Есть ли выход из сирийского тупика?

14.11.2017

Трудно сказать, обеспечит ли сочинская конференция достижение сирийского национального консенсуса в отрыве от внешнего давления или нет. Но можно с уверенностью утверждать, что предыдущим кремлёвским инициативам удавалось сорвать планы других стран, которые проводили свои конференции за пределами российских границ.

Сегодня уже очевидно, что России удалось помочь сирийскому правительству обрести стабильность в раздираемой войной стране благодаря операциям ВКС, а затем и благодаря успешной политической посреднической деятельности. Москва продолжает переводить накопленные военные успехи в дискуссии за столом переговоров, развивая контакты с региональными и мировыми державами, сознавая свой нынешний политический и военный вес и влияние, чтобы, в конце концов, покончить с тупиком на сирийской политической сцене.

Однако Москва использовала различные тактики для управления сирийским конфликтом, оказывая политическое, экономическое и военное давление на страны, которые считались архитекторами крушения сирийского правительства и раздела страны. Таким образом, Россия воспользовалась моментом и одержала победу, несмотря на всё давление, которое оказывалось на неё с момента начала её военного вмешательства в Сирии в сентябре 2015 года. Однако Москва не может игнорировать требования своих партнёров по переговорам: Ирана и Турции, которые обеспокоены действиями курдов. Именно поэтому был отложен первоначально намеченный на 18 ноября Конгресс народов Сирии в Сочи, поскольку Анкара возражала против приглашения курдской Партии «Демократический союз» (PYD), связанной с Рабочей партией Курдистана.

Из Астаны в Женеву с остановкой в Сочи? Андрей Кортунов
Инициатива проведения Конгресса народов Сирии в Сочи – это не подкоп под женевский процесс, а скорее попытка усилить позиции России в будущем диалоге с Европой в его рамках, пишет генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД) Андрей Кортунов. Можно сказать – выполняя рейс из Астаны в Женеву, капитан воздушного судна принял логичное решение приземлиться в Сочи для дозаправки.

Как бы то ни было, решения, принятые в ходе седьмого раунда переговоров в Астане в связи с российской инициативой проведения Конгресса народов Сирии, обусловлены следующими факторами:

Во-первых, это возрастающая роль и влияние Российской Федерации в сложнейшей проблематике Ближнего Востока посредством предложений, которые стали альтернативами американским инициативам, потерпевшим в регионе неудачу. Показательно, что на сирийской сцене наметился гибкий переход России от роли стороны, воюющей против терроризма, к роли в миротворца и гаранта мирного процесса.

Во-вторых, весьма показательны одобрение российского предложения странами-гарантами, Ираном и Турцией, и поспешная готовность Дамаска без колебаний принять участие в конференции. Помощник госсекретаря по делам Ближнего Востока Дэвид Саттерфилд сделал неожиданный шаг, попросив оппозицию эффективно участвовать во всех встречах и принять важные решения ради достижения политического урегулирования. Это свидетельствует о том, что заинтересованные стороны и участники сирийского конфликта в принципе одобряют российское видение проблемы, хотя некоторые наблюдатели и не испытывают оптимизма в отношении российской инициативы; другие считают, что это выход из нынешней ситуации, когда в сирийском конфликте нет победителей, особенно в некоторых городах, включая юго-западные и северо-восточные районы страны.

В-третьих, впервые многие сирийские социальные и этнические группы получили приглашение принять участие в подобной конференции, к организации которой Москва приложила столько усилий еще до объявления даты ее проведения. Об этом говорит список приглашений в адрес 33 сирийских группировок, разосланных в связи с тем, что спецпредставитель ООН по Сирии Стаффан де Мистура так и не выполнил преамбулу резолюции СБ ООН 2254 из-за оказанного на него международного давления, и уже не может считаться нейтральным в своей миссии. Здесь важно понимание того, что ни один политический процесс невозможен без национального примирения и без участия региональных и мировых держав с благими намерениями. Это не привело бы к немедленному решению текущих проблем, но проложило бы путь к будущим переговорам по проекту конституции, переходному периоду и будущему президентских выборов.

В-четвёртых, прелюдия к запуску так называемой сочинской конференции – это уже косвенное подтверждение того, что война в Сирии завершается. Стратегически Москва может попытаться вывести излишки своих войск, которые завершают свою контртеррористическую миссию. Успехи сирийской армии на востоке страны и их взаимодействие с иракской армией через российское военное представительство в Ираке и базу Хмеймим способствуют укреплению позиции сирийского правительства на предстоящих переговорах.

В-пятых, заявление главы российской делегации в Астане Александра Лаврентьева о том, что одобрение сирийским руководством конституционных реформ и формирования национального правительства, достижение национального примирения и борьба с терроризмом могут быть самыми важными элементами в повестке дня сочинской конференции. Тем не менее, некоторые наблюдатели высказывают пессимизм по поводу возможных результатов такой конференции, поскольку Россия считается ими недобросовестным посредником.

В-шестых, согласие сирийцев, представляющих различные политические и этнические спектры, изменить название конференции, предложенное президентом России Владимиром Путиным – «Конгресс народов Сирии», означает консенсус большинства сирийцев в отношении единства страны и страх перед её развалом. Это также знаменует крах антироссийской пропаганды, обвиняющей Москву в оккупации Сирии.

Однако конкретных препятствий ещё немало. Во-первых, это возмущение, выраженное международным посланником по Сирии Стаффаном де Мистурой, который отказался от участия в подготовке конференции, согласившись «прибыть в качестве наблюдателя на условиях, которые он представил российской стороне». Второй барьер заключается в том, в какой степени гарант в лице Турции настроен выполнять российские предложения и реально бороться с терроризмом в лице фронта «Аль-Нусра» в Идлибе, обеспечивая стабилизацию зон деэскалации и не налагая при этом вето на участие какой-либо курдской партии в конференции. Третье препятствие – это вопрос о согласии оппозиционных участников Эр-Риядской конференции принять участие в сочинских встречах с учётом тех изменений, которые реально произошли в Сирии, ибо в этом случае им придётся отказаться от некоторых своих требований, поскольку сирийское правительство и его союзники укрепили свои позиции.

Отсутствие ясности в северо-восточной Сирии может стать новым препятствием, если Соединённые Штаты продолжат подталкивать Сирийские демократические силы к более безрассудным действиям, которые могут привести к прямым столкновениям между сирийской армией и союзниками Вашингтона. Курды раздражают и Иран, и Турцию, которые являются гарантами Астанинского процесса, и Москве чрезвычайно сложно усадить курдов за стол переговоров вместе с иранцами и турками.

Трудно сказать, обеспечит ли сочинская конференция достижение сирийского национального консенсуса в отрыве от внешнего давления или нет. Но можно с уверенностью утверждать, что предыдущим кремлёвским инициативам удалось сорвать планы других стран, которые проводили свои конференции за пределами российских границ. Таким образом, подобная конференция может оказаться успешной даже до официального начала при таком количестве участников и с повесткой дня, которая приведёт к формированию правительства переходного периода и разработке проекта конституции ещё до того, как поправки будут объявлены в Женеве в конце ноября.
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.

Материалы по теме

Дилемма России: от деэскалации к дипломатии в Сирии
14.11.2017
Позиционируя себя как ключевого посредника в мирном урегулировании в Сирии, Россия выдвинула на передний план напряжённость и противоречия между Астанинским и Женевским процессами, пишет Стивен
Из Астаны в Женеву с остановкой в Сочи?
14.11.2017
Инициатива проведения Конгресса народов Сирии в Сочи – это не подкоп под женевский процесс, а скорее попытка усилить позиции России в будущем диалоге с Европой в его рамках, пишет генеральный директор
Сирийско-сирийское примирение: между Астаной и Женевой
12.11.2017
Время покажет, возможен ли между США и Россией широкий диалог о политическом будущем Сирии после ДАИШ и о том, как подвести самих сирийцев к действительному национальному примирению на базе разумных

Календарь

Мультимедиа

Популярные теги

Вестник клуба

Будьте в курсе главных событий
Подписаться