Северная Корея: возможна ли «война по ошибке»?

28.08.2017

Если война между США и КНДР всё-таки начнётся, каковы могут быть её ход и возможные региональные последствия? Соединённым Штатам наиболее выгоден сценарий уничтожения ключевых объектов ответного удара и инфраструктуры КНДР дальнобойным и высокоточным оружием без существенных наземных операций и навязывание войны на истощение с использованием преимущества военно-экономического потенциала, а равно господства на море и в воздухе. Северной Корее – стремительное наступление и захват Сеула в первые дни войны с расчётом на хаос, панику и боязнь потерь в стане противника.

Совсем недавно автор давал комментарий теоретического характера, посвящённый тому, какова вероятность военного конфликта на Корейском полуострове[1], отмечая, что в этом году такая возможность существенно возросла. Однако интерес к теме вынуждает его более подробно поговорить о том, что случится, если конфликт всё-таки произойдёт – каковы могут быть его ход и возможные региональные последствия.

Напомним, что хотя внешне ситуация выглядит как волны кризиса, когда после очередного заявления или действия пресса начинает писать, что «полуостров на грани войны», а затем ажиотаж спадает, тренды, ведущие к обострению, никуда не деваются: будь то дилемма безопасности, связанная с северокорейской ядерной программой или порог взаимного психологического давления, накрутки и стресса, под воздействием которого легко принять ошибочное решение, неверно интерпретировав тот или иной сигнал.

В результате автор видит следующие причины непосредственного начала конфликта:

  • «Выбор войны как меньшего зла». К такому варианту может прийти и американское руководство, если сделка с Севером будет равна сокрушительному внутриполитическому и репутационному поражению, и северокорейское руководство – в случае если оно сочтёт, что дело уже идёт к войне и избежать её нет никакой возможности, а раз так – проще бить первым. Естественно, что подобный выбор Вашингтона вполне может оправдываться заявлениями класса «мы получили секретную информацию, что Северная Корея собирается атаковать американскую территорию, у нас не было времени, и мы решили нанести удар раньше, чем они».

  • Военное противостояние, развившееся из агрессивного ответа КНДР на провокацию в свой адрес либо ситуация, когда воронка «ответа на вражеские провокации» затянула обе стороны уже настолько, что ни одна из сторон не может отыграть назад. К примеру, Северная Корея проводит обещанный ракетный пуск в сторону Гуама, но поскольку формально непонятно – это учебная стрельба или ракетный запуск с полезной боевой нагрузкой, американцы реагируют на него как на настоящую атаку, нанося «ответный удар».

  • «Война по ошибке», при которой конфликт может начаться как в результате осознанной провокации на среднем или низшем уровне, так и в результате недопонимания. Скажем, в разгар нагнетания и ожидания провокаций врага «на линии соприкосновения» появляется кролик, который начинает шуршать в кустах. Так как обе стороны на нервах, неважно, какая из сторон первой слышит шуршание, принимает кролика за диверсантов врага и открывает огонь в его сторону. Но для другой стороны выглядит иначе: враги без видимой причины палят по ним! Начинается ответный огонь, причём «более мощным калибром». Однако та сторона, которая стреляла по кролику, воспринимает этот ответ как подтверждение того, что да, противники планировали атаку, после чего окончательно «бьёт из всех стволов».

  • Правда, при этом автор отмечает, что вариант, при котором агрессивную войну начинает КНДР, относится не к аналитике, а к фантастике. Развязывание войны предполагает, что у развязавшего есть возможность её выиграть. Однако, если считать именно боевые части, армия Юга не сильно уступает Корейской народной армии (КНА) по численности, военный бюджет Республики Корея (РК) превосходит северокорейский в среднем в 25 раз, что отражается преимущество в военном хай-теке и делает попытки Севера сравняться с Югом на этом поприще изначально бесперспективными. Помимо этого, согласно Договору о взаимной обороне, подписанному в 1953 году между США и РК, в случае агрессии КНДР США обязаны защищать Юг всеми возможными средствами. Думать о победе при таком соотношении сил?

Что касается хода войны, то описанные выше условия говорят о том, что на ограниченную войну никто не пойдёт. Как для Севера, так и для его противников идеальным вариантом является удар «самым крупным калибром» с самого начала военных действий. Для США в этом контексте логичен удар не только по ядерным объектам противника или ключевым объектам инфраструктуры, но и атака потенциальных «средств ответного удара» как минимум для того, чтобы минимизировать вред, который такой удар нанесёт по американским базам в Японии и РК. А учитывая большое количество ложных целей и высокий уровень инженерного прикрытия подобных объектов, их ликвидацией надо заниматься всерьёз. По той же причине для северян логичен удар ядерным оружием по портам РК и по базам США в Японии для того, чтобы максимально затруднить переброску войск на театр военных действий и уничтожить «инфраструктуру подскока»: тогда есть хотя бы какой-то шанс продержаться или «помереть с музыкой».

Понятно, что у каждой стороны есть наиболее выгодно выглядящая стратегия. США наиболее выгоден описанный выше сценарий уничтожения ключевых объектов ответного удара и инфраструктуры КНДР дальнобойным и высокоточным оружием без существенных наземных операций (как минимум в начале конфликта) и навязывание войны на истощение с использованием преимущества военно-экономического потенциала, а равно господства на море и в воздухе. Северной Корее – стремительное наступление и захват столицы в первые дни войны с расчётом на хаос, панику и боязнь потерь в стане противника. 

Однако, выражаясь языком карточной игры, потенциально удачный расклад ещё надо грамотно разыграть. И здесь надо помнить, что целый ряд преимуществ или недостатков, приписываемых той или иной стороне, не так очевиден, как кажется. Из потенциальных участников что-то определённое мы можем сказать только об армии США, у которой есть реальный опыт участия в конфликтах. Армии КНДР или РК не имеют опыта серьёзных боевых действий за последние 30 лет и потому рассуждения об эффективности суперспецназа КНДР или южнокорейской «боевой электроники» скорее отражают представления того или иного эксперта.

Среди таких неочевидных моментов, где оценки сильно варьируются в зависимости от ангажированности комментаторов, в первую очередь надо отметить следующие:

1. Вероятность того, что удар «южной коалиции» сможет эффективно ликвидировать большинство средств северокорейского ответного удара.

2. Потенциальный ущерб Сеулу от обстрела дальнобойной артиллерией и реактивными системами залпового огня КНДР и способность артиллеристов как Севера, так и Юга вести эффективную контрбатарейную борьбу. Недавнее заявление Стива Бэннона о том, что такой обстрел может за полчаса вызвать 10 миллионов жертв, разумеется, является крайней оценкой.

3. Наличие у КНДР достаточного количества топлива для того, чтобы реализовать своё преимущество в танках. Этот вопрос особенно важен с учётом попыток США ввести против КНДР топливное эмбарго.

4. Морально-психологическое состояние армии и реальный уровень боевой подготовки как Севера, так и Юга. Здесь достаточно вспомнить, как во время пятидневной войны 2008 года разошлись предварительные оценки грузинской/российской армии и реальность.

Естественно, такой масштаб конфликта сразу ставит вопрос о последствиях, которые уже можно называть катастрофическими. Обратим внимание хотя бы на ухудшение экологической обстановки в результате применения ядерного оружия или разрушения ядерных объектов КНДР или АЭС РК. Последствия таких атак могут превосходить Чернобыль или Фукусиму.

Велика и вероятность явной или скрытой интернационализации конфликта: с одной стороны, США логично представить операцию как наказание страны-изгоя всем международным сообществом; а с другой, в случае инициирования конфликта «с Юга» КНР, не вступая в войну официально, может направить туда средства ПВО, инструкторов, а в критической ситуации – «добровольцев» из числа китайских корейцев.

Понятно, что в подобной ситуации Российская Федерация тоже не может оставаться в стороне. Любой серьёзный конфликт на Корейском полуострове задевает нашу страну, даже если ни один из образцов американского высокоточного оружия не залетит на нашу территорию. Речь о комплексе последствий, связанных с издержками войны: от потока беженцев до маловероятного, но существующего шанса загрязнения части российской территории.

В этом контексте Москве надо одновременно работать по двум направлениям. С одной стороны, принимать максимум усилий для того, чтобы конфликт не разразился – от «мер укрепления доверия» до возможных действий в рамках стратегии сдерживания. С другой – начинать комплекс мероприятий, направленный на обеспечение готовности в случае, если конфликт всё-таки случится: проверка готовности ПВО, чтобы быть уверенными в том, что к нам ничего не залетит, а если и залетит, то будет сбито; проверка готовности МЧС – российские спасатели и специалисты могут принять участие в ликвидации последствий экологической и гуманитарной катастрофы на территории полуострова; разработка мер для борьбы потенциальной с экологической и гуманитарной катастрофой на собственной территории.


[1] http://ru.valdaiclub.com/a/highlights/bit-ili-dogovarivatsya-uregulirovat-krizis/



Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Материалы по теме

Взгляд из Японии: Трамп подтверждает готовность США обеспечивать безопасность в…
15.11.2017
Дональд Трамп в рамках своего азиатского турне не спровоцировал кризис или дестабилизацию союзнических связей США в Северо-Восточной Азии. Наоборот, он сделал альянсы ещё более прочными, способными

Эксперт: 
Хироси Ямадзоэ
Отпор и ярость Северной Кореи
15.09.2017
После принятия в понедельник резолюции СБ ООН об ужесточении санкций против КНДР в ответ на проведенное страной шестое ядерное испытание Ким Чен Ыну нужно доказать своему народу, что он продолжит свою

Эксперт: 
Глеб Ивашенцов
Экспорт нестабильности. В чём состоит стратегия Пхеньяна?
30.08.2017
Провокации всегда выгодны Пхеньяну, пишет эксперт клуба «Валдай» Сун Йон Ли, профессор Школы права и дипломатии Флетчера в Университете Тафтса. Намёк на отступление говорит не о готовности к миру, а о

Эксперт: 
Сун Йон Ли

Календарь

Мультимедиа

Популярные теги

Вестник клуба

Будьте в курсе главных событий
Подписаться