Эффект Макрона. С кем Зеленский вступит в коалицию в новой Раде?

Первые недели после вступления в должность президента Украины Владимира Зеленского ознаменовались не только кадровыми назначениями, международными встречами и публичными заявлениями. Практически впервые в истории сама инаугурация президента положила старт новой предвыборной кампании, пишет Олег Барабанов, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».

После заявления Зеленского о роспуске Верховной Рады прямо в его инаугурационной речи политическая ситуация на Украине перешла в режим «от выборов – к выборам». Не случилось даже нескольких месяцев передышки (по Конституции новые парламентские выборы должны были состояться осенью).

У этого решения несколько причин. Одну из них публично озвучил Владимир Зеленский. По его словам, народ не верит нынешнему составу парламента, и потому ему нужна немедленная перезагрузка. Это правда. Также правда и то, что для эффективного управления страной новому президенту нужна собственная команда во власти, и здесь, в условиях парламентско-президентской системы на Украине, у Верховной Рады очень много полномочий (и по назначению министров, и по контролю). Поэтому без устойчивого парламентского большинства президенту крайне трудно проводить свою политику. Тем более если эта политика нацелена на серьёзные перемены (если верить обещаниям из предвыборной кампании Зеленского).

Помимо этого, есть и ещё одна вполне очевидная причина, приведшая к роспуску Рады. Это желание Владимира Зеленского провести новые выборы на пике своей собственной популярности, не дожидаясь того, что она может упасть после полугода практических действий. В политической истории Европы есть один яркий пример этому: это Франция последнего цикла национальных выборов в 2017 году. Когда вновь избранный президент страны Эммануэль Макрон (как и Зеленский – мало кем ожидаемая фигура перед стартом избирательной кампании) на волне своего личного успеха добился и почти столь же убедительной победы для своей новой и неизвестной партии на последующих парламентских выборах. То есть перед Зеленским сейчас стоит задача – повторить эффект Макрона.

Первый год избранного короля
Французам хочется не просто президента, а избранного короля. Эммануэлю Макрону удалось вернуть должности президента ту торжественность, которой не хватало при так называемом «нормальном президенте» Франсуа Олланде. О том, что изменилось во Франции за первый год власти Макрона, рассказал в интервью ru.valdaiclub.com Арно Дюбьен, руководитель франко-российского Аналитического центра «Обсерво».
перейти
© 2018 Francois Guillot/AP

И здесь ключевое значение имеет электоральная база Владимира Зеленского. Те 73% поддержки избирателей, которые получил Зеленский во втором туре, беспрецедентны для современной Украины с её раздробленными общественными предпочтениями. Но с другой стороны, эта консолидация избирателей крайне разных регионов страны вокруг фигуры Зеленского может носить одномоментный характер и оказаться крайне непрочной во времени. И модель двойного успеха Макрона может оказаться не совсем применимой к Зеленскому. Поскольку очевидно, что при всей разнородности французского общества, оно далеко не так раздроблено, как на Украине, и оно не переживало параллельно идущей гражданской войны.

Поэтому ключевая (и непростая) задача Зеленского на новую предвыборную кампанию – это удержать за собой максимум из этого разношерстного электората. Многие эксперты по политтехнологиям говорят, что один из путей достижения этого – в том, чтобы президент в это время не предпринимал никаких резких действий, которые могли бы оттолкнуть от него часть сторонников (многие из которых имеют противоположные политические предпочтения). А лучше всего – чтобы он не делал бы вообще ничего, и ограничился лишь яркими пиар-акциями (признанным мастером которых он и является).

Эта стратегия имеет свои резоны. Но вопрос в том, что в условиях расколотого войной общества двухмесячное бездействие президента может оказаться роковым и стать не плюсом политтехнологий, а минусом. В условиях, когда многие на Западе Украины желают решительного продолжения войны, а многие на Востоке – немедленного мира и восстановления гражданского согласия с народом Донбасса, даже двухмесячное бездействие в вопросе о войне может сильно ослабить электоральную базу Зеленского. Прежде всего, думается, на Востоке, поскольку регулярные обстрелы территории Донбасса продолжаются и сейчас.

Если взять существующие на сегодня социологические расклады, то пока рейтинг партии Зеленского «Слуга народа» составляет 40–45%. Это тоже невероятно много для партийно-электоральной истории современной Украины, но гораздо меньше, чем 73% самого Зеленского. Не забудем и о том, что половина депутатов Рады избирается не по спискам, а по мажоритарным округам, где в условиях политических традиций современной Украины весьма сильны местный лоббизм и местные политические предпочтения. И поэтому, даже если по итогам выборов по партийным спискам «Слуга народа» получит более 50%, то это, с учётом мажоритарщиков, скорее всего, не приведёт к тому, что у партии Зеленского будет более 50% депутатских мандатов.

Поэтому, вероятно, у Зеленского не будет полностью «своего» большинства в новом составе Рады, и для формирования устойчивой связки между президентом и парламентом (одна из причин роспуска Рады) ему придётся формировать коалицию. И здесь ключевое значение будет иметь то, кто станет партнёром в коалиции Зеленского.

Понятно, что вряд ли им будет партия бывшего президента Петра Порошенко (7–10% голосов по соцопросам). Даже для сверхгибкой политической культуры Украины, где мы видели самые неожиданные коалиции, личные разногласия между ними ещё слишком свежи и велики, и кроме того, голосование во втором туре президентских выборов было, пожалуй, не столько за Зеленского, сколько против Порошенко. Поэтому представить их вместе, по крайней мере, на начальном этапе крайне сложно. Наверняка партия Порошенко в новой Раде возьмёт на себя функции главной оппозиции Зеленскому, прежде всего в публичном медийном пространстве.

Украинские выборы: кто будет худшим президентом для России?
Вопрос, что значат для России украинские выборы, можно точнее сформулировать так: а кто будет худшим президентом для России – Порошенко или Зеленский? Именно худшим, а не лучшим, на последнее надеяться не приходится, пишет Олег Барабанов, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».
перейти
© РИА Новости

Отсюда следует ещё один важный вывод: партнёр Зеленского по коалиции практически априори должен также быть и противником Порошенко. Этому критерию вряд ли отвечают радикальные националистические силы Запада Украины. Как потому, что по соцопросам они пока получают совсем немного голосов и, если и проведут в Раду своих депутатов, то прежде всего по мажоритарным округам. Так и потому, что сейчас они выступают на одном идеологическом поле с самим Петром Порошенко и, скорее всего, примкнут к нему в оппозиции Зеленскому.

Ещё со времён президентской кампании «естественным» партнёром Зеленского и главным кандидатом в премьер-министры называли Юлию Тимошенко (8–10% голосов по соцопросам). Это объяснялось пресловутым влиянием олигарха Игоря Коломойского, который якобы стоял за обоими политиками. Возвращение Коломойского из эмиграции на Украину и назначение ряда связанным с ним людей на высокие посты даёт дополнительную почву этому предположению. В этом случае в украинской политике мы увидим продолжение старой олигархической игры.

Другой вариант можно назвать коалицией Зеленского с Востоком. «Оппозиционная платформа “За жизнь”», представляющая интересы Востока страны, пока по соцопросам получает около 10% голосов. Появляется информация и том, что расколовшийся перед президентскими выборами «Оппозиционный блок» может вновь объединиться. С другой стороны, сейчас раскрутку получает ещё одна сила на Востоке и Юге страны – партия «Доверяй делам» во главе с мэрами Харькова и Одессы Геннадием Кернесом и Геннадием Трухановым. Даже если отвести в сторону уже звучащие предположения, что это не более чем политтехнологический проект, направленный на новый раскол оппозиционного и пророссийского электората Востока и Юга, то за счёт реального сильного влияния двух мэров в своих городах они могут провести в парламент своих сторонников по мажоритарным округам в двух крупных городских центрах Украины.

В любом случае – с кем бы непосредственно (с Юрием Бойко, с Кернесом или и с тем, и с другим вместе) ни вступил в возможный союз президент страны, такая коалиция Зеленского с Востоком была бы важнейшим шагом на пути к восстановлению мира и гражданского согласия на Донбассе (а это, напомним, ключевой тезис из предвыборной кампании Зеленского). Такая коалиция привела бы и к равноудалённости нового президента от олигархов (хотя бы потому, что в числе людей, стоящих за оппозиционерами с Востока, называют других украинских олигархов – Дмитрия Фирташа или Рината Ахметова, а не Игоря Коломойского). В этой связи коалиция с Востоком станет проверкой на то, реальна ли «олигархическая монополия» Игоря Коломойского на нового президента страны. Кроме того, любой партнёр с Востока вряд ли будет требовать кресло премьер-министра в отличие от Юлии Тимошенко и потому управленчески станет более удобным для Зеленского.

Наконец, третий вариант парламентской коалиции можно назвать «коалицией артистов». Вступивший в предвыборную группу лидер музыкальной группы «Океан Эльзы» Святослав Вакарчук, пока, по опросам, набирает около 5% голосов. Понятно, что именно Вакарчука можно назвать главным лузером прошедшей президентской кампании. Именно его отказ выдвигаться в президенты привёл к тому, что Владимир Зеленский монопольно занял нишу крайне востребованной у избирателей новой силы, не связанной со старыми элитами, и одержал триумфальную победу. Очевидно, что Вакарчук вправе думать сейчас про Зеленского: «На его месте мог бы быть я». Но эта ревность и обиды всё же представляются меньшими, чем в случае между Зеленским и Порошенко. И электоральный запрос на обновление может свести этих политиков вместе.

А поскольку Вакарчук выражает интересы прежде всего национал-либералов, то такой союз можно было бы условно назвать коалицией Зеленского с Западом Украины. Это несмотря на то, что в последние дни Вакарчук, копируя предвыборную тактику Зеленского, тоже начал говорить о том, что «надо слышать Донбасс», «там тоже наши люди» и прочая. Понятно, что в его случае это ещё больше чистая политтехнология, чем у Зеленского.

Поэтому главный гражданский вопрос, который политики и избиратели Украины должны сейчас задать президенту Зеленскому, это то, с кем он вступит в коалицию в новой Раде. Впрочем, вполне понятен и пиаровский ответ Зеленского на этот вопрос: ни с кем, мы сами наберем 50% депутатов. Будем наблюдать за развитием процесса.

Украина, Америка и «остров Россия»
За прошедшие пять лет на Украине произошли перемены, существенно ослабляющие позиции режима Порошенко. Экономика зависит от западных кредитов, страну сотрясают коррупционные скандалы, а общественное мнение отказывает президенту в необходимом уровне поддержки. При этом, несмотря на антироссийскую риторику, сохраняется высокий уровень торгово-экономической зависимости от России. Кто бы ни победил в Киеве на президентских и парламентских выборах, все эти политико-экономические вопросы сохранят своё значение, предоставляя России определённый выигрыш во времени, пишет Андрей Цыганков, профессор международных отношений и политических наук в Калифорнийском университете.
перейти
© РИА Новости
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.