Анархия России и анархия Китая

Россия и Китай сходным образом видят большинство проблем мировой политики и исповедуют общие ценности относительно того, как должно выстраиваться взаимодействие государств в мире. Это помогает им выдерживать ровный диалог и находить общее понимание важных для всех вопросов. Однако стратегическая культура и основанное на ней долгосрочное целеполагание двух стран существенно различаются. О том, почему Россия и Китай смотрят в разные стороны и можно ли создать единый и переводимый без искажений понятийный ряд, пишет Тимофей Бордачёв, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Сенсационное заявление президента России Владимира Путина о том, что Москва помогает Китаю в создании собственной системы предупреждения о ракетном нападении – это ещё одна новость, свидетельствующая о движении двух важнейших держав Евразии к новому качеству стратегических отношений. Некоторые наблюдатели в России уже с большими основаниями рассуждают о формировании китайско-российского союза без объявления такового в качестве официальной цели отношений. Действительно, сейчас Китай и Россия стремительно двигаются к новому качеству своего стратегического партнёрства, частично под давлением Запада, паранойя которого усиливает взаимное тяготение Москвы и Пекина, а частично – в стремлении сделать пространство их общего обитания менее уязвимым для угроз, исходящих извне.

То, какое влияние формирование подобного союза окажет на международную безопасность в целом, – предмет отдельной и содержательной дискуссии. Субъективно стороны действительно видят сходным образом большинство проблем мировой политики и исповедуют общие ценности относительно того, как должно выстраиваться взаимодействие государств в мире. Это помогает им выдерживать ровный диалог и находить общее понимание важных для всех вопросов. Однако стратегическая культура и основанное на ней долгосрочное целеполагание России и Китая существенно различаются.

Подъём Востока и новая российская внешняя политика
Тимофей Бордачёв
Россия постепенно начала движение в сторону отказа от сформировавшейся на протяжении всей её истории – с появления Московского княжества до наших дней – модели внешнеполитического поведения, в центре которой находилось обеспечение собственной безопасности через прямой контроль над непосредственной периферией, пишет программный директор Клуба «Валдай» Тимофей Бордачёв.
Мнения экспертов

Было бы странно и даже недальновидно отрицать эти различия особенно на современном этапе отношений. Ведь если сравнивать китайско-российское сближение с другим историческим опытом – отношений России и Европы после холодной войны, то именно неспособность сторон даже приступить к выработке единого стратегического видения будущего постепенно становилась всё более значимым негативным фактором отношений. С Китаем ситуация проще – ни одна из сторон пока не видит другую в качестве пространства ресурсного освоения или «ученика», который должен будет в той или иной форме примкнуть к проекту, продвигаемому «учителем». Хотя здесь тоже не всё так элементарно, как хотелось бы.

Существующие различия – в том, как Китай и Россия думают о международных делах, – должны будут тем или иным образом сказаться на способности обеих держав перейти на следующую стадию отношений. От эффективного оппонирования тому недемократическому порядку, который пытались выстроить США и их союзники после конца холодной войны, к строительству нового. При этом черты нового порядка, его более-менее общее видение у Китая и России пока не сформировались. Об этом свидетельствуют многочисленные дискуссии с участием китайских и российских учёных, в том числе и на прошедшей в конце сентября – начале октября Ежегодной конференции клуба «Валдай», в рамках пленарного заседания которой и прозвучало упомянутое заявление главы российского государства.

Другими словами, сейчас двусторонние отношения Москвы и Пекина подошли уже к настолько высокому уровню, а их значение для мировой политики и безопасности стало столь значительно, что самое время ставить базовые вопросы. А это в первую очередь вопросы, связанные с пониманием обеими сторонами ключевых категорий международных отношений. Стратегическая культура Китая и России формировалась в разных условиях и под воздействием отличных по своей природе и содержанию факторов. Однако чем более интенсивным будет взаимодействие сторон, тем выше требования к взаимному пониманию стратегических культур и образа мысли.

Стратегическая культура Китая обращена, прежде всего, внутрь и основана на историческом опыте великой китайской цивилизации на протяжении нескольких тысяч лет. Этот опыт – предмет изучения и глубоких знаний специалистов по Китаю, конкурировать с которыми в рамках этого эссе было бы бессмысленно и контрпродуктивно. Однако никто не может отрицать того факта, что для Китая большинство сходных по своей природе процессов и явлений, пережитых европейской цивилизацией как сообществом разных, хотя и близких народов, были пройдены в рамках одной, собственно, китайской цивилизации, объединённой общими языком и культурой. Таким образом, масштабные расколы и противостояния, которые для Европы, включая Россию, стали процессом становления самостоятельных суверенных единиц международных отношений, для Китая выглядят как драматические периоды раскола и усобицы в рамках единой нации. Преодоление этого раскола и единение – однозначно позитивное явление, открывающее дорогу прогрессу и процветанию.

В ходе многочисленных дискуссий с китайскими коллегами на Валдайской конференции наиболее яркими оказались те, которые так или иначе касались концепции «ответственности в эпоху анархии», выдвинутой в рамках ежегодного доклада клуба. Эта концепция, напомним, основана на гипотезе о том, что наступившая анархия в международных делах – это естественное состояние, которое должно способствовать усилению ответственности в их внешней политике. В то время как институты и «мировой порядок» могли рассматриваться в качестве внешних ограничителей и подстраховки от последствий индивидуальной безответственности, их отсутствие – скорее положительный, хотя и драматический фактор. Тем более что гибельность созданных человечеством вооружений также способствует большему вниманию к интересам и ценностям друг друга. Таким образом, «анархия» в аргументации авторов доклада выступала в качества чисто аналитической категории – понятия для характеристики определённой данности в международных отношениях 2019 года.

Время взрослеть, или оправдание анархии. Ежегодный доклад Клуба «Валдай»
Олег Барабанов, Тимофей Бордачёв, Ярослав Лисоволик, Фёдор Лукьянов, Андрей Сушенцов, Иван Тимофеев
Источником вдохновения для ежегодных докладов, которые мы готовим к «большому» осеннему заседанию Клуба в Сочи, часто служат значимые для международной политики годовщины, будь то столетие начала или конца Первой мировой войны, пятисотлетие Реформации, либо четырёхсотлетие Тридцатилетней войны. История помогает понять современность: в долгой ретроспективе лучше видно, что сущностное, а что наносное, какие из кажущихся фундаментальными проявлений действительно таковы, а какие скоро будут забыты. История никогда не повторяется буквально, но содержащиеся в её течении парафразы достаточно важны, чтобы принять их во внимание при попытке заглянуть в будущее. Или же наоборот, как случается в переломные эпохи, – чтобы понять, что знание из минувшего не особенно помогает разобраться в грядущем. Не будем отступать от традиции и на сей раз.
Ежегодный доклад - 2019
pdf 1.28 МБ


Впечатление китайских коллег было, однако, достаточно далеко от ожидаемого – с точки зрения глубоко европейской школы науки о международных отношениях. Если судить по прозвучавшим комментариям авторитетных китайских учёных, то для них анархия – это изначально недопустимое положение дел, на устранение которого должны быть направлены все усилия. Такое восприятие, безусловно, имеет глубокие корни в китайской истории: периоды анархии, включая большую часть первой половины XX века – это время неисчислимых бедствий. Таким образом, для Китая «анархия» выступает в качестве ценностной, а не аналитической категории и в принципе не может быть осмыслена, как способствующий относительной упорядоченности фактор. Мы приходим к выводу – то, что в европейской традиции является чисто аналитической категорией, может иметь совершенно другое содержание в других стратегических культурах, в данном случае в китайской. Переходя к практике можно сказать, что если Россия, как и всякая европейская страна, чувствует себя в анархическом окружении достаточно спокойно, то Китай (и китайская мысль о международных отношениях) не может с таким состоянием дел мириться.

Спору нет, российский внешнеполитический лексикон и официальное целеполагание также ориентированы на достижение той или иной степени упорядоченности в мировых делах, главенство институтов сотрудничества и снижение взаимной подозрительности, на приоритет международного права. Точно такие же цели ставит перед собой Китай. Однако думают об одинаковых явлениях и понятиях китайцы и русские по-разному.

Приведённое различие в том, как русские и китайцы видят мир и международную политику, – лишь одно из многих. Чем глубже будут отношения между странами и чем больше от них будет зависеть судьба человечества, тем значительнее должно стать внимание к изучению и обсуждению таких неизбежных расхождений. Можно рассчитывать, что Китай и Россия смогут до конца пройти путь к созданию относительно единого и переводимого без искажений понятийного ряда. От этого – не меньше, чем от достижений в совместном военном планировании, – будет зависеть устойчивость их взаимоотношений и международная безопасность на общем для Китая и России евразийском пространстве.

Жизнь в осыпающемся мире. Ежегодный доклад Клуба «Валдай»
Олег Барабанов, Тимофей Бордачёв, Ярослав Лисоволик, Фёдор Лукьянов, Андрей Сушенцов, Иван Тимофеев
В серии ежегодных докладов, которые Валдайский клуб выпускает с 2014 года, мы постоянно поднимали тему о необходимости восстановить глобальную управляемость. Под глобальным управлением мы понимаем рациональное, основанное на институтах сотрудничество государств, значимых для мировой политики и экономики, цель которого разрешение возникающих и накопившихся проблем. Этот доклад – пятый по счёту. И в нём приходится констатировать, что развилка формирования эффективно функционирующего международного порядка на основе глобального управления пройдена. Мир двинулся в ином направлении. Он соскользнул в эпоху односторонних решений – эта тенденция объективна, ею нельзя управлять, но необходимо понимать её последствия.
Доклад_Жизнь в осыпающемся мире
pdf 1.14 МБ
Данный текст отражает личное мнение автора, которое может не совпадать с позицией Клуба, если явно не указано иное.