Россия – Франция: не прорыв, но шаг к стабилизации отношений

Гораздо важнее и продуктивнее для стабилизации отношений – не блицвизиты высокого уровня, а регулярная, ежедневная работа чиновников различного уровня, начиная с самого низкого, парламентариев, судей, представителей бизнеса, пишет Татьяна Романова, доцент кафедры европейских исследований СПбГУ, комментируя недавний визит премьера Дмитрия Медведева во Францию. По её мнению, именно так укрепляются транснациональные и трансправительственные контакты, которые создают каркас прочных отношений и способствуют снятию стереотипов.  

24 июня 2019 года ведущие издания России радостно и многоголосно возвестили о встрече премьера Дмитрия Медведева с его французским визави, Эдуардом Филиппом, в Гавре. Обсуждалось то, что объём торговли между двумя странами вырос, несмотря на санкции, что компании Республики продолжают участвовать в проектах в России, в том числе в нефтегазовом секторе, а под эгидой Совета по экономическим, финансовым, промышленным и торговым вопросам идёт подготовка к проведению в Париже российско-французского форума малых и средних предприятий.

Та спешность и гордость, с которой об этом писали российские средства массовой информации, – очередное и прямое признание того, насколько важны нам связи в Старом Свете, насколько не комфортна для России ситуация санкций, дефицита контактов, снижения частоты диалогов и даже их замирание по многим линиям. Признание это российские представители делают вопреки официальным заявлениям Кремля и МИД о том, что Россия не одна, что те, кто её подвергают санкционному давлению, находятся в меньшинстве. Именно сущностная важность контактов с Европой ведёт к столь широкому освещению любых визитов – даже маргинальных европейских политиков – в Россию, а также всех официальных поездок главы государства, правительства или министров России в Старый Свет. Поэтому же столь победно отмечают и возвращение отечественных депутатов в Парламентскую Ассамблею Совета Европы.

Возвращаться – плохая примета? ПАСЕ и европейские ценности для России
Олег Барабанов
Если трактовать возвращение России в ПАСЕ не как одноразовую политическую победу, но как возобновление взятых на себя правозащитных обязательств, то сейчас Россия стоит перед выбором: или менять свою политическую и юридическую практику и своё отношение к острейшим для нашей страны вопросам так, как их видит большинство в Совете Европы, или же быть готовой к гораздо более серьёзной критике и давлению со стороны Европы, чем было раньше. При этом критике обоснованной, поскольку мы сами захотели вернуться, пишет Олег Барабанов, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Мнения экспертов

В современной Франции и России решения принимают не премьеры, а главы государств. В случае Парижа дополнительным ограничителем выступает Европейский союз. В этом контексте Франция может лишь отчасти направлять политику Евросоюза, но при этом будет сталкиваться с серьёзным сопротивлением стран – традиционных противников России. Более того, пять пунктов в отношении России, основа политики Брюсселя в этой сфере, – это не долгосрочная стратегия выстраивания отношений с Москвой, а лишь свод правил о том, что делать в современной ситуации отсутствия диалога с Россией. Долгосрочной стратегии в отношении России у Евросоюза нет, Москве лишь предлагается вернуться в русло прежних отношений. Она же гордо отвергает business as usual, но в свою очередь не выдвигает никакой альтернативной парадигмы отношений. В этом контексте визит Дмитрия Медведева во Францию мало что может изменить. Требуются стратегические подвижки. Они же определят и скорость урегулирования украинского вопроса.

Hostility as usual: закрепление тупика в отношениях ЕС и России
Олег Барабанов
Принцип «hostility as usual», который стал превалирующим в отношениях ЕС и России, привёл не только к прекращению политического и секторального диалога, но и к масштабной взаимной демонизации.
Мнения экспертов

Премьеры Франции и России занимаются, прежде всего, экономическими вопросами. Но и здесь возможности для манёвра серьёзно ограничены. Франция как член Евросоюза должна соблюдать введённые им и прилежно продлеваемые ограничительные меры. Иными словами, экономические связи могут поощряться только в не подпадающих под эти санкции областях. Или же может снижаться административное бремя, связанное с функционированием этих санкций. Вторичные санкции США, которые угрожают компаниям, желающим действовать в США и нарушающим санкции Вашингтона, служат дополнительным красным светом для частных игроков Республики. Неясность того, как вторичные санкции могут быть применены, приводят к тому, что в большинстве случаев европейские коммерческие предприятия предпочитают подождать, а не идти на контакты с российскими партнёрами. В России же проблему представляет тяжесть административных барьеров, стремление к импортозамещению, коррупционная составляющая, малопривлекательный инвестиционный климат. И здесь также вряд ли можно ждать каких-то подвижек от встречи Медведева и Филиппа. Требуется кропотливая работа внутри страны.

Означает ли это, что визит Дмитрия Медведева в современном контексте бесполезен? Нет, в любом случае диалог на любых уровнях важен для собственно диалога, для выяснения и уточнения позиций, для упрочения взаимопонимания в целом. В долгосрочной перспективе это содействует и укреплению доверия, которое сыграет ключевую роль, когда санкционное давление будет ослаблено и придёт время восстановления потенциала связей. Но гораздо важнее и продуктивнее для этого не блицвизиты высокого уровня, а регулярная, ежедневная трансграничная работа чиновников различного уровня, начиная с самого низкого, парламентариев, судей, представителей бизнеса. Именно так укрепляются транснациональные и трансправительственные контакты, которые и создают каркас прочных отношений и способствуют снятию стереотипов. А то, как визит Дмитрия Медведева повлияет на эти связи, ещё предстоит увидеть.

Страхи и надежды Макрона: российский вектор внешней политики Франции
Алексей Чихачёв
При всех негативных вводных (вроде продления санкций) французское руководство не хочет полностью закрывать окно возможностей для диалога с Россией. На это есть ряд причин. В частности, неслучайно согласие Франции на полноправное членство России в ПАСЕ и Совете Европы. В случае своего выхода Россия, рассуждают в Париже, сможет окончательно сделать другой политический выбор (например, отойти ближе к Китаю), а это фактически будет означать резкое ослабление влияния Европы как глобального центра притяжения и как цивилизационного образования, пишет Алексей Чихачёв, эксперт Российского совета по международным делам.
Мнения экспертов
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.