Что ждёт Венесуэлу: продолжение вербальной войны или военная интервенция?

Военное вмешательство США в дела Венесуэлы крайне маловероятно. В настоящее время противостояние ведётся в режиме перманентной вербальной войны. Однако в том случае если США всё-таки решатся на прямую военную интервенцию, это приведёт к развязыванию гражданской войны. США столкнутся с колоссальным сопротивлением. Венесуэльцы в своё время активно перенимали опыт Кубы по возможному отпору иностранной интервенции. Достаточно сказать, что около двух миллионов венесуэльцев состоят в рядах так называемой «милиции» или «ополчении».

В Венесуэле пока рано говорить о смене политической власти. Самопровозгласивший себя в качестве «временного президента» лидер парламента является совершенно новой фигурой на политическом поле Венесуэлы, не обладает ни популярностью, ни каким-либо политическим капиталом, в публичном пространстве не проявлялся. Также он не пользуется какой-либо институциональной поддержкой внутри государства. Поэтому говорить о какой-либо легитимности его действий невозможно.

Кроме того, нельзя забывать, что сам парламент, от имени которого провозгласился Хуан Гуайдо, решением Верховного суда ещё год назад выведен из легитимного поля – высшая судебная инстанция обвинила его в неуважении к действующему порядку.

Действительно, с самого начала, с 2015 года, парламент, в котором по итогам выборов большинство имеют представители правых оппозиционных партий, взял курс на «мягкую» смену власти и устранение Николаса Мадуро с поста президента. За неудавшейся попыткой созвать референдум по отзыву президента в январе 2017 года последовало единогласное голосование по поводу признания Мадуро недееспособным президентом.

Нынешний инцидент с Хуаном Гуйадо – это пик длительного процесса политической дестабилизации. Не имея широкой массовой поддержки внутри страны, Гуйадо и стоящие за ним оппозиционные партии сделали ставку на международный фактор.
Нельзя с полной уверенностью утверждать, что были какие-то предварительные договоренности, но факт молниеносного и практически синхронного признания его в качестве легитимного президента говорит о возможности такого варианта.

Кроме того, ещё в 2017 году в Латинской Америке на основе Организации американских государств была сформирована так называемая «Группа Лимы», которую без преувеличения можно назвать региональным антивенесуэльским фронтом. На поддержку этих 13 государств в основном и рассчитывал Гуайдо. Компромисс между правительством и оппозицией в данных условиях невозможен. На протяжении двух лет власти пытались организовать мирный переговорный процесс, но он каждый раз срывался, в том числе и по вине оппозиции. 23 января Верховный суд уполномочил прокуратуру вести расследования в адрес парламентариев, посягнувших на узурпацию президентской власти. Поэтому в данных условиях вариант переговорного процесса исключён.

Военное вмешательство США в дела Венесуэлы крайне маловероятно. В настоящее время противостояние ведётся в режиме перманентной вербальной войны. На власти Венесуэлы оказывается колоссальное психологическое давление. Вариант военного конфликта если и возможен, то только со стороны прямых союзников США, в первую очередь Колумбии и Бразилии, с которыми у Венесуэлы есть общие границы.

С другой стороны – наличие военных баз в Колумбии, на которых американские военные чувствуют себя достаточно вольготно, представляет собой необходимую и достаточную инфраструктуру для гипотетической интервенции. В июне 2017 года США проводили морские учения в Карибском море близ акватории Венесуэлы с участием 17 латиноамериканских союзников. Нельзя исключать, что нынешние события не актуализируют приобретённый тогда опыт.

В том случае если США всё-таки решатся на прямую военную интервенцию, это приведёт лишь к развязыванию гражданской войны. США столкнутся с колоссальным сопротивлением. Венесуэльцы в своё время активно перенимали опыт Кубы по возможному отпору иностранной интервенции. Достаточно сказать, что около двух миллионов венесуэльцев состоят в рядах так называемой «милиции» или «ополчении». Это полувоенные гражданские образования, которые также принимают участие в регулярных военных учениях Венесуэлы и имеют большой военный опыт. Именно ополченцы являются средой для формирования армии.

Цели США в Венесуэле достаточно прозрачны – колоссальные нефтяные запасы. В условиях краха «сланцевого проекта» США, многие нефтеперерабатывающие заводы которых заточены именно на венесуэльскую нефть, кровно заинтересованы в дешёвой нефти.
Кроме того, конфликт США и Венесуэлы следует рассматривать в контексте растущего противостояния Вашингтона с Пекином. Венесуэла поставила цель довести объёмы экспорта нефти в Китай до миллиона баррелей в сутки. В случае переориентации этих потоков Китай понесёт существенные энергетические потери.

Если оказываемое на Венесуэлу давление всё же приведёт к смене власти, можно будет говорить об окончательном завершении левого поворота в Латинской Америке. Правый поворот уже охватил большинство государств региона, и Венесуэла остаётся последней центростремительной силой левых сил Латинской Америки.

Речь идёт о Боливарианском альянсе, который объединяет десять государств, шесть из которых – небольшие англоязычные островные государства Карибского региона. Исключение Венесуэлы из этой цепочки может иметь эффект домино. Однако вряд ли это коснётся Кубы, которая загодя стала готовиться к фронтальному наступлению «правого поворота» и с 2011 года проводит аккуратные адаптационные реформы.

Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.