обязательств, взятых на себя предыдущими администрациями. КНДР уже сталкивалась с этим, когда, например, администрация Джорджа Буша-младшего отказалась соблюдать Рамочное соглашение (Framework Agreement) 1994 года, заключённое администрацией Билла Клинтона. Кроме того, северные корейцы достаточно искушены в международной политике, чтобы понимать, что отношения американцев с Ираном имеют свою специфику, которая сводится к борьбе за влияние на Ближнем Востоке.

Кризис вокруг Ирана может даже подтолкнуть Белый дом быть более сговорчивым с Пхеньяном, чтобы максимально сконцентрироваться на вызове со стороны иранских аятолл. Для многих в окружении Трампа Иран – более ненавистный и опасный враг, чем Северная Корея. В отличие от Северной Кореи, которая скорее борется за элементарное выживание, Иран стремится стать ведущей силой на Ближнем Востоке и демонстрирует в этом заметные успехи. Не секрет, что в Вашингтоне сложилось мощное антииранское лобби, за которым стоят Израиль и суннитские монархии Персидского залива – прежде всего саудиты, в то время как системное антисеверокорейское лобби в США отсутствует. Замирение с Северной Кореей развяжет Вашингтону руки для жёсткой конфронтации с Ираном на Ближнем Востоке.

Почему русская барракуда страшит европейцев больше, чем хаос на Ближнем Востоке События клуба
Решение Дональда Трампа о выходе из «ядерной сделки» имеет стратегический характер и было принято по причинам, не имеющим отношения к соглашению как таковому. Оно направлено в первую очередь против самого иранского правящего режима, проводящего, по мнению администрации Трампа, деструктивную политику в регионе. К такому выводу пришли участники экспертной дискуссии клуба «Валдай», которая состоялась 15 мая и была посвящена ситуации вокруг Совместного всеобъемлющего плана действий по иранской ядерной программе.


Все саммиты ведут к шестисторонним переговорам?

Есть основания полагать, что встреча Кима и Трампа, к которой, возможно, присоединится Мун [3], всё же будет проведена и, скорее всего, её участники назовут её успешной. Не будет большим сюрпризом, если в ближайшее время состоится российско-северокорейский саммит между Владимиром Путиным и Кимом, равно как и встреча лидера КНДР с Синдзо Абэ. Однако при всей своей политической и символической значимости дипломатия двусторонних саммитов имеет серьёзные недостатки. Один из них заключается в том, что в условиях дефицита доверия переговоры по комплексной международной проблеме исключительно в двустороннем формате могут привести к подозрениям, что их участники преследуют скрытую повестку в ущерб интересам других игроков. Так, Трамп выразил предположение, что состоявшаяся в начале мая в Даляне встреча Кима с Си Цзиньпином могла привести к неожиданному ужесточению позиции КНДР. [4] В свою очередь в Пекине наверняка беспокоятся, что в ходе сепаратных переговоров Пхеньяна и Вашингтона разменной монетой могут оказаться стратегические интересы Китая на Корейском полуострове. Снять эти взаимные подозрения и недоговорённости поможет многосторонний формат, когда все наиболее важные вопросы обсуждаются совместно.

В ходе недавней встречи с Муном Ким заявил, что не до конца доверяет гарантиям безопасности, которые могут пообещать ему США.[5] Если эти гарантии будут исходить не только от США, но и от других держав, Пхеньян наверняка будет более уверен в их прочности. Для обеспечения своей безопасности Северная Корея всегда полагалась не только на военный (а теперь уже ракетно-ядерный) потенциал, но и вела искусную игру на противоречиях между великими державами. Формат шестисторонних переговоров (Six-Party Talks), который был создан в 2003 году, устраивал северян во многом потому, что по сути институционализировал механизм «сдержек и противовесов» ключевых игроков в Северо-Восточной Азии и позволял Пхеньяну чувствовать себя более уверенно. Можно предположить, что по этой причине КНДР снова проявит заинтересованность в возрождении шестисторонних переговоров в том или ином виде.

Но почему именно шестисторонние переговоры, а не более узкий четырёхсторонний формат с участием только Севера, Юга, Китая и США, но без присутствия России и Японии, влияние которых на корейские дела сегодня носит сравнительно ограниченный характер? Хотя бы потому, что Москва и Токио всё же обладают достаточными рычагами, чтобы стать «спойлерами», если почувствуют, что их интересы игнорируются.

Если ведущие игроки действительно хотят решить ядерную проблему Корейского полуострова, то жизнеспособных альтернатив многосторонним переговорам практически не просматривается. Этап двусторонних саммитов должен стать прелюдией к многостороннему (шестистороннему?) переговорному процессу.



[1] https://www.washingtonpost.com/politics/diplotainment-at-its-pinnacle-critics-fear-trumps-style-eclipses-substance-on-north-korea/2018/05/16/19882cb6-5848-11e8-858f-12becb4d6067_story.html?utm_term=.279c8613f736

[2] https://www.telegraph.co.uk/news/2018/05/14/us-pressures-north-korea-ship-nuclear-weapons-overseas-s...

[3] http://www.bbc.com/news/world-asia-44276117

[4] https://edition.cnn.com/2018/05/18/asia/china-us-north-korea-xi-jinping-intl/index.html

[5] https://www.nknews.org/2018/05/leaders-of-the-two-koreas-to-hold-meetings-at-any-time-moon/


Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Материалы по теме

Большая ядерная игра КНДР и США. Когда будет объявлено: «Война окончена, всем…
03.08.2018
Северокорейский ядерный вопрос для Америки и Южной Кореи – реальная, а не надуманная угроза, и её нужно воспринимать всерьёз. И в игре денуклеаризации на Корейском полуострове США находятся в выгодном

Эксперт: 
Ма Юньпэн
Совершенно секретно: когда завершится корейское урегулирование
13.08.2018
13 августа КНДР и Южная Корея договорились о проведении нового саммита – очередная встреча лидеров двух стран пройдёт в Пхеньяне в сентябре. Следующая рубежная точка в корейском вопросе – ноябрь,
«Негоже оставаться в стороне»: почему саммит Путин – Ким важен для разрядки на…
16.08.2018
Нормальные, рабочие отношения с Пхеньяном – это тот козырь, который мы вправе использовать в сложной дипломатической игре, ведущейся вокруг Северной Кореи. Георгий Толорая, профессор МГИМО (У)

Календарь

Мультимедиа

Популярные теги

Вестник клуба

Будьте в курсе главных событий
Подписаться