Мнения экспертов Восточный ракурс
Насколько далеко Россия готова пойти в Азии?

Самый фундаментальный вопрос, с которым сталкивается новая российская политика в Азии – это насколько глубоко ей придётся вовлекаться в региональные международные отношения. И здесь выбор пока не очень разнообразен. Россия может либо продолжать оставаться на своей позиции «за всё хорошее» и против раскола региона, либо ей всё-таки придётся занимать стороны во всё более запутывающемся военно-политическом ландшафте ЮВА. Это в свою очередь с неизбежностью нанесёт ущерб её репутации и сократит возможности для интеграции в региональную экономику, пишет Тимофей Бордачёв, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», модератор второй сессии Российско-вьетнамской конференции Клуба «Валдай» «Международное сотрудничество в неспокойном мире».

Самый фундаментальный вопрос, с которым сталкивается новая российская политика в Азии – это насколько глубоко ей придётся вовлекаться в региональные международные отношения. И здесь выбор пока не очень разнообразен. Россия может либо продолжать оставаться на своей позиции «за всё хорошее» и против раскола региона, либо ей всё-таки придётся занимать стороны во всё более запутывающемся военно-политическом ландшафте ЮВА. Это в свою очередь с неизбежностью нанесёт ущерб её репутации и сократит возможности для интеграции в региональную экономику. Поэтому наиболее адекватной стратегией было бы ориентироваться на интенсификацию диалога именно со средними державами, среди которых одно из важнейших мест занимает Вьетнам.

Это особенно актуально именно для отношений Москвы с государствами Юго-восточной Азии и Китаем, который уже непосредственно втянут в региональные дела в результате объективных причин и «нависает» над средними и малыми странами региона всей своей массой почти полуторамиллиардного населения и второй экономики мира. Китаю противостоят США. Американо-китайское стратегическое противостояние имеет именно такую природу, потому что его причины объективны. Китай всё более наращивает потребление, и достаточно скоро ему потребуется столько ресурсов, сколько пока себе могут позволить использовать только США и группа их ближайших союзников.

Именно средние и малые страны ЮВА в наибольшей степени заинтересованы в том, чтобы Россия не сближала свои позиции с той или иной соперничающей сверхдержавой. 

Более того, даже те страны ЮВА, которые традиционно ближе к Западу, не хотят бесконтрольного усиления США в регионе и увеличения своей зависимости от них. К чему приводит такая зависимость хорошо видно сейчас на примере богатой и преуспевающей Европы, которая в результате стратегического легкомыслия и связанных с ним ошибок фактически потеряла свою субъектность в мировых делах.
При этом ключевая держава континентальной Европы – Франция – даже является обладателем ядерного оружия. Чего не скажешь ни об одном государстве Юго-восточной Азии.

Отношения России и стран ЮВА на современном этапе строятся с российской стороны на принципиально ином фундаменте, чем когда-либо ранее. Спору нет, международное политическое влияние и авторитет Москвы сохраняют свои масштабные эффекты. Но если после обретения странами региона независимости и до коллапса СССР Юго-восточная Азия рассматривалась Москвой как, в первую очередь, одна из площадок противостояния с США, то теперь ситуация принципиально иная. Кстати, именно в таком качестве – как одна из ключевых зон борьбы с ростом китайского могущества – ЮВА сейчас рассматривается в самой Америке. Для Пекина положение дел более комплексно: ЮВА в политике КНР – это и зона сдерживания попыток американского окружения, и пространство развития и экономической экспансии.

Для России же ситуация изменилась. Главные цели Москвы – экономическое сотрудничество и втягивание российского Дальнего Востока в хозяйственное пространство Азии. Это делает страны ЮВА самоценными адресатами политики России безотносительно её отношений с Пекином и Вашингтоном. Такая ситуация для связей России с зарубежными странами и регионами достаточно уникальна. Та же Европа, которая исторически и даже цивилизационно России ближе, почти никогда в новейшей истории не могла быть признана самоценным партнёром. За спиной европейцев всегда стояли США, и, за исключением отдельных узких сегментов, отношения с Европой были одним из элементов стратегических отношений с США. Не самым важным, кстати, если учитывать ядерный фактор. Не говоря уже об Иране и других государствах Ближнего и Среднего Востока. Пожалуй, только Индия была до сих пор самоценна в российской политике не как противник, а как партнёр. 

Просвещение и развитие: как наполнить «поворот на Восток» практическим содержанием
Теледебаты клуба «Валдай» на канале «Россия-24» в рамках Восточного экономического форума во Владивостоке по своей тематике во многом перекликались с сессией клуба, состоявшейся несколькими часами ранее. Их главной темой стало то, как Россия открывает Азию в себе, преодолевая исторически сложившиеся стереотипы и традиционную парадигму мышления.
перейти
© Клуб «Валдай»
Таким образом, мы можем прийти к выводу, что на современном этапе отношения России со странами Юго-восточной Азии определяются следующими важнейшими факторами. Во-первых, уникальным местом этих государств в российской внешнеполитической повестке. Эту уникальность необходимо, видимо, сохранить, и объективные предпосылки для этого имеются. Они состоят в том, что только активное сотрудничество с этими государствами может внести вклад в достижения одной из ключевых национальных целей развития – подъёма российского Дальнего Востока.

Во-вторых, регион всё равно станет во всё большей степени ареной системного противостояния США и Китая. Это является, безусловно, вызовом для российской политики, но одновременно открывает возможности. В складывающейся международно-политической ситуации для такой державы, как Россия, возможно, оптимальной стратегией является не ждать, когда перед ней встанет выбор, который будет, скорее всего, в пользу Китая, что не улучшит отношения с большинством государств ЮВА. Стоило бы уже сейчас обратиться к политике проактивного сотрудничества со странами региона как на двусторонней основе, так и в рамках уже существующих объединений. Особенно важно, чтобы эти форматы носили полуэксклюзивный характер «Россия – Юго-восточная Азия» без включения в них тех государств, которые борются между собой и неизбежно считают ЮВА ареной этой борьбы.

В-третьих, динамика международной ситуации требует по-новому взглянуть на возможности уже существующих региональных организаций и потенциал выстраивания отношений с ними. Это в первую очередь касается АСЕАН. Данное объединение стало одним из наиболее успешных мировых опытов совместного развития. Однако сейчас есть основания считать, что, несмотря на все свои достижения, АСЕАН достигла некоего потолка способности участвующих в ней стран совместно отвечать на внешние политические вызовы. Это проблема для АСЕАН, проблема для Азии и проблема для России. Именно данный блок мог бы стать партнёром в системе особых привилегированных отношений Москвы со столицами Юго-Восточной Азии.

Что же касается двустороннего трека, то деятельность многочисленных межправительственных комиссий могла бы быть усилена более активным развитием бизнес-диалогов и диалогов экспертного сообщества. Последнее является важной целью работы клуба «Валдай», который в эти дни проводит вьетнамско-российский экспертный форум в Хошимине, а в конце ноября 2018 года совместно с ведущим местным мозговым центром с успехом провёл экспертный диалог Россия – Азия в столице Малайзии Куала-Лумпуре. Оба мероприятия нацелены на то, чтобы заполнить нишу в доверительном профессиональном разговоре, возникшую после ухода России из Азии в начале 1990-х годов. Возможно, что России и странам региона нужен регулярно работающий экспертный формат Россия – АСЕАН. 

Дальность расстояний, близость подходов: о чём могут договориться Россия и страны АСЕАН
21–22 ноября в столице Малайзии Куала-Лумпуре прошла девятая Азиатская конференция клуба «Валдай», которая в этом году проводилась в партнёрстве с малайзийским Институтом стратегических исследований, одним из ведущих аналитических центров стран АСЕАН.
перейти
© Клуб «Валдай»
Это, впрочем, не означает, что необходимо отказываться от сотрудничества и сближения стран ЮВА с более широкими и открытыми форматами. В первую очередь с Партнёрством Большой Евразии, какие бы организационные формы оно не приняло в будущем, но также и с ШОС, где Россия весьма активна. Такие форматы позволяют более выпукло увидеть картину разнообразных интересов и возможных увязок между ними. Но также они способны погрузить таких могущественных игроков, как Китай, Россия или Индия, в ограничивающую их самоволие сеть международного сотрудничества.

Возвращение России в Азию важный и долгосрочный проект, прочно связанный с её собственным развитием. Ключевое слово формулировки «поворот России на Восток» – это слово «Россия». Но это, парадоксальным образом, не умаляет, а многократно увеличивает для Москвы значение региональных партнёров среди малых и средних государств. Понимание этого и комплекс связанных практических мер помогут сделать возвращение России в Азию позитивным и, что главное, необратимым.

ШОС как фундамент Большой Евразии
В наши дни международные организации и институты – наиболее значимое политическое порождение XX века – переживают сложные времена. В первую очередь это касается универсальных институтов, таких как ООН или ВТО, но также и более компактных региональных форматов. Новая политика США, олицетворением которой стал носорог мировой политики Дональд Трамп, поставила под вопрос устойчивость даже наиболее прочных, казалось бы, международных форматов, основанных не только на общих интересах, но и на общих ценностях.
перейти
© РИА Новости/Алексей Дружинин
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.